The Rake

Деньги по большому счету ничего не значат, если тебе чужды моральные принципы.

Семейными ценностями должны быть отношения, смех и поддержка. А не картины и статуи.

В этот момент я понял, что дом – там, где Эммабелль Пенроуз, и что я влюблен в эту безумную, приводящую в бешенство, совершенно непредсказуемую женщину. Понял, что Мечта была не просто завоеванием, игрой, той, кого я хотел заполучить лишь потому, что не мог себе этого позволить. Она – венец всего. Конечная цель. Та самая.

Дурной характер – как спущенная шина. Можно зайти слишком далеко, прежде чем начнешь что-то менять.

Одержимость – странное чувство.
Иногда оно фантастически прекрасно.
Иногда ужасно.

Возможно, именно в этом и состоит поражение – в отказе от любви.

Жизнь сама умеет задавать темп.

– Надень что-нибудь.
– Что, например? – спросила она, медленно хлопая глазами.
– Да хоть сраный дождевик. Я что, похож на гребаного стилиста? – Я схватил со спинки стула что-то наподобие халата и бросил ей.

За ту сумму, которую я ему отстегнул, Эммабелль должна быть не только в безопасности, но еще и в тепле и уюте, с регулярным педикюром и трехразовым питанием.

Вот в чем особенность боязни замкнутых пространств: порой, когда становится совсем плохо, самого твоего существования достаточно, чтобы участилось дыхание.