Amerika faciəsi

Ох, как же много рецензий на «Американскую трагедию»! Что же нового здесь еще можно добавить?
Да, по сути, ничего. Можно лишь выразить несколько иначе.

Впечатление, произведенное на меня этой книгой, можно сравнить разве что с бессмертной трилогией Достоевского, вот только Драйзер акцентирует внимание не на внутреннем мире личности, а на человеке в системе его общественного восприятия.

Кто же для меня Клайд Гриффитс, спустя год после прочтения книги? Воплощение всех слабостей человеческих. Трусость, низменность помыслов, неумение принять ответственность, страх перед разрушением мнимых надежд. Страх настолько сильный, что побуждает человека пойти на преступление. На преступление бездумное, глупое и жестокое. Кажется, что в одной личности не может сосредоточиться столько трусости, кажется, вот-вот, еще одна страница и в его душе что-то перевернется, направит героя на путь морали, или хотя бы простого соблюдения закона. С каждой страницей драматизм нарастает, а ситуация Клайда становится все более запутанной и неразрешимой. Опять же, неразрешимой для человека беспринципного и аморального, коим и является наш главный герой.

В процессе чтения мои симпатии оказывались то по одну, то по другую сторону баррикад. Бывали моменты, в которых Клайд поступал практически по совести, что вызывало сочувствие к нему; перевернешь страницу – и вот, на тебя уже давит безвыходность положения Роберты, и снова смена эмоций. Всё это держит читателя в постоянном напряжении, и книга не отпускает до самого конца. История не кажется законченной, когда свершается убийство/ «несчастный случай». И когда Клайд оказывается в тюрьме. И когда он ожидает казни. Нет, в этом случае книга наполнена до самой последней страницы, до последней точки.

Можно, отстранившись от сюжетной линии, углубиться в тему описанной «американской мечты», долго доказывать, к чему она приводит человека, как легко оборачивается трагедией и как редко приводит к вожделенному результату. Можно усердно спорить, все ли средства хороши для достижения своей цели или есть предел, граница, за которую человеку выходить непозволительно. Можно любить, осуждать, обожать, принимать и не принимать творчество Драйзера, но чтобы ответить лично для себя на все эти вопросы, можно просто-напросто прочесть «Американскую трагедию», книгу, преисполненную смысла от начала до конца.

Периодически я слышу, как старшее поколение называет нынешнюю молодежь инфантилами, увешанными гаджетами. Раньше-то огого какие все были сильные духом, самостоятельные и честные. Война еще. Говорили мне, что вы бы не смогли, что мы смогли. А Драйзер демонстрирует, что ничего не изменилось. Духовно нищая молодежь была, есть и, видимо, будет вне зависимости от эпохи. Роман грандиозен своей актуальностью и вневременностью. Главного героя не в чем обвинить, никого не в чем обвинить, но мир его не понял, а он не видел ничего и не понимал ничего о многообразии мира. Для юноши весь мир сосредоточился в жажде богатства. Ни любить, ни сопереживать он не умеет, как будто изначально в голове недостача эмпатии. Зато он знает, чего хочет. Такому можно и позавидовать, очень целеустремленный малый. Его не волнует мир, политика, бизнес, работа, любовь, культура, собственное духовное и интеллектуальное развитие, он сэкономил все свои силы и направил их на подсчет своих трех копеек и жажду обогащения.

Дочитала.

Честно говоря, книгу закончила с трудом. Не потому что она не интересная, скучная или мне не понравилась. Тут больше играла занятость, учёба и лень. Ну и немного нудность судебного процесса. Вот честно – это было жутко нудно и скучно. Но в целом роман мне понравился, как может понравиться произведение столь печальное и противоречивое.

В конце я плакала. Мне было жаль Клайда, несмотря на все мысли и доводы по поводу этого юноши. С одной стороны мне думалось, что он это заслужил, ведь он собирался убить Роберту, а когда она упала в воду, он не шелохнулся и был рад её смерти. Это преступление, и Мейсон тут прав. С другой стороны с каждым может случиться всякое, да и сама девушка не без грешка. Клайда можно было оправдать, дать ему шанс жить новой жизнью, вдруг из него вышел бы толк.

Чего я не понимала, так это почему они (Клайд, мать, Мак-Миллан) хотели добиться хотя бы пожизненного заключения. Возможно, это покажется жестоким, но лучше умереть на электрическом стуле, чем всю жизнь чалиться в четырёх угнетающих стенах. Ведь при решении заменить смертный приговор на пожизненное, то все обрели бы большее страдание. Клайд вечно бы находится в тюрьме, страдал от этого, от любви к Сондре, о том, что девушка, ради которой он был готов на всё, отвергла его. Всё это грызло бы его. Его жизнь перестала бы быть жизнью, а напоминала лишь жалкое существование, которое Клайд влачил, желая умереть или сбежать на свободу. Матери тоже легче бы от изменения судебного решения не стало. Ей пришлось бы часто ездить навещать своего непутёвого сыночка, искать деньги, писать письма, и при этом осознавать – он больше никогда не будет свободен. Также мать Клайда хоть чему-то и научилась (хотя если забрести в «Воспоминания», то я не особо вижу изменений в ней, мне кажется, она толком ничего не поняла, не исправилась, и, возможно, погубит своей верой и внука). Преподобный Мак-Миллан тоже не лишился бы больших страданий. Возможно, надо было соврать губернатору. Не пойди он по праведному пути, так и не открыл бы для себя нечто нового. Так что здесь, всё же, вынесли правильное решение. Без казни Клайда нельзя обойтись. Она должна была состояться, и она состоялась.

Часто в отзывах таких же простых людей, как и я, встречала рассуждения, где же Клайд Грифитс должен был остановиться, оглянуться и поменять свои действия. Были варианты, когда он только встретил Сондру, когда Сондра ответила ему взаимностью и так далее и тому подобное. У меня есть предположение, что это бесполезно. Он уже просто не мог остановиться. Вот если бы он смог ещё тогда, в Канзас-Сити, прекратить свои «ухаживания» за Гортензией Бригс, если б он тогда осознал, что творит, тогда у него стало бы всё хорошо. И он не стал бы душевным трусом. Никогда. Мне так кажется.

Ещё мою душу вот что терзает. Почему не могло всё сложиться иначе? Почему нельзя было, чтобы доктор сделал аборт Берте? Или она вовсе не забеременела? Что было бы тогда? Ведь Клайд так и остался падким на деньги и положение в обществе. Разве так можно оставлять? Нет. Но ведь он никому плохого не сделал бы. Будь у него богатство и статус, он просто стал жить в своё удовольствие. Никого не трогал, не обижал. Разве нет? Почему нельзя было так построить сюжет? Неужели он обязан был умереть? Умереть, дабы показать другим, как нельзя. Показать, что нельзя прыгать выше головы. Так, что ли, получается?

В итоге. Произведение учит, как делать нельзя, кем нельзя становиться. Нужно, во-первых, жить своей головой, но при этом слушаться (или прислушиваться) умных людей (особенно родителей, какими бы они ни были). Во-вторых, не поддаваться первому попавшемуся чувству, влечению или человеку. В-третьих, всё взвешивать, просчитывать и глубоко раздумывать, мол, а какие последствия могут быть, если я ….. И, в-четвёртых, не идти на поводу у прогнившего общества с его вонючими ценностями. В общем – это всё.

Постараюсь роман перечитать года через 3-5. Думаю, что такое нужно либо сделать настольной книгой, либо просто держать в голове.

Американская трагедия – обратная сторона американской мечты. То, что случается с человеком, когда его мечтой становятся низменные желания, и нет ни внутреннего стержня, ни норм морали противостоять соблазнам и сохранять человеческий облик.
С самого начала роман показался мне интересным. Привлекательный и амбициозный молодой человек стремится выбраться из бедности и найти свое место под солнцем. При этом Драйзер делает героя настолько живым, что я все время видела в Клайде одного своего знакомого, так четко видела, что Клайд разговаривал его голосом и имел его привычки. И то, как мелкие недостатки и пороки вроде тщеславия, иногда трусости, инфантильности или гедонизма, могут перерасти в нечто громадное и чудовищное, как преступление – ошеломляет и заставляет серьезно задуматься. Герой Клайда показан, как «нравственный и умственный трус», настолько уверенный в своей исключительности, что на судебном процессе он думает о том, что его никто не понимает, ведь он совсем не виноват, «они не знали, как Роберта заставляла его мучиться и какие неприятные решения заставляла его принимать». Это человек, настолько эгоистичный, что он считает только себя способным на страдания и всякого рода желания, он даже не удосуживается предположить это в других. И страшно это еще и оттого, что эта ситуация сейчас все так же актуальна – как часто можно встретить таких же Клайдов – мужчин и женщин – не фактических преступников, но уже «совершивших преступление в своей душе».
Отношение к религии в книге (или у самого автора?) неочевидное. С одной стороны религия представлена в ней, как удел фанатиков, провинциалов, не умеющих думать и размышлять, но в то же время именно отсутствие внутреннего стержня, основанного на общечеловеческих законах (что собственно и есть религия – только гораздо более утрированно) и дает человеку разрешение на какие-то либо поступки против человечества и против своей совести – потому что и совести и самого этого понятия, как такого, нет!
Так же постороннему человеку будет достаточно интересно оказаться как бы внутри судебного процесса такой значимости, рассмотреть все юридические приемы вблизи, как детскую игрушку, и еще раз убедиться, что судопроизводство всегда – больше представление и находчивость, чем факты и объективность.
Это роман о человеческой душе, о внутренних запретах, о мечте, о человечности, хочется многим дать этот фолиант с длинным напутствием. В отличие от «Гения» или «Финансиста» он не затянут и не вызывает протестов. Так что для меня это пока, пожалуй, лучший роман Драйзера!

Когда-то давно в гостях я увидела в шкафу старую потрепанную книгу в мягкой обложке, которая называлась "Американская трагедия".
А в начале декабря я почему-то об этой книге вспомнила и решила прочесть. Я абсолютно ничего не знала о ней, поскольку не читала аннотацию и рецензии.

Несмотря на большой объем, книга читается легко, но никто из её главных героев мне не симпатичен. Клайд легко поддался влиянию отрицательной среды отеля, он вообще какой-то бесхребетный, не умеет себя сдерживать и принимать решения, согласующиеся со здравым смыслом. Гортензия, пользующаяся своим смазливым личиком и управляющая своими поклонниками. Роберта, которая поставила выше всего отношения, и начавшая паниковать, когда на горизонте выросла перспектива быть матерью, а Клайд не захотел брать её в жены, чего она решила добиться во что бы то ни стало, а себя показать безвинной жертвой. На суде её именно такой и показывали, не учитывая то, что это был её осознанный выбор, и за последствия ответственность лежит на ней так же, как и на Клайде.
Клайд желает иметь высокое положение в обществе, ничего для этого не делая. В отношениях с Сондрой, поведение которой тоже не очень понятно: вроде бы он ей и правда нравится, а вроде у неё тоже свои цели для оказания ему благосклонности, он часто думает о выгодности её материального положения. В этом его проблема: нежелание добиться чего-либо своим трудом и умом, а ожидание, пока оно само к нему придёт.

Но, в конце концов, он не полностью виноват, что в нём сформировалась такая личность. Что родителям важнее было чтение проповедей на улице, нежели, например, образование детей. Да и если бы он не увидел заметку в газете, мысль об убийстве могла бы и не прийти к нему.
Описание изнуряющего судебного процесса, который стал таким громким из-за его выгодности, заключения, ожидания казни - это задевает какую-то душевную струнку. Когда я заканчивала чтение книги, я плакала, несмотря на то, что это было в общественном транспорте и на вокзале. Даже странно, ведь мне не нравилось поведение Клайда, а такие эмоции.

В начале чтения не думала, что книга настолько "захватит". Советуют прочесть трилогию, что я и собираюсь сделать.

Мы в ответе за тех, кого родили.
«Американская трагедия» оставила передо мной два главных вопроса, после того как последняя страница была прочитана:

1. Кто виноват в судьбе Клайда и вообще, что он такой, какой есть – честолюбивый, ограниченный, сосредоточенный на материальных ценностях, тщеславный? Родители, общество или он сам?

2. Виновата ли Роберта, что уступила Клайду? И насколько виновата вообще девушка в подобных ситуациях?

Вопрос о том, виноват ли Клайд в смерти Роберты, учитывая все обстоятельства, для меня не стоял. Да, виноват однозначно. Ты замышлял это, и ты заранее совершил убийство в своем сознании и своей душе. Ты мог помочь, мог спасти, но ты позволил совершиться несчастью. Ты виновен, и я даже не хочу это обсуждать.

Но почему так, сложилось, что Клайд вот именно такой и именно с ним случилось такое? Не хочу рассуждать на тему виновности общества, социальных обстоятельств… слишком это общо. А очень конкретно хочется обвинить родителей Клайда. В чем? В зашоренности, в излишнем фанатизме, в ограниченности, навязываемой своим детям. Не говорю, что дело, которым они занимались – что-то плохое или убогое, нет. Это достойное дело и это дело веры. Это прекрасно, что она есть, что она поддерживает и дает силы. Но я против такой веры, которая ломает жизни. Я против веры, доходящей до фанатизма. Я вообще против фанатизма. Родители Клайда служат Богу и пытаются помогать людям. Но какой смысл в вашей деятельности, если из-за этого ваш собственный ребенок становится несчастен? И дело не в том, что ребенку неприятно петь на улицах и у него нет вещей, которые есть у мальчиков более состоятельных родителей. Дело в том, что никто в семье не объяснил ребенку, что чтобы чего-то добиться в жизни, в большинстве случаев нужно прикладывать усилия, что-то знать и что-то уметь. А для этого нужно учиться. Почему родители позволили Клайду бросить учебу? Почему не посоветовали тратить часть зарабатываемых денег на какие-либо курсы для обучения любой простой профессии? Потому что для них есть одно – вера. А все остальное мирская суета. Сколько все же истины в простой пословице – на Бога надейся, а сам не плошай…

Да, у Клайда есть своя голова на плечах и, став постарше и побывав в одной передряге, он мог бы сам понять такие простые вещи. Но некоторые головы в силу особенностей характера и темперамента их хозяев не способны прийти к подобным умозаключениям самостоятельно. Им нужно, чтобы кто-то объяснил, доказал и утвердил это как непреложную истину. Но у Клайда такого человека не было. Хотя им вполне мог бы стать его дядя или двоюродный брат Гилберт, на которых поначалу так равнялся Клайд. Но, увы, те решили, что достаточно места на фабрике, да и не пристало слишком уж нянчиться с каким-то бедным родственником. Но нужна-то была такая малость – немного душевного участия и доброго совета…

Не знаю, что было бы с Клайдом, если бы он учился, получил профессию, приключилась ли бы с ним та же самая история… Возможно, да, ведь дело не только в интеллектуальной зашоренности. Беда Клайда еще и в эмоциональной ограниченности. Я очень сомневаюсь, что у него была любовь к Сондре. Скорее была любовь к тем перспективам, которые ему бы дала связь с ней, а еще лучше брак – богатство, развлечения, хорошие наряды… Клайд практически равнодушен к людям, к их переживаниям и проблемам. Его участие они вызывают лишь тогда, когда могут что-то дать ему – плотские утехи, презентабельные перспективы на жизнь, возможность спастись…

Не верю я и в любовь Клайда в случае с Робертой. А в ее верю. Но даже любя, стоило ли заходить так далеко?... Но ведь любовь, молодость, кипящая кровь и пьянящая надежда, что так будет всегда… Но ведь нет никаких гарантий… Но ведь и не расписку же брать с обязательством жениться… Мне трудно обвинить Роберту. Хотя разум говорит: «Она могла и должна была это предвидеть», но женская солидарность выступает против обвинений в адрес Роберты. Этот вопрос остался для меня открыт. И я не знаю, смогу ли когда-нибудь найти на него ответ. Сложны неузаконенные отношения мужчины и женщины были во все времена, и в наше время они не стали проще, несмотря на возможность жить вместе, не давая никаких официальных обязательств друг перед другом. Всегда будет проблема моральной ответственности за свои решения. И всегда будут нежелательные внебрачные беременности.

P.S. Это было первое знакомство с Теодором Драйзером. В целом осталось хорошее впечатление от книги, за исключением того, что некоторые места показались затянутыми – например, описание переживаний и мыслей Клайда, когда Роберта оказалась беременна… мне казалось, что ситуация «Клайд получил очередное письмо Роберты, но ему не до нее, он всецело поглощен Сондрой и ее веселым обществом» повторялась такое множество раз, что стала немного раздражать. Описание судебного процесса тоже для меня оказалось затянутым – повторение одних и тех же улик, фактов, деталей, доказательств сначала в качестве проработок версий виновности/невиновности, а затем уже на суде – как окончательные версии… Но в остальном книга понравилась, задела душевно и заставила о многом задуматься. А я люблю такие книги – не проходящие бесследно. Поэтому знакомство с автором продолжу.

Пока читала к главному герою были двоякие чувства, однако... Жизнь не простая штука, а без внутренних убеждений, а не внешней мишуры и стремлений к этой мишуре... усложняется еще сильнее, что позволит запутаться на ровном месте... и к своим ощущениям и переживаниям...

Затрагивая вечную тему отношений с родителями нельзя не отметить слепую веру родителей в своих безгрешных детей... а всегда ли это правда?... а как родители влияют на судьбу своих детей с раннего детства?

Можно ли осудить за стремление "выдвинуться" любыми правдами и не правдами, стремлениями... если в мире так приветствуется и поощряется "положение в обществе". А что это за общество, которое может такое терпеть, при этом иногда высказывая "фи"??? и закрывая глаза на то, что не стоит афишировать, так как может повредить репутации. При этом все забывают истину о том, что беречь честь нужно смолоду, а не бежать от ошибок и последствий для сохранения "положения в обществе" и начала "с нуля" на новом месте, где никто не знает об ошибках молодости...

Сложно смотреть правде в глаза, легче убежать, спрятаться... но сложно убежать от себя... А как быть, если совесть не мучает от совершенных деяний??? разве можно жить с совершенным преступлением без мук совести? и как с ними жить? Раскольников на своем примере показал, что каким бы не было стремления и убеждения, которые движут при совершении преступления ничем не смогут помощь в разговорах со своей совестью... при условии что эта совесть есть...

Книга Теодора Драйзера "Американская трагедия" больше всего мне нравится тем, что она открывает мне глаза на мои же ошибки. Она помогает мне развеять иллюзии, которые, казалось бы, я давно уже выгнала из своей головы, однако они все же упорно стучатся в мой мозг. Она напоминает мне о том, как глупо, а главное — бесполезно, жаловаться на свою судьбу. Мы можем только принять то, что дано нам свыше, и полюбить свою жизнь такой, какая она есть. Без этого нам никогда не стать счастливыми, какими богатыми мы бы не стали. Сначала нужно быть благодарными за то, что мы имеем. Ведь в этой жизни все не просто так. Любая ситуация дает нам возможность поразмышлять, сделать выводы, чему-то научиться.
Клайд Грифитс — несчастливый человек. С детства он терпеть не мог образ жизни своей семьи. Он был беспокоен, мечтал о счастливой жизни, ему непременно нужно было иметь много денег. Целью своей жизни он сделал богатство, развлечения и успех в обществе. Из этого главного заблуждения и вытекают все его несчастья. Он не знал, что главное в этой жизни — слушать свое сердце. А оно ведь говорило ему, что ни к чему хорошему его поступки не приведут.
Короче, роман Теодора Драйзера об истинах, которые всем известны. И если бы я прочитала его лет 5 назад, возможно, в моей жизни все было бы не так, как сейчас. А может быть, я бы ничего не поняла, и все равно совершила бы все те ошибки, которые всплывали в моей памяти в процессе чтения. Кто знает?

Ох, и тяжело шла у меня эта книга! И где-то на середине даже хотелось бросить читать. Но как я рада, что всё-таки преодолела «сложную» для себя часть и дочитала, ведь теперь я могу с уверенностью сказать, что книга замечательная.
Перед нами предстает американское общество первой половины 20 века, общество насквозь порочное, где деньги, связи и происхождение делают тебя желанным гостем в любом доме, и молодой человек, который идёт на любые ухищрения в стремлении попасть в это общество. В начале книги главный герой вызывал у меня симпатию желанием самостоятельно заработать себе на жизнь и «выбиться в люди». Но это было только в начале. На самом деле Клайд оказался человеком, не способным нести ответственность за свои поступки, человеком бесхарактерным, трусливым и жалким, и я ни секунды его не жалела, ведь каждый обязан нести ответственность за свои деяния. У него была мечта, которую он превратил в трагедию.
Во время чтения эмоции захлёстывали, а главный герой вызывал у меня такой шквал негодования, что периодически книгу хотелось отложить и сделать небольшой перерыв в чтении. Но все-таки Драйзер настолько околдовал меня, что после прочтения я даже не сразу смогла переключиться на другую книгу, потому что мысленно всё еще была с героями «Американской трагедии», а это лишний раз доказывает, что книга произвела впечатление.