Против кулаков, пинков и их гнусных делишек у меня есть только слова – не так много, но для борьбы вполне достаточно. Лила, конечно, до сих пор верила в наши детские фантазии. Она считала, что, если кто-то своими книгами добился известности, денег и власти, его слово превращается в сверкающий кинжал. Я же знала, что все обстоит куда прозаичнее. Книга или статья могла наделать шума, но одного шума мало: античные воители тоже много шумели перед битвой, но, если за шумом не стояло реальной силы, выходило не сражение, а театр.