Фигуры света

подозреваю, что если были бы на лайвлибе дизлайки, меня бы ими закидали за то, что мне не понравилось, а, вернее, за то, почему мне не понравилось. как хорошо, что их тут пока что нет :)

сразу оговорюсь, что книга мне кажется хорошей и нужной, просто она мне не понравилась.

изначально я была в восторге, конечно. красивый язык (хвала автору и переводчику), многообещающий сюжет и, разумеется, я даже не думала, что в какой-то момент всё пойдёт.. не туда. (в описании того, что мне понравилось и что не понравилось, буду опираться на то, что это будут читать только те, кто уже читал, чтобы без объяснений кто кому кем приходится и в чём суть)

начало понравилось мне целиком и полностью. про юную элизабет было читать одно удовольствие, хотя сама элизабет восторгов не вызывала. но зато было понятно почему она такая (холодная неподдерживающая мать, постепенное разочарование в браке, послеродовая депрессия). ясное дело, что элизабет хотела жить другой жизнью, но в то время она не могла себе позволить ничего другого (разве что остаться старой девой, что было бы для неё лучше (или нет)). не очень понятно как она вообще познакомилась и влюбилась в альфреда и как влюбился в неё он. конечно, тогда парочки не сожительствовали вместе до свадьбы и даже не гуляли подолгу, поэтому можно предположить, что у обоих были большие ожидания насчёт друг друга. подозреваю, что в какой-то степени альфред был её билетом в другой мир, подальше от матери.

несмотря на весь описываемый ужас в её отношениях с первой дочерью (когда та была совсем малышкой), я понимала её. да, это кошмар, но зная то, что знаем мы все сейчас о послеродовой депрессии, становится понятно почему элизабет была такой. мне понравилось и то, что от альфреда тоже были отрывки, по которым было понятно, что от жизни с элизабет он ожидал совершенно другого.

и сразу же с новой главы девочка - алетейя - алли - уже не малышка, уже у неё есть и младшая сестра, а мы понятия не имеем как элизабет воспринимала свою младшую дочь, почему она осталась в отношении старшей дочери ещё более неприятной. то, что автор не стала прописывать от лица элизабет и дальше, кажется мне минусом. если изначально у нас хотя бы был шанс понять её (неважно понял ли кто её или не понял, по крайней мере от неё что-то было), то дальше картинка, как и восприятие элизабет, кстати, становится чёрно-белой.

вполне возможно, что дочь служила ей не только воспоминанием о послеродовой депрессии, о том, что ей пришлось отказаться от своей привычной жизни, о постоянном недовольстве матери, которой она пыталась угождать во всём, но и о разочаровании в муже и в браке. алли стала ходячим напоминанием обо всём, что не сложилось в её жизни.

в общем-то, дальше мне и не понравилось. во-первых, не бывает так, чтобы родитель вёл себя с ребёнком всё время плохо, а ребёнок при этом родителя беззаветно любил и почитал. то есть нам, читателям, вообще не было ни разу показано, чтобы элизабет хотя бы раз посмотрела на дочь с одобрением. непонятно на что вообще алли ориентировалась в своих ожиданиях от матери. чтобы ожидать от родителя, что он когда-нибудь оценит то, что делает ребёнок, надо это хотя бы раз увидеть. это как эксперимент с выученной беспомощностью (если всё время бить пол, по которому ходит щенок, током, то он перестанет пытаться найти выход). так должно было быть и с алли, которая всегда натыкалась на недовольство матери. а если так не происходило, то хотя бы иногда элизабет должна была что-то одобрять. например, даже если бы она не говорила ей "умничка" (этого-то никто не требует), то хотя бы могла сказать хоть на что-нибудь "неплохо, но". это был бы уже хоть какой-то ориентир. "неплохо, но" почти "супер! если ты постараешься, я, может быть, буду счастлива" для ребёнка, мать которого всегда недовольна им. это почти победа, если бы не "но". это уже есть куда стремиться и зачем это делать. добиться того, чтобы мама оценила. здесь же вообще ни разу девочке не досталось ничего хорошего. более того, чем больше она старалась, тем хуже мать к ней относилась. то есть поведение вообще ничем не подкреплялось.

взять хотя бы младшую сестру мэй. просто представьте себе, что ваш родитель постоянно вас унижает, а вашей младшей сестре достаётся если не любовь, то хотя бы то, что её мелкие проступки не замечают и если наказывают, то не так сурово. вернее, по меркам самой алли должно быть вообще не сурово, а супер-лайт. и алли ни разу не задаётся вопросом почему. вернее, задаётся, но тут же отвечает себе, что мэй сильная, а она нет. но если смотреть на это, как на фразу в совокупности с эмоцией, то это очень странно. у алли не возникает никаких отрицательных чувств по отношению к матери, что вообще нереально. можно говорить себе самому "я не злюсь, я очень мамочку люблю", не обижаться и показывать это, но внутри всегда будет весь спектр эмоций. хотя бы в сжатой форме. например, обида. пусть бы она не выражалась, но хотя бы чувствовалась. хотя бы иногда (или один раз) она почувствовала обиду или злость за то, что с ней поступают несправедливо. алли не росла в вакууме, у неё была сестра и другие знакомые, она видела чужие отношения, не могла не сравнивать. но мы видим во всём прилежную хорошую девочку без эмоций, которые автор ей вычеркнула, так как ей это не подходит, чтобы нам ещё больше казалось, что вот мать у неё беспощадная сука, а дочь - аленький цветочек. пусть она неправильно мыслит, когда хочет угодить матери, которой она никогда не угодит, но при этом она всё равно милая и хорошая, потому что даже обижаться и злиться на неё не смеет. как в сказке.

это заметно даже по тому, как описана алли, когда говорит "мама сказала". я не знаю ни одного человека, который в ответ на что-то говорит "а вот мама сказала, что..." и при этом не бесит окружающих. конечно, на неё раздражается та же мэй, но читатель не чувствует насколько бесёжная сама алли в этом своём "а вот мама сказала".

что меня ещё раздражало, так это, что очень в лоб всё написано. будто автор продвигает только свою точку зрения, чтобы не дай бог можно было подумать, что какой-то герой не такой, как задумала она. элизабет - плохая. алли - хорошая. мэй - дерзкая и потому всем должна нравиться. тетя мэри - лучшая. альфред - плохой отец и плохой муж, но за второе мы как будто и не обижаемся на него, с такой женой не развёлся и уже ок.

когда автор ударялась в феминистичные вставочки, то меня разрывало. с одной стороны, это норм, потому что то время для женщин и правда было ужасным и радоваться бы, что она прописала это, но это сделано, опять же, в лоб. как будто автор отвлекалась от художественной составляющей и начиналась аналитическая статья, где она просто описывает устами персонажей (а иногда и вовсе сама по себе) как было плохо. зачем это надо было делать так прямо? гораздо лучше, гораздо... художественнее и изящнее (эксперт номер один врывается в чат), когда мы это считаем из того же бытописания. но автор будто бы сомневается в том, что её читатель поймёт насколько было плохо женщинам, если после каждого описания она не вставит риторический вопрос, как на месте женщины чувствовал бы себя мужчина.

всё это (на мой личный взгляд) сделало текст неживым. будто автор не определилась о чём же она хочет написать. о токсичной матери, о феминизме, о взрослении? где главная линия? всю книгу я ждала, как будут развиваться отношения алли с элизабет, как алли поймёт, что её мать её не любила и вот это вот всё, а на деле вышло, что даже тот момент, когда алетейя понимает, что её мать плохо к ней относилась, просто записан в нескольких фразах. без вообще каких-либо других размышлений на эту тему. автор будто запуталась о чём она пишет, исписалась про феминизм и вспомнила, что ещё ж надо куда-то приплести мать. как будто это вообще не было важно. хотя, несмотря на понимание этого, она всё равно остаётся той, которая "а вот мама сказала", потому что в самом конце ей всё равно хочется угодить матери, чтобы та была на свадьбе дочери и она не сама решает, что нет, мамочка, я тебе и так всю жизнь отдала. это за неё решает тётя мэри, проговаривая, что алли не должна жить для матери. а? да? - думает алли, - ну ок.

мне понравилась бы книга, читай я её лет в 14-18. я бы подумала, наверное, о том, как ужасно жили женщины, какая алли молодец и не задумалась бы над тем, что описала выше. мне понравилась бы история и вообще всё. но сейчас у меня море претензий и перечитывать я её, конечно, не возьмусь.

Просто потерянное время. Купилась на переводчика. С огромным уважением отношусь к Анастасии Завозовой, читаю ее переводы и рекомендованные ей книги. Но полных совпадений в природе не бывает, и эта книга тому подтверждение. Написанная в жуткой истеричной манере, с постоянным надрывом, но при этом пустая и бесполезная. Не семейная сага, это точно, просто набор картинок из жизни, не связанных ничем. Историческая правда - ну только в общих чертах, на уровне школьного образования. Борьба за права женщин показана условно, с самого края, тысячи книг есть с гораздо более глубоким смыслом.
Жестокая мать издевается над дочерью? О, это вообще невероятно. Сначала девочку за истерики наказывают прижиганием рук и ног. Ожоги не помогают - макнем ее головой в таз с холодной водой. Опять не вышло - запрем в чулане, пусть спит на полу. А потом, когда уже ничего не помогает, применим крайнее средство - пусть теперь полы моет. А она терпит, моет и переживает только, что учиться не успевает и что мама недовольна. Серьезно? Ну, ладно, сюжет хромает четырьмя ногами, герои картонные... бывает, но зачем такой истеричный стиль??? Читать же невозможно.

В оригинале роман называется Bodies of Light и отсылает к библейскому тексту Евангелия от Матфея, глава 6:

«Глаз — это светильник всего тела. Если твой глаз ясен, то и все твое тело будет полно света. Но если глаз у тебя дурной, то все твое тело будет полно тьмы. Если свет, который в тебе — тьма, то какова же тогда тьма!»

Это место богословы трактуют как описание намерений, с которыми творятся дела божьи.

Эта же фраза висит в комнате девочек и служит им назиданием.

Всё повествование построено на игре слов свет, тень, тело, телесное.

По форме роман напоминает написанную крупными штрихами картину - обрывистость глав, событий, недосказанность. Деталей нет, иногда хочется подробностей, а иногда нет, но если смотреть издалека, то эти мазки складываются в картину не только одной семьи, но и целой эпохи.

Читая, мы  погружаемся в викторианскую Англию 19 века и узнаем о ней со слов героев, через раскрытие их взаимоотношений.

Персонажи изображены на контрасте, они словно грани  призмы, через которые преломляется свет, и где то теряется и гаснет, а где-то вспыхивает ярче.

Так Элизабет конченная садистка, как по мне, и фанатка, которая пытается спасти всех, а на самом деле не может спасти своих собственных детей от себя самой, рассуждает о любви Бога и к Богу, а сама понятия не имеет что такое любовь, жалость. Как извстно , благие намерения, это дорога в ад.  И тем не менее исторически, благодаря таким женщинам менялась история, ломались устои, каноны и законы.

Муж её хоть и талантливый тонко чувствующий художник, но абсолютно чёрствый чурбан, воспринимающий женщин и даже дочерей, как линии, формы, геометрические фигуры.

"Когда они позируют мне, я вижу только линии фигур и света, цвета и формы".

Он рисует обнажённых дочерей и продает эти картины, позволяет фотографировать и рисовать Обри дочерей, уже девушек, трогать их, уж не для семейного фотоальбома эти фото были это точно.

При этом совершенно не интересуется их жизнью, не знает, а скорее всего делать вид что не знает, как мать их ломает и калечит психику.

Он не мог не видеть, что дети ходят в старье, штопанным перештопанном, что они измождены и голодны,  что Алли на грани истерики.

Не могу не ужаснуться- тема ожегов для подавления эмоциональности, проверки женщин на улицах на предмет их чистоты, это просто дичайшая дичь и варварство, трудно представить что наше прошлое было такое дремучее и садистское.

Если отец видит мир в фигурах и оттенках света скорее геометрически,  то мать видит его в чёрно-белых цвете, словно в негативе.

"У мамы чёрно-белых белый взгляд на мир ".

И то и другое неполноценно, убого и однобоко. Это как набор мышц и костей, которые изучает Алли, но это  набор без души, просто тело, предмет. И не случайно Алли становится психиатром.

Персонаж Мэй человечен и понятен, хотя она эгоистка и хитрюга..  Не совсем понятно, зачем автор её убила, ведь на Мэй совсем не похоже- в шторм поехала  с больным через бушующее море. Хм..

Персонаж Алли показан в развитии. Отец рисует Алли в образе Прозерпины, которая спускается в ад.  Получается оба родителя, один метафорически, а вторая в реальности, превращают её жизнь в ад.

Когда Алли узнаёт строение тела до последней косточки и клеточки, она понимает, что если оно физически целое, не значит здоровое. Нельзя быть целостным без души, которая нуждается  в любви, вере, поддержке, помощи, лечении и иногда, даже когда человек молчит, он словно кричит о помощи.

"расстройство ума так же неприятно, так же мучительно, как и пневмония или камни в желчном пузыре, что бывают такие случаи, такие происшествия, такие семейные обстоятельства, из-за которых человек, даже будучи в здравом уме, захочет набить карманы камнями."

Считаю, что несмотря на жесточайший абьюз,  и недолюбленность, она не сломана. Благодаря тёте Мэри, она смогла пережить свою "ненужность, недолюбленность", осознала, что любить можно не за хорошие поступки или жертвенность, любят просто так, потому что просто способны это делать. Она чертовски истощена  эмоционально, хотя и физически тоже, но доказав себе что она может стать врачом, что в неё верят и любят, она словно, перезагрузилась, она простила себе несовершенство, слабость, человечность.

"Целители – не целые. Целителям не нужно быть целыми, потому что целость, целокупность – не человеческие качества. Величайший дар человечества есть любовь, а не разум – обычно она предпочитает других пророков апостолу Павлу[34], но теперь ей впервые кажется, что так оно и есть, – и мама, которая столько времени проводит в церкви, этого не знает. Если она выучится на врача – а она выучится на врача, – она будет врачом-подранком, и ее собственная боль станет такой же частью ее ремесла, как и ее целительство. Она будет врачом, который видит свои раны и не прячется от них. Она мотает головой, ей хочется, чтобы Анни ушла, чтобы не видела ее позорной слабости, но еще хочется, чтобы она осталась и помогла ей собраться с силами. Дрожь начинается в плечах, расползается к голове, к ребрам. Нервозность. Истерия. Или простая человеческая слабость?"

И финал: "Да. Она счастлива. Она ждет, когда наступит завтра".

У Алли будет завтра= будущее и она его заслужила.

Общее впечатление драматично и даже трагично, подумать только, что полтора века назад женщину не считали за полноправного человека, она была телом, предметом интерьера.

Семейная линия показана на протяжении трёх поколений и я не верю, что Алли будет настолько аскетична и деспотична как её бабушка и мать, и в этом тоже есть развитие, надежда и свет.

Затронуто очень много тем: феминизм, эмансипация, консерватизм общества, , токсичные отношения, религиозные мотивы и т.д.  И поэтому несмотря на мучительную первую половину романа, где я просто изнывала от желания не читать эту невыносимую жестокость и абьюз, я прочтением довольна и респект автору за поднятые темы, которые читатель сам додумывает и переваривает, благодаря незавершенному построению сюжета, и Завозовой, за сочный и вкусный перевод.