Цитаты из книги Мавританец

В Гуантанамо есть много странностей. Например, мы с сержантом разговаривали как старые друзья, несмотря на то что на мне были наручники.

Арабские страны не дружат. Наоборот, они ненавидят друг друга. Они никогда не сотрудничают. Все, что они делают, это плетут заговоры друг против друга. Для Мавритании Иордания бесполезна, и наоборот. Однако в моем случае США заставили их работать вместе.

Более 90 процентов населения Иордании — мусульмане. Для них, как и для всех мусульман на Ближнем Востоке, пост — самая важная религиозная служба. Люди, которые не постятся, осуждаются другими, поэтому некоторые начинают поститься из-за давления со стороны общества, хотя многие из них неверующие. В Мавритании люди спокойнее относятся к посту, но строже к молитве.

Я должен отметить, что в Мавритании полиция не использует параноидальные и жестокие американские техники завязывания глаз, затыкания ушей и заковывания людей в цепи с головы до пят; в этом плане мавританцы очень спокойные. Вообще я думаю, что в мире нет людей более жестоких, чем американцы.

У нас, мавританцев, есть плохая привычка организовывать все на лету, это наследие нашего бывшего деревенского уклада, которое живо до сих пор.

- Я не поверю ни во что, пока не увижу это собственными глазами, - говорил он мне.

- После того как ты увидишь что-то, тебе не нужно будет верить в это.

Она была убеждена, что каждый араб - террорист, пока не докажет обратное.

Нет никакого смысла палестинцам работать на американцев и помогать им победить людей, которые, предположительно, палестницам помогают. Я понимал, что этим двум следователям не знакомы нормы морали и что человеческая жизнь не имеет для них никакой ценности. Я оказался между двумя враждующими сторонами, и обе считали меня своим врагом. Исторические недруги объединились, чтобы поджарить меня. Это было абсурдно и забавно одновременно.

«Обещаю, я никогда не буду жаловаться на твою еду, мама», – думал я.

Я готов был умереть, но не думал, что это произойдет именно так. Боже, сжалься надо мной! Думаю, что никто не встречает смерть так, как представлял себе. Люди принимают в расчет все, кроме смерти. Вряд ли у кого-то в календаре отмечена дата своей смерти

"Я подумал: "Ты заслуживаешь ада больше, чем я, потому что усердно работаешь, чтобы попасть туда!""

"Но тот факт, что мне нельзя было видеть дневной свет, заставлял меня "полюбить" короткие переходы между моей чертовски холодной камерой и допросной. Для меня было счастьем, когда тёплое солнце Гуантанамо согревало меня. Я чувствовал, что ко мне возвращается каждая частичка моего тела. Я всегда чувствовал это фальшивое счастье, и оно всегда длилось совсем недолго. Это как принимать наркотики."

"Чай - единственное, что помогает мавританцу выжить, с Божьей помощью."

"Я не очень разбираюсь в телекоммуникациях, поэтому, когда на меня надели наушники, я подумал, что это какой-то новый американский метод, который позволит им высосать всю информацию из моей головы и передать её в главный компьютер для анализа. Меня совсем не беспокоило, что они высосут, намного сильнее я боялся боли от электрических разрядов. Это звучит глупо, но, когда ты напуган, ты - это не ты. В такие моменты ты снова становишься ребёнком."

"Но в этот день я задумался о побеге, потому что я никогда не представлял, даже во сне, что меня отправят в страну, которая во всём мире известна своим практикующим пытки режимом."

"Я думаю, что желание заработать не может быть оправданием того зла, которое они совершают во благо правительства и несправедливого режима. В моих глазах они были так же виновны, как и все остальные, независимо от оправданий, которые они могут себе придумать."

"- Мы вторглись в Афганистан и убиваем там всех. Думаешь, это нормально? - спросил агент Ли.
- Вам лучше знать, вы же этим занимаетесь, - сказал я."