The Rake

Мы все способны делать все необходимое, чтобы выжить.

Брак принимает разные обличья и формы.

Фехтование – это шахматы в движении. Оно требует обладания определенным интеллектуальным уровнем, а не только расторопностью и быстрыми инстинктами.

– Я же умру от обморожения! – теперь я пыталась торговаться.
– Напишу тебе приятный некролог.

Секс в приступе злости – лучший секс.

– Ты мечта, видение. Та, что порой приходит во снах. Ты – фантазия, Эммабелль. Слишком хороша, чтобы быть настоящей. Слишком плоха, чтобы тебя познать.

– Я не в восторге от того, что сегодня увидел.
– Боже мой, да что ты говоришь! – Я прижала ладонь к груди, изображая фальшивый британский акцент. – Силы небесные! Я должна сию же минуту бросить работу и стать гувернанткой или монашкой. Как пожелаете, милорд.

Можно многое узнать о человеке по тому, как он ведет себя, когда злится.

– У меня для тебя сообщение.
– Если оно от Сатаны, то скажи ему, чтобы сам ко мне пришел, если осмелится, – выпалила я.

Белль: Я не смогу пойти с тобой сегодня в оперу, но ты можешь заехать ко мне в любое время после полуночи, и обещаю, что возьму такие же высокие ноты. – Б.

Белль: Какое твое любимое животное?
Дэвон: Розовая рыба-лопата.
Белль: Почему?
Дэвон: Они похожи на пьяных футбольных хулиганов, которые пытаются развязать драку в баре. А еще у них жуткие лапы. Их недостатки заслуживают сострадания.

В конечном счете мы всего лишь пресловутые обезьяны, которые пытаются удостовериться, что наш след в этом мире не будет забыт.

Белль: Мне нужно будет увидеть результаты теста на ЗППП, чтобы убедиться, что ты здоров.
Дэвон: Я пришлю их факсом.
Факсом. Дэвон все еще пользовался факсом. Он настолько древний, что удивительно, как не отправил мне результаты с почтовым голубем.

Нет ничего сильнее любви. Даже ненависть. Даже смерть.

– Я забыла упомянуть, что есть другой вариант.
Эшлинг склонила голову набок.
– Ты ведь знаешь, что Бог не окажет тебе такую же услугу, какую оказал Деве Марии?
– Тоже мне новость. Я была такой плохой христианкой, что у меня больше шансов трахнуть аиста. – Я закатила глаза.

– Этот парень идеален. – Сейлор хлопнула ладонью по журнальному столику, на котором сидела. – Честное слово, я бы сама от него залетела, будь у меня такая возможность.
– А что же случилось с нежеланием заводить еще одного ребенка? – подколола ее Перси, заплетая мне косу.
Сейлор подняла руки.
– Я просто пытаюсь заставить нашу девочку определиться с донором, пока у нас у всех яйцеклетки не отмерли от старости.

– А как тебе этот? – Сейлор указала на другой профиль. – Метис. Высокий. Мускулистый. С безумно высоким IQ. Дружит со своей мамой.
– Ага. У него четвертая отрицательная группа крови, а значит, если, не дай бог, что-то случится, мне будет очень сложно найти донорскую кровь для своего ребенка. А еще он называет себя «Все делаем вместе». Ироничнее не придумаешь. При зачатии нашего гипотетического ребенка без преувеличения кончил он один.

Чтобы оценить человека в полной мере, его нужно сперва узнать. Вот почему онлайн-знакомства почти всегда заканчиваются провалом.

Сэм Бреннан не боялся Бога, но, стоило кому-то тронуть хоть волосок на голове его жены, и он разнес бы весь город.

Уважение выказывают к тем, кто рожден в уважаемой семье.