IPhuck 10

О том, что вышла очередная книга Пелевина, я узнал из появившейся в сети злобной рецензии. После того, как наткнулся на вторую, не менее злобную, решил, пора идти в книжный. Обе статьи практически не читал. То, что профессионально пишущая братия реагирует на Пелевина как стая деревенских собак на одинокого волка, давно уже не открытие. Эта устоявшаяся во времени реакция – естественный природный инстинкт и, даже, не отдельно взятой особи, но стаи в целом. Уважаемый автор тоже никогда в долгу не оставался и на это раз уделил литературным критикам, вообще, и своим, в частности, пару весьма душевных страниц, заранее поместив на обложке книги предупреждение:
СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ БРАНЬ
Опуская нецензурную брань и прочий стёб, отметим, что на этих страницах условно-лирический герой произведения, - литературно-полицейский робот «Порфирий Петрович»,- в пылу полемики разделил всех писателей на два вида: тех, кто сколько бы ни писал, пишет одну книгу, и остальных, которые не написали ни одной. По большому счету все претензии к Пелевину строятся от непонимания той самой книги, которую он пишет из раза в раз на протяжении двух десятков лет. По моему мнению книга эта базируется на глубоком восприятии центральной темы восточной философии - освобождения от пут кармы. Заметим, восприятии, а не прочтении и заучивании соответствующих текстов. Это, кстати, в очередной раз подтвердила блестящая концовка романа.
Наш современник, проштудировав изречения Будды, Бхагавадгиту, Новый Завет наравне с творениями Сартра и Хайдеггера, выглядит в собственных глазах вполне законченной интеллигентной индивидуальностью, способной выносить в ноосферу своё собственное просвещённое суждение обо всем, что творится «на земли и небеси». Право, одновременно совмещать в себе идеи тысячелетней философии Востока и современной философией Запада есть в принципе идея шизофреническая, ибо:
«Нельзя понять красоту лотоса, роясь в грязи, из которой он растет».
Ассоциативно к произведениям Пелевина можно утверждать, что подходить к ним с точки зрения препода с Курсов Высшего Литературно-Художественного Мастерства «Выстрел» также малопродуктивно, как, сидя на цепи, лаять на бредущегобегущего по краю поля волка. Под цепью здесь метафорически следует понимать культурную обусловленность критики правилами, привитыми еще в школе на уроках литературы. Для того, чтобы задать действительно серьёзную трепку волку, надо стать таким же волком, что, безусловно, нарушило бы принцип стайности.
Конечно, хотелось, чтобы уважаемый автор уделял в своих произведениях больше внимания словесности, стилистике, построению сюжета, психологическим портретам своих лирических героев и т.п. Увы, в период длительной по-толстовски канонической отработки повествования, его злободневность может быть запросто утеряна.
Появление «1984» Оруэлла не в 1948 г., а позже нельзя себе даже представить. Антиутопиям должно быть злободневными, то есть, актуальными для читающих их современников, но не будущих поколений; в них расставляются красные флажки, под которые никак НЕЛЬЗЯ, сегодня-завтра, ибо, если нырнем под флажки, послезавтра может уже и не случится.
Убийственная пелевинская сатира расставила красные флажки по всему тексту «iPhuck 10» и, когда очередной критик выдаёт: «А, что это вы мне тут флажков по ходу понавесили, на испуг берёте?»,- это не следует понимать никак.
Задача художественно обличать пороки современного ему общества – удел широкого пласта классической литературы, ещё со времен Толстого и Достоевского. Антиутопии создаются, чтобы показать, куда может завести дальнейшее развитие этих пороков, а также новых, которые находятся пока только в тренде. Специфика «позднего» Пелевина – антиутопия в стиле стёба, но он здесь отнюдь не первопроходец. Вспомнить, хотя бы, «Москва 2042» Войновича. Сейчас, по прошествии 30 лет с его написания уже все не так кажется смешным, а тогда, в 1986-м мы большой компанией валялись на пляже в Гонтиади и слушая отрывки из романа по «Голосу…», были в восторге от жесткой сатиры всего, что и нам самим не нравилось в окружающей советской действительности.
Вполне возможно, что iPhuck 10, как и ранее вышедший S.N.U.F.F тоже ждет сравнительно короткая судьба. Выбор жанра – привилегия автора.
Выбор автора – привилегия читателя, я в очередной раз выбрал Пелевина и не пожалел.

Удивительное будущее ,где свободно себя чувствует киберсекс, где алгоритм компьютера имеет свой интеллект и свои работает в полиции) В книге искусству уделяется огромный пласт, ведь через восприятие искусства субьекта зависит очень многое, что оценили жадные маркетологи и на этом строят жизнь потребителя. Не обошлось в книге и любви, и соблазна, и предательства.
Порфирий Петрович-полицейский алгоритм, по совместительству писатель детективов, достаточно известный. Его арендовала известная куратор Маруха Чо. Всю дорогу Порфирий пишет новый роман, который мы читаем. По ходу знакомства алгоритм видит в напарнице то стерву, то коварную соблазнительницу, то черствую предательницу.
Порфирий-продукт своей эпохи. Он и наивен в ожиданиях от окружающего р мира, но вместе с тем не имеет красных линий в плане поведения и морали. Но сто ещё ожидать в этом проданном мире.
Маруха до последнего была загадкой, и только к концу книги я с удивленными глазами узнала ее истинную сущность.
Ее любовь к своей виртуальной подруге сыграла с ней злую шутку. Она сама построила этот виртуальный мир, за что жестоко поплатилась.

Данная книга для меня вторая книга прослушанная в наушниках, в формате аудиокниги. И если первая зашла прям в копилку, то эта нет.
Крайне благодарен случаю, что слушал это, а не читал ( прослушивание заняло 13 часов - для меня это 1,5 рабочих дней + пара пробежек). Читал бы я дольше и сожаление о потерянном времени было бы бОльшим.
Ценитель из меня ещё тот, но ощущение "натянутости" всего в этом романе меня не оставляло. и стиль этот проклятый.-Эдакая Донцова модерн эдишен.
Людям ещё нечитавшим советую прочитать только эпилог. Пропустив все предшествующее ничего не потеряете.

Я выставляю оценки прочитанным книгам в соответствии с тем, насколько прочитанное расшевелило мой мозг. Есть прекрасные (наверное) вещи, при прочтении которых у меня не рождается в голове ни одной интересной хотя бы мне мысли. iPhuck 10 не самый худший роман Пелевина в этом отношении.
Думаю, многое из этой тошнотворной антиутопии станет реальностью в недалеком будущем. Бабы будут с яйцами, а для сексуального удовлетворения и ощущения иллюзии дружеского общения будет достаточно установить приложение на мобильное устройство и подключить аксессуар (кому-то и аксессуар не понадобится:). Даже за такую короткую жизнь как моя, я заметил как вокруг становится всё больше пустых, ничем не интересующихся людей... Информации становится больше, но её качество стремительно снижается. Говорить с людьми хочется все меньше, сближаться тем более.
Местами автор пишет слишком подробно и цветисто (чтоб понятно не было) о том, в чем сам ни хрена не разбирается, вводит много своих названий и аббревиатур - это напрягает. Не могу себе представить, чтоб блатной на воле заказал себе симулятор ментовского петуха... (или может это такая форма деградации зоны у него в будущем намечается:).
Но есть в тексте меткие фразы, точные замечания, особенно это: "Люди - это специфический класс мелких бесов, питающихся чужой болью". В целом роман не говно, и тот кто не блюёт от произведений Виктора Пелевина, несомненно найдет в нём что-то близкое и созвучное современной деградации окружающего общества.
Тем кто думает, что человеческое общество развивается и завтра будет лучше, чем вчера, читать iPhuck 10 не советую.

Нецензурный (квази-анти-)постмодерново-порнографический роман Порфирия Пелевина с вшитой философской и метафизической рефлексией и острой социальной критикой массового сознания общества потребления и его temporal extensions в гипотетическое будущее. Пелевин словно бы золотарь коллективного бессознательного, умудряющийся в едином ассоциативном континууме прописать практически всю меметическую паутину, опутывающую русскоязычное ментальное пространство (точнее, его нерефлексивную поп-часть — в том числе и ту грань, которая обитает в каждом из нас, заполняя наш разум своими смутными слухами); досталось по заслугам и излишкам политкорректности в опутавшем весь придуманный Пелевиным мир тоталиберализме, и мечтаньям об искусственном интеллекте, и тотальной слежке, и массовой привязанности человеческого рода к вопросам половых отношений. Быть литературным золотарём — это сомнительная честь, на самом деле, но надежды на внезапное воскресение пелевинского духа, точнее души, в свете последних трендов его творчества нет. (Не считая «Смотрителя», который вполне себе местами был лучезарен, как мне показалось.)

Всё равно это мастер языковой вязи, пусть и цинично-уставший, — талант не пропьёшь. Читать осторожно — впрочем, можно и не читать, — и важно иметь прививку в виде твёрдого экзистенциального оптимизма, не слишком серьёзного отношения к читаемому и более-менее исцелённых психологических травм, в противном случае сильно воздействующих на общие мировоззренческие установки по отношению к Бытию-как-таковому.

Невзирая на такие нелестные сравнения, просто так от Пелевина не отделаться, автор заслуживает большого уважения, он остро зрит в проблемы человеческие, поднимает множество критически значимых вопросов о современном положении в людских головах, пусть и не даёт никаких ответов, кроме махрового двойственно-пессимистического гностицизма, и развивает уникально свой литературный метод. Какова цель его творчества? Может, приглашает массового читателя проснуться? Но где, в каком мире проснётся такой читатель? В пустыне реального или же всё-таки в ландшафтах, озарённых смыслом? Слава Богу, предельная реальность существует в свободе от какого-либо отдельного автора, в том числе и Пелевина. Пелевина великого и ужасного, совмещающего высокое и низкое, смешивающего родниковые и сточные воды, фон Триера от русской литературы. (Последнее сравнение тоже, возможно, не вполне лестное, но, вероятно, ёмкое.)

Я честно пыталась! Пыталась полюбить творчество этого автора, пыталась понять в чем же состоит его гениальность, пыталась продраться сквозь алгоритмы этого произведения, но увы... Не понимаю. Все что вот тут накропал автор уместилось бы на сотне страниц - убрать этот неудобоваримый компьютерный язык и кучу ненужных пространных философствований ни о чем.
Если честно у меня даже фантазии не хватает представить то, что изображено в книге. Описывается будущее: очень далекое и очень компьютеризированное. Сплошная виртуальная реальность. Главный герой (и вот тут начинается первая проблема - я не "вижу" что это) - программа?, голограмма мужика с бакенбардами?, гаджет? работает в полиции и его сдают иногда в аренду... А, и еще от нечего делать это нечто пишет книги, книги по определенным алгоритмам. И вот в один распрекрасный день его берет "поюзать" баба с яйцами ( я так и не поняла - это про характер или в реальности) и наш писатель-любитель окунается в мир искусства.
Я могу согласиться что некоторые идеи довольно жизнеспособны: про все возрастающую роль компьютерных технологий, про весьма спорную ценность некоторых произведений современного искусства, но все таки автор чересчур сгущает краски. При этом язык изложения для меня был очень сложен: множество технической, компьютерной и сугубо пелевинской лексики вызывали ступор.
Итого: это мое второе свидание с творчеством Виктора Пелевина ...и последнее.

"iPhuck 10" переполнен разными смыслами и дело не только в игре слов, которая у Пелевина всегда на высоком уровне. Не знаю, к какому жанру определить эту книгу, в ней так много всего и в относительно равных пропорциях, что я не определюсь с выбором.

Вообще делать отзыв на эту конкретную книгу несколько затруднительно. В памяти слишком свежи впечатления о совершеннейшем разгроме критиков, который учинил Порфирий Петрович, и о его собственных рецензиях, написанных им в новой ипостаси. Куда с ним тягаться? Так что выскажусь кратко и без затей: книга мне очень понравилась. Своими меткими параллелями с реальностью, литературой и искусством, а также острой сатирой, пусть она порой нецензурна. Читается с увлечением, провоцирует на размышления - это как раз то, чего я жду от хорошей книги.