Der Konformist

Приступая к этой книге, я рассчитывала больше узнать о предвоенной ситуации в Европе накануне Второй мировой войны, о настроениях людей и о причинах, побудивших их примкнуть к фашизму. И хотя на примере главного героя автор и даёт ответ на мой вопрос, но слишком специфический у Марчелло путь, а история его слишком личная, так что произведение нельзя отнести к исторической литературе. Более того, фашизм и антифашизм тут в принципе не имеют большего значения, они даже не сильно отличаются друг от друга на страницах этой книги, а если абстрагироваться от знания истории, то получается, что те, кто за фашизм - строгие люди, любящие быть как все, уважающие порядок и правила, а антифашисты

Итак, в этой книге перед нами драма отдельного человека, вернее, сначала история мальчика, не похожего на остальных и мучающегося своей отличностью от сверстников. Автор весьма подробно описывает его внутренний мир, его чувство вины и жажду внимания со стороны родителей, которые слишком заняты своей личной жизнью и разборками между собой. Эта первая часть напомнила мне произведение Юхан Борген - Маленький лорд , читать ее было интересно, хотя главный герой и не вызывал симпатии. Рассказывает автор и о попытке совращения малолетнего героя, но хотя это и весьма волнительный, даже драматичный момент, все же у меня сложилось ощущение чего-то нереального, отчасти гипертрофированного, отдающего театральщиной.

Вторая часть, большая по объему, показывает нам выросшего героя, ставшего чиновником и тайным шпионом фашистского правительства. Но не стоит ждать тут приключений в духе Джеймса Бонда или интриги в стиле Штирлица, эта часть отличается весьма неторопливым повествованием, событий мало и читать ее было достаточно скучно. Возможно потому, что главная мысль о причинах того, что Марчелло примкнул к фашизму, настолько явно подана, столько раз повторяются слова о том, что он жаждал быть нормальным, стать как все, слиться с толпой, что это повторение и подчеркивание начинает раздражать. Не понравились мне и явные отсылки к сумасшествию, слишком просто объяснить любовь к фашизму проблемами с психикой, слишком массовым было это явление и для меня история обычного «бюргера» из нормальной семьи была бы интереснее, чем судьба данного героя, у которого все детство было «поломанное».

Но больше всего в данной книге мне не понравилась финальная часть, настолько оторванная от реальности, что выглядит несколько абсурдной.

Писателя, так же, как и героя, мало волнуют вопросы политики, да и совершение предательства - скорее красивый жест, позволяющий сравнить главного персонажа с Иудой, но все это выглядит как красивая, но несколько бездушная картина. Возможно, я не смогла проникнуться переживаниями главного героя потому, что он мне совсем не близок, он словно экзотическое насекомое, которое не хочется рассматривать в подробностях. Для меня даже его жена была более интересным персонажем, но ее история лишь тень на страницах данной книги.

Подводя итог, стоит отметить, что произведение красиво написано, но оказалось мне чуждым, проникнуться им не получилось.

Чертовски интересный опыт - читать книгу после фильма. Тем более после одного из любимых, просмотренного множество раз, практически выученного наизусть, когда любое движение героев знакомо и понятно, и казалось бы, книга не откроет что то принципиально новое. Ну, добавят или уберут пару лишних героев, финал может быть печальнее или наоборот, радостнее, а впечатления и знакомство со внутренним миром героев, будет чуть полнее и глубже. И вроде бы ожидания полностью оправдались, но насколько ярче и острее воспринимались даже самые незначительные, а уж тем более решающие дальнейшую судьбу главного героя, моменты.

Одиночество ребенка, родители которого погружены в себя, в свои ссоры и радости. Отец, одержимый ревностью, погружается в сумасшествие, молодая мать, увлечена личной жизнью, а ребенок предоставлен сам себе. Некому его поддержать, объяснить острые моменты, помочь советом, окружить заботой, дать верное направление.
Неприятие ровесников, отсутствие товарищей, шатание в одиночестве, глупые и жестокие поступки от безделия, убеждение в собственной ненормальности, мыслях, что хуже других, а потом такой страшный опыт - почти свершившееся сексуальное насилие, все это формирует в ребенке желание быть во что бы то не стало нормальным, как все, слиться с толпой.
С возрастом это стремление принимает пугающие формы, молодой мужчина живет в постоянном напряжении и самоконтроле, каждый поступок и движение, делает с оглядкой на других, начисто забыв о своих желаниях.

И вроде бы в жизни происходит все как надо: красивая жена, пусть и нелюбимая и ни на грамм не понимающая, зато перед людьми не стыдно, ее любящие, оказывающие поддержку родственники, еще живые и относительно устроенные родители, а в свои молодые годы в карьерном плане, давно обогнал ровесников. Ему доверяют убрать врага по политическим убеждениям, задание ответственное, но не вопиющее, ведь для того времени и преступного государства это совершенно нормально. И пусть потом окажется, что это была крайняя мера, даже лишняя, достаточно было запугать, вполне нормально усыпить совесть, смириться с ошибкой, мало ли людей их совершают, продолжать жить своей жизнью, а потом, когда власть сменится, приспособиться к новым временам, если получится.

Книгу прочитала в рамках борьбы с долгостроем, чему очень рада, иначе бы руки до нее никогда не дошли.

Все таки у Моравиа какое то мне неблизкое, иное течение времени. Вроде бы невозможно соскучиться, одно событие стремительно сменяется другим, за небольшую книгу проходит вся жизнь героя, но в то же время все так подробного, дотошно. Характер и внутренний мир, даже казалось бы, незначительных персонажей, показан до мельчайших нюансов, при таком полном знакомстве с ними, увязаешь, как в смоле. Это одновременно прекрасно и утомительно.

Есть у современного человечества эдакая непогрешимая вера: если персонаж особенный и/или мудак, значит, в его судьбе обязательно было что-то такое, от чего он таким особенным мудаком стал. Ну, авиакатастрофа, пожар, смерть родителей и хмурого вида дядька с конфетами, который ошивался вокруг его детского сада. Согласно этой вере, нельзя, взрослея среди обычных людей и делая все то же самое, что и обычные люди, стать таким вот особенным мудаком, как какой-нибудь персонаж. Все величие марксизма обрушивается на нас в этом доводе, говорит, что бытие определяет сознание, и, если вы в детстве не падали в глубокую яму, то никакой вы не особенный, а скорее всего, даже и не мудак.

До поры до времени я думала, что этот миф породила современная культура, которая в каждом сюжете запускала слезовыжималку и нагнетала драмы: и в детстве его не любили, и в юности растлевали, и в молодости держали прикованным к батарее, вот и обиделся он на весь мир. А теперь гляжу - и у Моравиа, в книжке, написанной почти семьдесят лет назад, все тот же сюжет на заезженную тематику: Марчелло Клеричи в детстве обидели злобные дети и дяди, поэтому он стал правоверным фашистом.

Чтобы стать правоверным фашистом, много ума, простите, не нужно - достаточно быть урожденным гражданином фашистского государства и соблюдать все его законы. Вот вам еще один занимательный миф: почему-то с высоты своего компьютерного времени многие считают, что нацизм и во времена нацизма казался чем-то плохим, а любить фашизм среди фашистов могли ну только самые отъявленные "фошысты". Которые и кошек из рогатки били, и с незнакомыми дяденьками на улицах кокетничали в обмен на пистолет. Да нифига. Не хотелось бы делать грязных намеков, но и тут и там государственную пропаганду тоже не на коленке делали.

Все остальное, свободное от детских шалостей и казни просвещенной интеллигенции, время, Марчелло Клеричи посвещал утверждению собственной "нормальности". Для него это значило жениться, поселиться в милом бюргерском доме и не отличаться от соседей, хотя это, по собственному признанию Марчелло, у него как-то плохо получалось. На самом деле, он просто идеализировал своих соседей и все остальное население Италии, потому что в тот момент не отличаться от других было национальной идеей. И каждый мог найти у себя за спиной какой-то грешок, на который можно свалить все проблемы жизни, и сокрушаться до самой старости, что он ненормальный и нормальным никогда не станет.

Моравиа сделал слово "нормальный" ругательством за пятьдесят лет до того, как это стало модным. И если даже упустить из виду лексическое значение, то нельзя не заметить, что повторяется оно там так же часто, как слово "fuck" в классической американской недотарантинке. Нормальный нормальный нормальный нормальный. Тфу.

Это не книга, а сказка про красивого в белом пальто наоборот. Просто стоит он, как дурак, в пальто наизнанку, и думает, что правоверным фашистом он стал от жизни такой. И не понимает, бедный, что фашистом быть - нормально. А ненормально - это на потолке спать и поступаться шкурными интересами ради общечеловеческих ценностей.

Будем надеяться на расширение доступа к тому и к другому в XXI веке.