Сиротки

Не помню отчего я добавил данную книгу в wish list, где она благополучно пролежала с полгода, пока я наконец-то до нее не добрался. С точки зрения фэнтези — это вполне стандартный шаблонный мир средневековья с войнами и магией. На троне сидит король - параноик, который благодаря последнему магу королевства сумел победить в войне и подавить восстание недовольных граждан, пусть и большинство недовольных не забыло прежние обиды и лишь на время затаилось. Но вот последний маг умирает, а его дар оказывается не в тех руках, отчего король в ярости и всеми силами пытается вернуть магическую силу себе. Именно так начинается данная книга, вполне интересно, но совершенно не оригинально.
Сам язык, которым написана книга, тоже довольно простой и не затейливый. Автор не вдается в утомительные описания всего и вся отчего книга нисколько не проседает в динамике. Помимо этого Мария Вой не боится применять нецензурную лексику, но использует это дозировано и вполне уместно, тем самым придавая персонажам больше привычных человеческих черт. Единственное, что мне показалось странным — это то, что автор, отчего-то, не любит своих женских персонажей, так как обе героини, в итоге вызывают лишь ненависть и презрение. Первая - Морра, баронесса с мировоззрением дешевой куртизанки, вторая - Шарка, дешевая куртизанка... нет, не с мировоззрением баронессы, а с недалеким взглядом на жизнь, которой просто один раз повезло. Хотя, вначале, Шарке переживаешь. То, как к ней относятся другие люди вызывает гнев и ярость. Но чем дальше мы узнаем ее как личность, тем меньше тепла и сочувствия испытываем к ней. Она беспросветно глупа, идет на поводу у своих чувств и не видит очевидных вещей. К Морре впечатления у меня, на всем протяжении книги, почти не менялись, но в середине книги, я даже ненадолго проникся к ней сочувствием. Правда, должен признать - мне не хочется, чтобы хоть одна из них достигла счастливого финала. Остальные герои, тоже не вызывали у меня приятных эмоций: король, Латерфольт, брат Шарры - все они довольно неприятные люди, которые никак к себе не располагают. Из всех героев «Сироток», как тонкие лучики света в темном царстве, я бы выделил Свортека - последнего мага (несмотря на то, что он истребил множество людей на различных войнах, он сумел сохранить в себе крупицы человечности), Рейнара - одного из приближенных короля (чаще всего находящегося под кайфом, но обладающего хоть каким-то разумом), а также грифона Такеша, да, это птица, но один из немногих персонажей, показывающий верность к своему хозяину.
Так же презрения вызывают обе стороны конфликта. Как по мне, ни король, ни ополченцы не должны быть у власти, потому что кто бы в итоге не победил - они не принесут своей стране ничего хорошего.
В целом, не смотря на обилие неприятных персонажей, книга мне понравилась. Видно, что автор, хорошо над ней постаралась и читать данную историю одно удовольствие.

За книгами, которые выпускает редактор "Эксмо" Кира Фролова, я наблюдаю давно, стабильно и с интересом: большая часть качественного русского фэнтези выходит именно у нее (например, "Сокол и Ворон" Ульяны Черкасовой, "Ковен озера Шамплейн" Анастасии Гор, "Шолох" Антонины Крейн и др.). Поэтому у меня уже выработался приличный кредит доверия, и новинки я часто покупаю, не особо заглядывая внутрь книги. В случае с "Сиротками" меня очень заинтересовала обещанная мрачность и жестокость, интересная аннотация и восхитительно красивое оформление (все иллюстрации созданы автором книги, что застуживает отдельного восхищения).

Однако на деле все вышло не совсем так, как хотелось бы. Да, светлым, добрым и уютным мир главной героини, Шарки, назвать никак нельзя, но вся его мрачность достигается не путем детальной проработки ужасов и пороков средневекового мира, а бесконечной грязью, которая ведрами льется на читателя буквально с каждой страницы. Бессмысленная жестокость, беспощадные люди, которые так и норовят оторвать себе кусочек от Шарки. Все персонажи грязные и неприятные, зацепиться здесь буквально не за кого. Даже Шарка, которую постоянно пинают, как бродячую собаку (в этом плане у нее очень подходящее имя), не вызывает жалости, хотя по идее должна бы.

Да, я прекрасно понимаю, что жизнь в средневековье была совсем не сахарная и, вероятно, автор не далеко ушла от истины; насилие, жестокость и грязь — такова была Европа в средние века. Однако здесь тебе бросают это в лицо, мол, смотри, главную героиню-шлюху насилует каждый второй, мужчины режут друг друга ради власти и собственной выгоды, человеческая жизнь ничего не стоит, добро пожаловать! Настолько отвратительный мир не вызывает желания его исследовать; хочется закрыть книгу и помыть руки, которыми ты ее трогал. Мат через слово — тоже перебор. Я совершенно не против мата в художественной литературе, более того, в этой книге он более чем уместен, но не до такой же степени. Герои матерятся через предложение, где надо и где не надо, причем матерятся в большинстве случаев совершенно по-русски. Будь это выдуманные или стилизованные ругательства, было бы гораздо лучше. Если в книге есть мат — он должен быть обоснован: он может быть речевой характеристикой персонажа, может повышать градус накала в каких-то ситуациях, может быть сигнальным словом, после которого понимаешь, что все — сейчас наступит полный абзац. А тут мат вместо союзов в предложениях, и это не работает как надо, а наоборот отталкивает.

В итоге кажется, что автор очень хотела разрушить этот литературный стереотип о прекрасном романтичном средневековье и показать его таким, каким оно было на самом деле (и это потрясающая идея, такого нам действительно не хватает), но замахнулась слишком высоко и не справилась. Возможно, не хватило навыка, возможно, автор взяла на себя слишком многое и не смогла собрать все в единый работающий механизм. Мир получился не пугающе-жестокий, но одновременно завораживающий своей беспросветной тьмой, а просто мерзкий и грязный. У Мартина, Кинга (и Сапковского, которым автор "Сироток" явно вдохновлялась) и прочих писателей, которые тоже далеко не о райских садах пишут, ты следишь за происходящим на страницах насилием и мракобесием с таким интересом, что тебе самому от этого страшно становится, и даже возникающее при этом отвращение ощущается иначе. Здесь же у автора вместо болота, которое засасывает тебя с головой, получилась просто грязная лужа. Что обидно, потому что книга была многообещающей, да и оформление потрясающее. Искренне надеюсь, что вторая часть получится сильнее.

Я помню, как мне в руки попала эта рукопись. Я же знала идею Мари, и я помню, как мне приходит текст и я думаю: «Пожалуйста, только не слей эту великолепную идею, только не слей ее!» Я боялась открывать. Честно боялась. А потом открыла и пропала.

Это очень неординарная книга с сильной динамикой, постоянно удерживающей внимание читателя, с выразительными персонажами и нестандартным для жанра сеттингом.

Автор не просто широко заимствует имена, топонимы и термины с чешскими (шире — западнославянскими) корнями, но и во многом черпает вдохновение из реальной исторической канвы гуситских войн XV века. Многие персонажи «Сироток» имеют явные параллели с гуситами и их современниками (Тартин Хойя — Ян Гус, Ян Хроуст — Ян Жижка, король Редрих — император Сигизмунд). Город повстанцев Тавор отсылает к горе Табор, и даже название «сиротки» заимствовано из реальной истории: так называли себя воины армии Яна Жижки после его гибели.

Однако даже при том, как много в тексте параллелей с реальной историей нашей вселенной, «Сироток» нельзя считать ее калькой. Отталкиваясь от событий гуситских войн, автор выстраивает цельный и насыщенный деталями собственный сеттинг с политическими интригами, борьбой за власть и социальными противоречиями. Однако в этом сеттинге есть еще магия — необычная, красивая и существующая не просто как украшение, а как важнейший сюжетный двигатель.

Именно это сочетание сильной событийной канвы и прекрасно прописанной магии делает роман по-настоящему необычным. Его сложно даже отнести к жанру фэнтези: это настолько живая, объемная и яркая история, что скорее книгу стоит считать магическим реализмом.

Я не книжный блогер, более того — никакой я не блогер, но, так уж вышло, что про книжки и тексты я что-то да знаю. И мне есть, что вам рассказать про замечательную книгу (первый том двухтомника) — «Сиротки» с подзаголовком тома «Отцеубийцы». Это формальный дебют Марии Вой, иллюстрации и оформление книги — тоже её авторства.

«Сиротки» фабульно рассказывают об альтернативно-средневековом королевстве, пребывающем долгие годы в состоянии гражданской войны. Источником вдохновения, что становится понятно буквально с первых страниц, была история Богемии XV века, на долгие годы погруженной во внутренние конфликты, начавшиеся на почве накопившегося недовольства тогдашних чехов правлением императора неСвященной неРимской неИмперии Сигизмунда, по совместительству бывшего королем Чехии. Формальным толчком к началу активного сопротивления чехов стало сожжение Яна Гуса, состоявшееся под давлением католической церкви, несмотря на активные протесты народа и шляхты. Такова историческая канва, но всё же «Сиротки» — это роман не исторический, а, на что указывает авторское обозначение жанра, — дарк-фентези.

Какое же место занимает магия в мире «Сироток», зачем она была нужна и про что на самом деле книга? На эти вопросы я вам не отвечу. Литература — особенно современная — это поле достаточно свободных интерпретаций и найти «правильный» ответ и «что хотел сказать автор» вряд ли возможно (более того — ненужно и вредно, и было бы неправильно утверждать, что вот он Грааль аналитики и единственно верная позиция), но что я сделаю? Я попытаюсь показать, как текст сработал у меня и о чем он мне рассказал, какие я вижу в нём основные темы и конфликты, и почему считаю его важным событием в литературе, а вы можете согласиться или нет.

При прочтении «Сироток» мне как не особому фанату фентези сразу бросилось в глаза одно — Мария училась у лучших. Подобно Профессору, рассказывая о волшебниках и мифических существах, она говорит в первую очередь о людях, о добре и зле; подобно Джорджу Мартину, мастерски передавая бытовую и историческую канву Средневековья в деталях повседневности героев и ряде аллюзий на реальные события прошлого, —рассказывает о проблемах и боли настоящего: о насилии, войнах, империализме и патриархате.

Начнем с последнего — не зря первый том озаглавлен «Отцеубийцы» — одной из центральных тем романа оказывается сюжет о том, как на смену «полоумным старикам», которые «правят миром», хотя «уже ничего ни в чем не понимают» и «еще меньше понимают, что их время давно ушло» и «покинуть его они готовы только <…> через свой труп», приходят новые люди — причем, это происходит по обе стороны основного конфликта в рамках гражданской войны, о природе которого стоит поговорить отдельно — ибо несмотря на то, что порой хочется развесить ярлыки и сказать, что «ну, понятно, эти — добро, а те — зло, это — наш славный вождь, а там — их коварный тиран», при более подробном взгляде (уж простите за эту фразу, но тут она правда нужна) — «всё не так однозначно», а однозначно лишь то, что война не приносит ничего хорошего. Но вернёмся к истории о победе молодости над старостью и появлении новых героев. Лучшим, на мой взгляд, открытием Марии здесь становится то, что это не победа одних белых цисгендерных гетеросексуальных мужиков над другими, как часто бывает в разного толка художественных произведениях, а кардинальная смена парадигмы: на место старого гетмана — символа сопротивления и лидера восстания — максимально маскулинного белого и немолодого Яна Хроуста приходит небелый осиротевший бастард, куда более хрупкий внешне и обладающий легким флёром андрогинности; хранительницей Дара, самого желанного и мощного оружия в мире «Сироток», вместо стареющего загадочного колдуна в роскошных одеждах становится пережившая сексуализированное насилие нищая проституированная девушка-сирота Шарка, её верный спутник и умный не по годам братец — невербальный мальчик, пользующийся жестовым языком, а на своем пути девушка встретит обворожительную бисексуальную ученицу передавшего ей Дар волшебника, к которой начнет испытывать влечение. И это далеко не все из многочисленных примеров встречающихся интерсекциональных персонажей, инкрустированных в роман. Что особенно приятно — сама эта инклюзивность является неотъемлемым атрибутом художественного мира «Сироток», а не попыткой «отработать повесточку» или «получить от кого-то одобрение», как может подумать недальновидный читатель (учись, Нетфликс!), — Марии это просто нормально, такой мир — сложный, разный, противоречивый, в котором есть люди — разной внешности, происхождения, с разными особенностями, состоянием и опытом, они там существуют максимально органично, как и в реальном мире, и большинство деталей, свойственных той или иной характеристике персонажа становятся важными для развития сюжета.

Главная героиня, выросшая в пределах маленького провинциального городка на отшибе королевства в трактире, где вынуждена была работать подавальщицей с юных лет, а позже, когда мать погибнет, убитая несостоявшимся мужем, вынуждена будет сексуально удовлетворять за плату различных мужчин, которые посещали этот трактир. Из приятного здесь (к удивлению — да, есть в рамках этой темы и нечто приятное) можно обозначить особое удовлетворение, которое обеспечила нам Мария, немедленно наказывая персонажа-насильника посредством буквальной кастрации на месте совершенного насилия (как жаль, что это фентези).

У переживающей раз за разом травматический опыт сексуализированного насилия Шарки формируются правдоподобно описанное сквозь сны и ряд других симптомов ПТСР, усиливающееся по мере использования Дара, переданного ей кульминационным насильственным актом — оральным сексом с колдуном, в рамках которого девушка и получила его силы. Использование фактически причинённого ей Дара, которого она никогда не просила, не проходит бесследно для Шарки, как часто это случается у героев фэнтези, обретающих смертоносную силу и пользующихся ею направо и налево, без малейших проблем, рефлексии и последствий для психики убивающих сотни противников: тени силы преследуют девушку и не оставляют в покое. И не оставят, наверное, никогда. Ведь её травматический опыт — неизбывен.

Точный психологизм пронизывает роман, показывая, как героиня вполне логично, будучи травмированной на протяжении большей части своей жизни, готова тянутся к любому, кто оказывает ей хоть толику уважения и, как она думает, любви. Причем, что очень характерно, основным языком любви для девушки, который она знает и пытается использовать и выражать на нем благодарность — является язык любови телесной, — тот, которому её научили бесконечные посетители трактира и сам трактирщик, обещавший некогда её оберегать, что каким-то образом включало насилие и продажу её тела. Следуя этим болезненным паттернам, Шарка стремится телесно «отблагодарить» любого человека, делающего ей добро, и даже думает, что испытывает к ним в эти моменты влечение, фактически не умея понимать свои ощущения и трактовать их, что также является одним из симптомов, преследующих людей, переживших подобное героине.

Но сексуализированное насилие — не единственный источник травматического опыта героев «Сироток». Второй ключевой бедой дилогии является война. Война ужасна — любая, даже самая «праведная», «священная» и «освободительная». Образ войны в романе однозначный, как и общий антивоенный пафос «Сироток». Война отвратительна по своей человекоубийственной природе и ни с одной стороны на деле не оказывается оправданной: осквернением останков, насаживанием людей на колья, бесконечной жестокостью и стремлением к власти отличаются обе стороны. Оба предводителя противоборствующих — Ян Хроуст и король Редрих знают лишь как жить на войне, пребывая в ней большую часть своей жизни, и в глубине души хотят, чтобы она никогда не заканчивалась, ведь только как великие воины и герои они что-то значат, и именно с войной связано их специфическое властное положение в глазах других людей, которое они больше всего боятся потерять. Надежда пока есть — потенциально новое поколение — «отцеубийцы» в силах опрокинуть логику старых белых гетеросексуальных мужиков и их бесконечную патриархальную страсть к насилию и власти. «Может быть, твой упрямый старик соизволит сдохнуть к тому времени. Может, отправится к праотцам мой», — с иронией и лишь надеждой на оптимистичный исход звучит в тексте.

Возможный конец войны, столь долго царящей в Бракадии, становится единственным шансом на нормализацию жизни. Пока что с опаской в тексте первого тома проскальзывают надежды на то, что на место бесконечной и глупой бойне, в которой не то что бы кто-то уже помнит конкретные смыслы и почему «наша праведная вера» лучше «их кошмарной ереси», придет мир. И судьба этого мира и мира в принципе оказывается в руках не избранного, не великого воина, не мессии, а маленькой травмированной девочки, слышащей голоса в голове, не умеющей читать и писать, знающей лишь, как «удовлетворять посетителей». Девушки, случайно получившей величайший Дар без какого-либо плана или высокой цели, а буквально, потому что предыдущему владельцу сделать так показалось забавным. Получится ли у неё? Не факт. Но показать, какой страшной, неприглядной и гадкой оказывается война, и какие тяжелые шрамы оставляет она в душе каждого, блестяще получается у Марии. Чем закончится история — открытый вопрос и узнать его выйдет только после выхода второй части дилогии (что, надеюсь, случится в этом году), но наблюдать за правдоподобными, разными и такими живыми и настоящими героями — можно уже сейчас. Крайне рекомендую прочитать эту замечательную книгу — «Сиротки», Том 1, «Отцеубийцы», Мария Вой. И бесконечно завидую вам, если вы это еще не сделали.

Книгой я заинтересовалась еще благодаря аннотации и обложке, но то, что я получила, значительно превзошло ожидания.

А ожидала я почему-то ромфант с элементами дарк-фэнтези: думала, эх, сейчас почитаю, как красивые мужики в мрачном средневековом сеттинге гоняются за глав герой. Итог: красивые мужики обнаружились, да и не только мужики. И все персонажи, как на подбор, оказались продуманными, изворотливыми и коварными. Каждый характер как яркая вспышка - забыть нереально, не полюбить, несмотря на неоднозначность - не представляется возможным.
И это оказалось именно дарк фэнтези.

“Сиротки” совсем небольшая по объему история, но рисует удивительно колоритный мир. Достраивают визуал замечательные иллюстрации от самого автора, Марии Вой. В истории густая, очень кинематографичная атмосфера: вот покоренный, но все еще опасный и гордый, грифон взмывает ввысь со скалы; вот колышутся на ветру изорванные остатки плащей, скрипят остатки костей и железа на поле брани; вот несется в бой с безумным смехом сам дьявол с белесыми глазами; а юной подавальщице в трактире забытого всеми богами городка хозяин обещает, что больше никогда…

Давно у меня не возникало такого удивительного чувства, когда продвигаешься по истории и понимаешь мотивацию каждого персонажа. И вроде догадываешься, что долго и счастливо тут вообще вряд ли у кого-то получится… Но что еще прекрасней, дочитав первую часть, я даже предположить не могу, чем все закончится во второй. Кто вообще доживет до конца? Кто кого предаст и какие неожиданные союзы будут заключены? Просто восхитительное ощущение неопределенности!

Отдельное чувство глубокого удовлетворения, думаю, будет от прочтения у тех читателей, которые бывали в Чехии и/или интересовались историей и культурой этой страны. Куча аутентичных деталей, типа упоминания кнедликов или местного аналога Костницы - это прямо огромный плюс к погружению в атмосферу.

“Сироток” я нежно полюбила, единственное что, книжку держите подальше от маленьких детей, чтобы не было, как у меня, когда я сижу, читаю в электричке, а ребенок рядом орет: “Мама, мама, смотри какие картинки!!” - а там, хммм, та самая иллюстрация; кто знает, тот знает. XD

В общем, с огромной теплотой и любовью (это вообще нормально, такие выражения по отношению к дарк-фэнтези использовать?) жду “Отцеубийц” и полноценную встречу маленькой ведьмы с Рейнаром - мне это нада, очень нада!

Что ожидалось: тёмное, жестокое, кровавое фэнтези.

Что получилось: обычный young adult.

Мне совершенно не понятны убеждения Марии Вой, что она написала что-то из ряда dark fantasy. То, что герои иногда ругаются матом, и что где-то кого-то убили без подробных описаний ещё не делает фэнтези тёмным.

Особенно умилили слова автора, что её книга может шокировать жестокостью. Простите, кого? Простите, чем?

Эта книга совершенно обычный подростковый фэнтези-роман, и очень удивляет его неверное позиционирование самим автором.

Хотя ладно, скажу все-таки, что первый блин вышел не комом — история получилась интересной и очень легко написанной. Впечатления были бы более позитивные, не будь я  знакома с мнением Марии о её же книге и если бы я не была введена в заблуждение её словами. Все-таки, немного сбивает с толку, когда ждёшь одно, а получаешь другое.

Мария Вой рассказывала, что эта книге не просто о войне, она о ненависти к войне. И это действительно чувствуется с каждой новой главой.

С первых же страниц нас забрасывает в темное, мрачное и недружелюбное средневековье, где царствуют жестокость, алчность и насилие. Герои "Сироток" чаще всего неприятны на первый взгляд, а порой даже и отталкивающи, но чем дальше льется текст, тем больше получается проникнуться некоторыми из них или взглянуть с новой стороны.

Шарка является главной героиней, вокруг которой и разворачиваются мрачные события, но не к ней приковывается читательский взгляд, если говорить начистоту. На передний план спустя три-четыре главы выходят более фактурные герои, за которыми интересно наблюдать и за чью судьбу переживаешь. Однако любопытно, как ГГ раскроется в продолжении дилогии, ведь сила героя нет всегда в его изначальной прописанности, порой она и в его росте.

Язык и стиль достойны отдельной похвалы, поскольку они и соответствуют жанру и атмосфере, и прошли хорошую редактуру. Абсценная лексика, присутствующая в тексте, меня лично не смутила, ибо она тут вполне к месту, на мой взгляд: ругательства придали истории своеобразный колорит и некий шарм брутальности.

"Сиротки" в особенности придутся по душе тем, кто знаком с вайбами игры "Kingdom Come. Deliverance", ибо чешские мотивы отлично прослеживаются в книге Марии!

Около-чешский дух, грифоны, темная магия... Все это способно увлечь читателя и перенести ненадолго в настоящее темное средневековье. Спасибо большое автору за атмосферную историю, буду ждать продолжения!