2017

По мере прочтения (прослушивания) мое мнение не раз менялось. Неоднократно менялся и формат рассказа, который из романа взросления преобразовывался то в любовный роман, то в некий производственный роман, то в роман-загадку, не говоря уж про мистические моменты. А уж история с современными нуворишами, хлопочущими о своей загробной жизни - это чистая комедия с элементами сатиры. Да и не надо забывать про то, что роман в некоторой своей части представляет историю альтернативную, отражающую наше бытие и сознание, со всеми вытекающими социальными и даже революционными моментами.

Менялись не только начинка или обертка, было ощущение, что мы оказываемся иногда и в иных временных пластах. А если пытаться перечислить обстоятельства, в которых менялась жизнь героев, то начинаешь понимать, что здесь глубинных процессов еще больше. Это как смотришь в калейдоскоп, и при каждом его повороте перед нами иной узор. Так и здесь. Чем дальше, тем больше своих разных граней демонстрирует книга Ольги Славниковой. Язык книги, о котором многие говорят, я не воспринимала, как что-то отдельное, он мне показался очень гармонично сочетающимся с сюжетом, героями, подтекстом или юмором.

И это очень добротная, интересная работа. Хотя мне местами - больше сам герой - но и атмосферой тоже напоминало то "Петровых в гриппе", то "Географа..." Алексея Иванова. Были пересечения или ассоциации, которые неминуемо напоминали о них. Зато многослойность этого романа - она несравненна.

Бывает же так: казалось бы, совершенно разные вещи, но сделаны отчетливо из одного материала. И если «Стрекоза, увеличенная до размеров собаки» была чем-то вроде монолитной каменной плиты, которую можно было лишь робко царапать коготком в тщетных попытках добыть себе немного воздуха, то «2017» - это каменная же, но гораздо более изящная фигура, возле которой хочется то постоять, уткнувшись лбом, то взирать на нее восторженно и издалека, запрокидывая голову.

Постоять рядом, потому что очень пронзительно о любви, об одиночестве, о мечте… О глупеньких, наивных попытках обмануть, переиграть, запутать Судьбу. Болезненное и прекрасное между двумя, смешавшиеся в одно верность и предательство, уверенность и сомнение, откровенность и молчание.

И тут же ты вынужден сделать шаг назад, потому что иначе не охватить ошалелым взглядом всю эту махину. Картину будущего, которое воспринимается как настоящее. Пространство иной реальности, которое, тем не менее, не отделяешь от реальности привычной – так уверенно, не моргнув глазом, творит Славникова эту другую действительность.

А отступив еще на шаг, видишь, каков сегодняшний мир по Славниковой – фальшивенький, ряженый, сам себя медленно переваривающий. И вроде бы страшно, но больше – величественно.

В третий раз читаю Славникову, и в третий же раз, так или иначе, - прорыв. Похоже, пора заносить ее в любимые.

...Все равно кое-кому тут нужно сдавать экзамен по современной литературе, так что наслаждайтесь акцентированным пересказом в моем исполнении.
------

Роман-миф.

...Крылов внезапно поперся встречать людей из какой-то экспедиции, презрев сытость и взрослую статусность ювелира. Его бывшая супруга красуется на обложках журналов. Любовницы Крылова, кроме бывшей жены Тамары, были с дефектом. Тамара "ловит через Крылова жизнь, с которой она соединена лишь правом собственности". Она лишняя в своем идеально поставленном спектакле.

У Крылова есть чувство камня (Данила-мастер). Он мечется между Зазеркальем и реальным миром (50 метров жилплощади вне юрисдикции действительности). Главная категория бытия Крылова - прозрачность, противопоставленная "сухому азиатскому миру" детства. Прозрачное невозможно постичь, разрушив или разобрав на куски. Подросток Крылов сам был прозрачен, из кристаллов создает коллекцию призраков.

В детстве у Крылова была тетушка, которая потом незнамо куда сгинула, а семья предпочла ее "замолчать".

Женщина-незнакомка "допустим Таня". У "допустим Тани" есть некий механистический призрак-протез - МУЖ. Она странно-живучая, женщина без возраста и без страха.

Тамара и Татьяна - антиподы. Одна красива плотью и имеет возраст, реальна и осязаема, вторая - красивый скелет, без возраста, нереальна.

Отношения между Крыловым и Татьяной - "болезнь". Они боятся открыть настоящие имена, общих знакомых, общее В ПРИНЦИПЕ: табу на поиски друг друга в реальности. Излишние сведения друг о друге могут влиять на реальность, "очеловечивая ее".

Анфилогов - профессор, обладающий ТОЙСАМОЙПРОЗРАЧНОСТЬЮ, гений конспирации, пытается управлять реальностью, подменяя его. Он собирает кристаллических уродцев. Красота рифейской природы - "как радиация" - вгоняет его в депрессию. Город же - мир, созданный головой, поэтому в нем жить проще.

Славникова вмеру избыточна в деталях и запахах - кинестетичность описаний окружающего мира.

Мифологизация: не Урал, но Рифей. Отсылки к Бажову. Исчерпанная, выпотрошенная и опустошенная красота. Реализм как поверхностное мышление у рифейцев. Братство хитников.

..Каменной Девке от рифейца нужна любовь - "настоящего состава, формула которого еще никем не получена",безтеневого, а для избранника эта встреча - что-то вроде экзистенциального криза в самом себе же.

Через 10 лет после встречи Крылова и Анфилогова - рифейские места начали оживать. Анфилогов и его экспедиция застревают в роковом месте и почти проедают свой запас.

За Королевым и Таней начинает наблюдать мужчина с парадным торсом. Шпион-зазеркалец, вездесущий и реальный.

Близость человека и насекомого в романе очень жирно подчеркивается - в своей собственной квартире Крылов прикидывается насекомым, похожи на насекомых и мертвые клиенты его бывшей жены. Тамара решает реформировать
похоронный бизнес. Фарс в морге: лотерея и прочее. Тамара хочет построить новый технологичный некрополь. Смерть - это свобода и позитив. Модернизация СМЕРТИ до вещности всего остального мира: нужно просто создать вещь, воплощающую радость смерти. Строить эту вещь будут существа-гуманоиды, самовоплотители современного искусства.

История Мити Дымова - приблудного к домам карьериста, альфонса-бисексуала. Но город его не принимает - и это его травма-рана. Он думает, что смысл искусства - в дерьме. Тамара - его первооткрывательница.

Хитники вне структур бизнеса, вне "глобализации", и поэтому их
опасаются, и поэтому их хотят ликвидировать. "Мы родились в
местности, где половина населения желает не быть". Мир не терпит прозрачности. Промыслу хитников угрожают технологии. Экономическая бомба страшнее атомной - поэтому развитие технологий искусственно тормозится, т.к. иначе наступит обессмысливание бытия. "Девальвация креативных достижений" - стихов, творчества.

...президент США Памела Амстронг (то ли Андерсон, не разберешь) - антиутопия или дистопия проявляется в тексте довольно поздно.600-долларовая купюра украшена ее портретом.

Мир как бодрийярова "через" - консервация жизни, отмечаемая Крыловым в пятой части: "культура копии при отсутствии подлинника" (виртуозы театра нищеты, размножающийся копированием бизнесмен Саков и принципы бытия Анфилогова, который создает резервные копии всего - квартир, женщин, людей).

Убежище Крылова и корундовая речка Анфилогова - явные параллели. У Анфилогова, выясняется, появилась молодая жена-каменная девка Екатерина Сергеевна. Отчужденный напарник Анфилогова Колян готовится к смерти. К Коляну приходит понимание, что материальное богатство, богатство-предмет ничего в жизни не решает. Оба потравились в подземелье. Корундовая жила - источник страшной красоты, и Анфилогов хочет ее уничтожить. Чем больше они уничтожают жилу, тем более врастают в действительность сами.

Проблема глокализма в рифейской области интересно решена в концепции некрополя "Купол". Собрание живых мертвецов - им не нравится, когда им об этом напоминают. Двуличность элиты, которая, тем не менее, поддерживает лозунги типа "Мы обязаны заботиться о других". Тема отдачи образа фотокамерам и телекамерам (см. Кундеру, "Бессмертие", что ли).

Вакханалия на дне города: бойня между красноармейцами и
белогвардейцами. В этой вакханалии Крылов и Татьяна теряют друг друга. Ряженая революция. Конец истории: юбилей социалистической революции.

Благодаря Тамаре (которая в романе есть олицетворение технологии) Крылов (который оказывается не Иван, а Вениамин) выясняет личность соглядатая. Но с Тамарой они расстаются врагами. Впрочем, потом мирятся. Но смотрите далее.

В городе и стране начинают играть в военное время (спички, галеты, тушенка из стронциевых оленей). О чудо - люди оживились, начали общаться - дышать перед смертью. Но: если не включать телевизор, то можно жить как у Христа за пазухой.

Вне города - обострение "фольклорности", как и во время любых исторических переломов: серебряные копытца, буйствующие ящерки, дочки Великого Полоза - обвещение мифов, аномалии, пожирающие реальность.Анфилогов же не возвращается, и хитники обеспокоены этим. С природой происходит что-то странное: все будто бы отравлено, исчезает время. Появляются безкнижные книги:

- Я в своем новом романе, быть может, не меньше Булгакова или какого-нибудь Олеши, – сообщил невозмутимый Меньшиков, игнорируя недоверчивые ухмылки. – Только это никому сейчас не интересно. Ничего не происходит – и не должно происходить. И даже новости по телевизору, в газетах – для того, чтобы не было новостей. Поток информации смывает все, что может иметь хоть какое-то значение. И книгу мою издали, только чтобы не было неизданной рукописи. Чтобы не болталась. Чтобы в тот же поток. Ну, вы понимаете, о чем я говорю.

Хитники уходят на войну. Тамара все-таки принимает участие в
программе Мити Дымова "Покойник года" (прямо "Пусть говорят" какое-то). В студии Тамару "давят" за "духовность и нравственность", за которые как бы борется как бы элита общества в лице госпожи Семянниковой. Также на передаче выясняется, что местность отравил золотодобывающий завод - оставили отходы без присмотра, и они попали в грунтовые воды. И общественность посчитала, что в этом виновата Тамара. На нее заводят уголовное дело, и ее люди, богатство рассыпаются. А Тамара в сознании людей сливается с Той, против которой борется: "Госпожа Смерть" - ее новая кличка в прессе.

Погоня Крылова за соглядатаем заканчивается смертью второго. Случайно узнается, что Анфилогов умер в экспедиции, камней же при нем нет.

...Анфилогов не успел создать свой призрак в квартире, но Крылову, кажется, это удалось: Тамара, пришедшая в убежище, чувствует, что "кто-то есть". Тамара: "Социальная масса не нужна новому дивному миру", "Я ненавижу простых людей". Единственное, в чем нуждается еще культура - в трупах великих людей. Выясняется, что Татьяна - вдовица Анфилогова. Т.е. проступает настоящая жизнь, и она вызывает у Крылова стыд.

Фарид и Крылов решают идти в экспедицию за корундами. Им посильно помогает программист Дронов, чью дочь Крылов спас в сумятице. Оказывается, что Дронов и сделал чудо-телефон, конфискованный у соглядатая. Крылов впадает в сонливость - вспоминает детство и особенно тетушку, которую его семья бросила, бежав в Россию, когда ей было 19. Гений Анфилогова (умение разделять людей) работает и после его смерти, когда Крылов видит у квартиры профессора всех людей. Найдя Таню, Крылов разочаровывается: она стала вульгарна. Крылов следует за ней и оказывается в квартире дорогого дома, где видит "призрак" умершего Анфилогова, эта квартира - такое же убежище, что создал себе Крылов. И "Каменная девка" Татьяна оказывается обычной, похотливой до денег, бабой, одержимой культом молодости и ненавистью к старости. Богатому человеку
не нужна определенность, ему не нужен кто-то еще - и Татьяна попадает в Зазеркалье с головой. И выясняется, что Хозяйка горы - просто "самая богатая женщина мира".

Перед объездом в экспедицию Крылов заезжает к матери. У них не топят (катаклизмореволюции в стране), он опять остро чувствует разобщенность с ней. "В Москве началось", - сообщает возвратившемуся Крылову Фарид. "Москва напоминала огромный вокзал, где все искали своих" - История вновь нарождается, появляется время. Эпидемия Истории. В московской толпе - два НАСТОЯЩИХ, не ряженых ("прямой удар подлинности, направленный в грудь"), ветерана Отечественной войны. Таким образом, все враги реальности и Истории убиты или повержены.

Конец романа - своеобразная аллюзия на поэму А. Блока "12" - идущих на вокзал Крылова и Фарида сопровождает топающая по снегу босая Судьба.

Потрясающая русская речь в неубедительном романе русского магического реализма.

Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня.
Не делай сегодня то, что можешь сделать послезавтра.

Речь Славниковой завораживает. Ничего подобного по речевой стилистике я не читал ни в современной русской литературе, да и нужно понапрягаться, чтобы вспомнить отметившихся на ниве невероятной красоты речи русских классиков. Если вам нужен глоток, «всего один, один глоток// Один глоток прошу не впрок…», глоток веры в неистребимую красоту русского слова и русской литературы – это к Ольге Славниковой. О существовании которой я даже не подозревал. Что никак не отразилось на качестве её, повторюсь, текста. Почему-то.

Если вы, читатель, хотите почувствовать себя эстетом, не важно – есть ли у вас для этого данные, нет их, - не важно; если возникла потребность отстраниться от суетного шума вокруг или от постоянной усталости посменной работы; если… да мало ли вызывающих по меньшей мере досаду обстоятельств, - одним словом: захотелось куртуазного маньеризма – будьте добры, пройдите на странички этого романа (или повести?), вам именно сюда.

А если, не дай господи, вы как-то связаны со словесностью помимо формата хобби (как сказал о профессионалах-русистах!), и «нужно» для чего-то привести пример идеальной русской речи, пожалуйста, откройте любую страничку «2017», начните с любой строки, ну там с «20-той» сверху или «17-ой» снизу, всё равно не ошибетесь; откройте, выделите текст – и в рамку на стену! Или в дидактический материал для урока русского языка. Любой отрывок текста, на любой страничке (правда, мен показалось, что плотность, густота, консистенция утонченнейшего вкуса изумительной речи в первой половине романа (или повести?) всё же выше, нежели в половине второй.

Абсолютный респект!

Что же касается магического реализма a-la russe, не, не знаю, не особо верю, потому как не особо эта самая магия зацепила. Впрочем, возможно, мой случай, это когда Мадонна пела о material girl, слишком material. Хотя с Амаду или Маркесом – да всё нормально, прокатывало, цепляло, возбуждало, волновало.

Почему предварил текст гимном трудолюбию: «не делай сегодня»? Потому как сразу нужно делать какие-то заметки, выписывать куски текста, потому как после прочтения, да ещё и с временной паузой, - вмэрла. Так вмэрла. Фиг вы соберетесь снова пересматривать текст, выискивая тонкости или какие-то особенности речи и сюжета. Называется выгорание или высказанность. Там есть большие куски проницательных рассуждений о действительности, о происходящем, даже о грядущем. Но это нужно искать, поверьте на слово и прочтите.

Пожалуйста, насладитесь изумительным текстом, нет, не правильно и не правда, - изумительной речью отличного, ну хорошо, - очень достойного романа (или повести?)! Чтение «2017» - изумительное наслаждение!

Книжка ручной доступности. Очень рекомендую такой статус каждому читателю. Всегда под рукой. Должна быть.

Символично, что первой книгой, прочитанной в наступившем 2017 году, стал удостоенный в 2006 году премии «Русский букер» роман «2017» современной русской писательницы Ольги Славниковой.

Действие происходит на Урале, прозванном в книге Рифеем, в рифейской столице Екатеринбурге, хотя название города ни разу не произносится, но все Екатеринбургские достопримечательности легко узнаются, разве что Славникова из своего 2006-го немного помечтала и увеличила население уральской столицы до четырех миллионов человек, в то время как сейчас — немногим меньше полутора, значительно расширила инфраструктуру города — согласно книге в Екатеринбурге имеется разветвленная сеть метрополитена, а не одна линия, как сейчас, выстроен Международный экономический центр. В остальном же прогнозы Ольги Александровны пугающе точны и кое-где по миру начали сбываться даже раньше намеченного срока.

Что касается сюжета, то он насквозь пропитан магическим реализмом с уральским колоритом и представляет собой некую современную интерпретацию сказов Бажова, приправленную любовной мелодрамой и политическими играми. В центре повествования сорокалетний камнерез Крылов, переживающий период острой влюбленности в загадочную Татьяну, его бывшая жена Тамара, светская львица похоронного бизнеса, до сих пор отчаянно влюбленная в Крылова, его преподаватель Анфилогов, отправившийся в экспедицию к богатейшему месторождению корундов. А тем временем приближается столетний юбилей Октябрьской революции и страну неистово лихорадит — тут и там проходят ряженые демонстрации, переходящие в настоящие бойни.

Роман написан удивительно красивым и правильным литературным русским языком с огромным количеством небанальных метафор и непростых многословных конструкций. Книгу не проглотить в один присест, Славникова требует от своего читателя неторопливого, вдумчивого чтения, плавного погружения в текст, полного отречения от насущной реальности и ухода с головой в мистическую реальность романа.

Тонкий и пронзительный роман о судьбе, одиночестве, любви и мечте, о том, как с легкостью фарс перерастает в настоящую смерть, а любовь в пустоту...

Случайная цитата: Профессор всегда прекрасно ладил, жил душа в душу со своей библиотекой: книги, две колонии на двух лично профессором обжитых квартирах (однокомнатная Екатерины Сергеевны не могла претендовать на то, чтобы сделаться третьей, при том, что была шестой по счету, приобретенной профессором в собственность), были ночными существами и защищали Анфилогова от наваждений, слетая к нему под лампу в темное время суток. Они говорили с профессором на трех языках, причем иные лежали раскрытыми по многу недель, развалясь в облокоченных позах, характерных только для книг, напечатанных по-русски.

Ну вот как-то не вдохновило сие многословоблудие :) Да, Бажову рассылаются явственные приветы всю книгу, хотя всё-таки у Бажова картины красочнее...душевнее, что ли. Всё-таки Урал и Рифей - почти столетие-два разницы по развитию человеческой натуры. И прямо скажем, какое-то оно гадское, то развитие. То революшн устроили в юбилейную дату, то ещё что. Ещё и театрализация ритуальных услуг. "Не по-христиански это!" Реинкарнация Хозяйки Медной горы тоже какая-то...шутовская. Сплошная зыбкая декорация, причём не слишком качественно отрисованная.

Была мысль подождать до 2017 и уж тогда читать, но судьба-чертовка распорядилась иначе.
Этот роман не прочитаешь за пару часов. И даже не потому, что книга довольно объемная. Дело в том, что произведение значимо своей образностью, каждая деталь прорисована чрезвычайно тщательно, и язык чудесный. Именно за манеру повествования я готова простить Славниковой то, что роман, в целом, не мой: для меня земля – это почва, а не камень. И драгоценных каменьев у себя под ногами я найти не ожидаю.
Рассказать вкратце, о чем книга, невозможно. Это что-то вроде "Медной горы Хозяйки" для взрослых, однако будни хитников – только одна из граней повествования. Значима также линия взаимоотношений Крылова с бывшей женой, не желающей его отпускать, и таинственной Таней, каждое свидание с которой превращается в авантюрное приключение. Крылов же мечтает о прозрачности, уединяется в квартире, о которой, кажется, никто не знает, и невольно становится свидетелем народных волнений, расползающихся по стране.
Написанная в 2006 году, книга не содержит достоверных ведомостей о
достижениях в области техники, а относительно социальных процессов… надеюсь, автор ошибается.