The Empty Grave

- Это череп, - представила я юношу.
У Локвуда отвисла челюсть.

• Череп? - переспросил он. - Дух? Но он... выглядит совсем иначе.
• Да? Зато вы выглядите как прежде. Странно. Честно говоря, я был уверен, что вы себе хотя бы несколько пальцев отморозите или даже носы. Или, может быть, вы что-то другое отморозили, то, что снаружи не видать? Буду разочарован, если это не так, - хмыкнул юноша.
• Он что, всегда так разговаривает? - удивленно выкатил глаза Локвуд.

Оглянувшись, я с отвращением увидела полупрозрачную голову Клэпхемского Мясника, прижавшуюся к стеклу и шевелившую губами. Пустыми глазницами эта тварь пялилась прямо на меня. Я невольно вздрогнула, и тут же у меня в голове зазвучал знакомый голос черепа:
— Ну ты, гаврик пустоглазый, поищи себе своего собственного человека, а эта девушка уже занята. Так что давай плыви отсюда!

— Да просто неприличную карикатуру нарисуй, и все, — посоветовал Джордж. — Я всегда так делаю, когда не знаю, что мне изобразить.
— Ага, именно так он и делает, — подтвердил Локвуд. — Нарисует он, а аппетит от его картинок пропадает у меня.

— Конечно свободен, чего выпендриваться-то?— проворчал череп. — Какие проблемы — по ночным крышам пройти! На что там можно наткнуться? Ну, спящих голубей вспугнуть. Или на дохлую кошку наступить. Все очень легко и просто, если, конечно, не изображать из себя Гамлета.

- Вот что такое Проблема, - продолжил Локвуд. - Вот что она делает. Обрывается жизни, те, кого мы любим уходят, мы прячем своих мертвецов за железными оградами, оставляем одних среди колючих кустов, плюща и травы - и тогда мы прячем их во второй раз. Смерть - не самое страшное, Люси. Забвение куда страшнее.

Мертвые находятся среди нас - они хранят в себе мудрость предков и обладают тайна и прошлого.

– Позже?! Как тебя понимать? Через шесть недель? Через год? Знаю я вас, женщин. Ведьмы. Все как одна.

"Нет, все-таки стрелок из Джорджа - как из бегемота балерина, поэтому, попав в самом начале пару раз в цель, электрические заряды летели теперь, что называется, "на кого бог пошлет", только успевай пригибаться."

Я наклонилась ближе и только теперь увидела лежащую на бумагах изящную золотую цепочку с кулоном в виде крупного сапфира. Локвуд вынул эту цепочку из старого разбитого ящика, где хранила ее его мать. Даже в наступивших сумерках камень был прекрасен — ясный, чистый, светящийся. Казалось, что весь свет и всю любовь, собранную им за свою долгую жизнь, этот камень отдает сейчас мне.

"Согласись, что капелька необузданной жестокости очень благотворно влияет на боевой дух, а?"

- Ох ты ж мать моя эктоплазма! Как же вы оба меня достали!

‘Marissa came by?’ Lockwood asked. ‘Was she alone?’
"Hey, Lucy asks the questions around here,’ the youth said. ‘You can’t just barge in and take over like you’re the leader or something..."

‘Hey, fish-face, find your own human!’

- Правда, что ли? А я думала, что это шаманская маска.

• Во время своих ритуальных обрядов эту тыкву дикари действительно надевают, только не на лицо...
• Эй, Холли!
• Что? - глухо откликнулась из тыквы Холли.
• Да так, ничего. Хорошая маска, идет тебе.

"- В тот раз я тебя не выключала, - сказал я, позевывая. - Это сделал призрак.

• Ну и что? Все равно это твоя вина! Ты не должна была допустить, чтобы какая-то старая призрачная тетка тыкала своими пальцами в мою банку. Кто должен следить за этим - ты или я? Хорошо, выпусти меня отсюда, и я сам буду охранять свою банку от всякой шушеры."

— Ах, хорошо!— восторженно прошептал мне в ухо череп, которого я вместе с банкой по-прежнему прижимала к себе левым локтем. —Кровь! Убийства! Резня! Бойня! Все рвут друг друга! Красота! Вот это настоящая жизнь! Вот это я понимаю!

— Слава богу, что вы пришли. Джордж носился здесь словно жирный смерч. А когда он нагибался за очередной скрепкой, прямо у меня под носом оказывался его розовый голый живот, и спина, и то, что чуть ниже спины... О, что это было за зрелище! Чудовищное зрелище, доложу я вам. Я бы, наверно, умер от ужаса... если бы, конечно, не был уже мертв.

Киппс зажег фонарь, опустил его шторки так, чтобы свет был неярким и падал вниз, посмотрел и сказал:
— Так я много чего вижу, когда вы все на четвереньках. Интереснее всего становится, когда Джордж в поле моего зрения попадает. Очень похоже на то, будто белуга мимо проплывает.