Час second-hand

Я все думала "Надо прочесть книгу, которая чуть было не получила Нобелевскую премию. Интересно, что там такого в ней?". Открыла "Время секонд хэнд" в новогодние каникулы. И утонула. Читала два дня, каждую свободную минуту хваталась за книгу. Сегодня дочитала последнюю страницу и закрыла. Больно.

Больно читать о простых "маленьких" людях, которых размалывала эпоха. Причем, в нашей стране весело и легко е было никогда. Революция, 37й, война, послевоенное время, БАМ, Афганистан,перестройка, 90е, беженцы, Чечня, 2000е. Каждый раз были тысячи людей, которые не пережили, которые страдали и мучались. Тысячи забытых государством людей. Тысячи людей, забытых Богом.

Больно. Перед глазами проносятся жертвы войны и чеченских террактов, политические зэки и новые русские, наивные девочки и черные риэлторы, таджики и армяне. И насилие, убийства, кровь.

Когда читаешь о лагерях и жестокостях, думаешь больше о жертвах. А здесь перед тобой разворачивается картина такой жизни, что становится понятно, откуда брались палачи. Исповедь одного из них ударила по живому. Больно.

Я привыкла жить с мыслью, что мир пусть и не добрый, но хотя бы нейтральный. Мир, склоняющийся и стремящийся к добру. Но здесь зло встает в полный рост, будничное, ежедневное, жуткое зло, хочется кричать, хочется убегать как можно дальше от всего этого. В каждом человеке есть бездна, которая может открыться в любой момент, и свои пойдут убивать и насиловать своих. Когда я читала об убийствах армян в Баку, я не верила своим глазам. Я была совсем малышкой, когда это происходило, а сухие строчки в учебниках о "беспорядках и погромах" никак не вызывают картинок, когда соседи убивают мужа на глазах у беременной жены, а потом вырезают из нее ребенка. Я не понимаю, как такое могут люди, я больше всего на свете хотела бы не верить в это, но это не литература, это факты. Больно.

Нет, этот не чернуха, хотя и оптимистичным это чтение тоже не назовешь. Это реальность, чья-то грубая и больная реальность, с которой в каждый момент может столкнуться любой из нас.

Когда я перевернула последнюю страницу, в голове осталось много-много мыслей. Мыслей на месяцы вперед. Наверное, это один из показателей хорошей литературы. Такой литературы, за которую должны давать Нобелевскую премию.

Когда уже вовсю протестовали на Майдане, а Янукович, прикинувшись диким гусем, куда-то упорхнул с птичьей стаей, и, кажется, когда уже набрало обороты явление под кодовым названием "Крым наш!", впервые я услышала разговоры об Алексиевич как о кандидате на нобелевку. Авторская статья в одном умеренно популярном журнале была полна тихой грусти: нельзя ей давать премию сейчас, когда опять витает угроза "холодной войны", когда опять "все против России", потому как это будет выглядеть так, словно ей премию дает мировой литературный истеблишмент только из политических соображений, за антироссийский ( и антисоветский ) настрой ее творчества. А если пару лет подождать,все уляжется, тогда и можно, чтобы было понятно, что именно за литературные качества.

Итак, в этом году Алексиевич премию-таки получает. И сбываются все предсказания автора той, первой статьи: на волне патриотического угара поднялась могучая сила в лице наших акул пера и дятлов клавиатуры, а также просто писателей разной степени известности и приверженности государственной идеологии (даже нон-конформист Лимонов там отметился), и все стали дружно критиковать как политические взгляды, так и литературные достоинства творчества писательницы. Мда. О политике не принято говорить непредвзято, верно? О ней принято скандалить в ток-шоу и бить друг другу морды (или хотя бы устраивать бокс по переписке). В общем, вставлю свои пять копеек.

С самого начала и до конца мне не нравилась одна вещь, которую нельзя не отметить. Художественная ценность данной книги иногда вызывает вопросы. Каждая глава представляет собой рассказы живых людей о чем-нибудь. Живая речь, знаете, как обычные люди разговаривают в неформальной обстановке: куча междометий, вводных слов, пауз, повторов, побочных ветвей повествования, застревание на каких-то субъективно важных, но совершенно неинтересных для кого-то, кроме самого рассказчика моментах, и.т.д. Читать удается с трудом и небольшими порциями. Я понимаю, что:" Я художник, я так вижу!". Тем не менее, все равно считаю, что небольшая редакция многим главам бы не помешала, а сделала их только более удобочитаемыми, потому как речь, сдобренная всяким словесным мусором, уже ничего не добавляет к производимому впечатлению, только затрудняет чтение.

Пока я знакомилась с книгой, у меня периодически всплывала одна мысль. Для того, чтобы попасть в список претендентов на нобелевку надо активно печататься на иностранных языках (на шведском тоже, как официальном языке, на котором говорит жюри), а жители этих иных стран должны произведения автора активно читать. У Алексиевич в некоторых главах излагается такая жесть, что у меня волосы на затылке шевелились И думала я:"Блин, они (иностранцы) все это про нас прочитали. Господи, стыдно-то как...". И особенно неловкое чувство было не от сознания той нищеты, убожества и зверств, о которых рассказывали герои Алексиевич, но от того, что в основном виной тому были мы сами, ну, то есть, наши же люди, не инопланетные или иностранные захватчики, нет, с делом унижения своего народа мы сами справились гораздо лучше них.

Множество таких эпизодов, которые нарочно не придумаешь. Например, вот рассказ обычного постсоветского гражданина. Во время его повествования несколько раз говорится подобная фраза в различных вариантах:"Были же в наше время хорошие люди, добрые честные, никогда никого не обидевшие, настоящие коммунисты!". Поясню: добрые, честные - это описательная часть, а "настоящие коммунисты" - это заключение, т.е. как это понимать? Добрыми и честными у нас могут только коммунисты? А остальные как? Причем говорилось абсолютно искренне. Два последовательных рассказа: мать и сын. Страдают, что раньше не было торгашей, что вот их учили, что торговать - это плохо, зарабатывать деньги - это низменно и недостойно, а сейчас, к слову, сын успешный бизнесмен, торгует сантехникой, и плетет такую же плетень, что он страдает от своей психологической непригодности к миру "чистогана и потребления", потому как в далеком прошлом все было мило и прянично, и понятно, а деньги зарабатывать было низменно. Рассказ женщины, которая родилась в лагере в Казахстане, воспитывалась в детском доме, у которой было счастливое детство, несмотря на гнойные нарывы на коже (недоедание, плохие условия - лагерь для детей, чьи матери в лагерях - какие там могли быть условия?), которые не заживали никогда. Они вспоминает песни, построения на советские праздники, и как они все любили товарища Сталина, вот прям сейчас, по первейшему требованию, готовы были отдать свои маленькие жизни за него не задумываясь, за него, за песни, за свое счастливое детство. И у многих рефреном проходит одна и та же мысль: рухнул СССР, а что осталось? Мы росли с какими-то убеждениями, чтобы сейчас, в другой стране, осознать, что все это было ничто, пшик:? Читать газетные статьи с разоблачениями, с " правдой" о том, кто были наши герои, что была наша вера и убеждения? Не хотим всего этого, раньше было лучше, похрен на колбасу и джинсы, которые нам дала перестройка, у нас все равно на них денег нет, зато раньше мы чувствовали себя людьми, а сейчас - рабами, отбросами.

И вот какой вывод я сделала для себя. Вот все эти люди (нет, не все, но большинство). У них была большая цель. У них была Родина. Родина требовала жертв. А еще была цель - построить Коммунизм. И это тоже требовало жертв. Цели были великие и прекрасные. И казалось, что такие прекрасные цели оправдывают любые средства . Причем, кажется, судя по рассказам, что так думали не только власть предержащие, но и простые люди. А потом случился парадокс - сменился режим, а не стало почему-то ни Родины, ни целей. И что в остатке? Потерянные поколения, покалеченные на пути к великой цели. Цели не остались, а средства, которые оправдывались целью, уже были применены. Поэтому, читая рассказы героев Алексиевич, я поняла одно. НЕТ. Цель не оправдывает средства. Потому что цель может оказаться миражом, ничего не стоящим фантомом, когда-то она казалась важной, потом, через десяток лет, о ней и вспомнить неловко, а дерьмо, в которое ты окунешь себя или другого, оправдывая этой целью - вот оно, реальное, в отличие от мифической цели,"праздник, который всегда с тобой". И все герои Алексиевич смутно об этом догадываются: правда, с разной степенью остроты и осознанности (см. рассказ о том, как женщина вернулась в Казахстан, посмотреть на лагеря, посмотреть в глаза надзирателям, спрашивая себя: почему мы жалеем палачей?). Палачи - они тоже жертвы или как?А их семьи? А просто обыватели, которые просто жили рядом, зная, что творится у них под боком? А есть ли невинные в этой стране или нас всех поимели?

«Русский человек к счастью не готовится»

Местами книга напоминает типичный бубнешь на кухне перед телевизором, когда дело касается политической позиции интервьюируемого, и совсем другое впечатление производят личные истории. Так и представляю всех этих людей, вплоть до того как они выглядят, в каких квартирах живут, потому что всё это близко, всё это слышала и видела не раз, есть воспоминания об этом постперестроечном времени, хоть и детские. 

Разные точки зрения, разные судьбы, разное отношение к тем или иным событиям. Одна история, которая как ни крути разделила людей.  Почему? На это есть не одна причина. И все они в этой книге. Мы все их заочно знаем, но вот так собрать их в одном месте смогла наверное только Алексиевич. Полное переосмысление несколькими поколениями советских людей всего, что было после революции, перестройку и постсоветское время. Интересно, больно и так нужно сегодня. Потому что все должны быть услышаны, даже если они не правы.

Книга наполнена слезами, горечью, разочарованиями. Это слёзы и беды не только русских людей, но и вообще всех народов, которые раньше объединяла страна, которой уже нет. Очень эмоциональная книга, просто очень! Столько всего… Нет, нас не понять, нас даже самим себя не понять.

Книга полезна всем: и тем, кто не застал те времена, чтобы понять из чего сделано старшее поколение, и старшему поколению, чтобы услышать и понять тех, кто ходил рядом с ними и так и не был услышан. Может это будет неприятная встреча, но это лишь будет означать, что Алексиевич достигла цели. 

СССР… Большая страна. Страна, в которой «все были друг другу братья и сестры». Страна, в которой «никто не жил для себя», в которой «каждый трудился на благо отечества». Страна, которой «справедливо правил великий вождь всех времён и народов». Страна, залитая кровью.

Советский Союз… Он основательно окопался в головах людей, и вытравить его оттуда практически невозможно. Целая эпоха, не желающая уходить.

Совки… Люди-зомби, с полным коммунизмом головного мозга. Они прошли ад, их родственники прошли ад, их дети прошли ад, но они помнят и гордятся.

Люди… Они такие разные эти люди. Мужчины, женщины, старики, дети. Они жили, работали, любили. Они служили партии, гнили в сталинских лагерях, оставляли своё здоровье на стройках века, участвовали в войне, теряли родных и близких. Они такие разные, но их всех объединяет одно – СССР и память о нём... Весьма избирательная, надо сказать, память.

Идея… Как просто звучит это слово, и каким страшным оружием оно становится в умелых руках. Да вы послушайте тех, кого перемололи, измочалили, и выплюнули за ненадобностью. Вы знаете, что они говорят? Что страдания закаляют русского человека, они ему необходимы (ау, русский человек, вас, простите, е…ут, а вы крепчаете, так что ли?), и если бы Родина сказала «а давай-ка повторим», они бы с удовольствием снова и снова погружали себя и своих близких в извращённые экзекуции мордора. Советикус-дебилус (с)

Подмена понятий… Чаще всего звучит фраза о том, что тогда человек человеку был друг, товарищ и брат, что каждый был счастлив отдать последнюю рубашку страждущему. Но эти же люди (эти же!) как-то совершенно упускают из виду то, что вот только что сами рассказывали о повальном стукачестве. Брат стучал на брата, сын на отца, отец на сына, мать на дочь, дочь на мать, жена на мужа, муж на жену. И, думаю, уже излишне вспоминать о соседях, друзьях-товарищах и прочих приближённых к телу лиц, которые все были братьями-сёстрами в великой стране, но все эти «человекчеловеку» не забывали строчить доносы и захлопывать дверь перед носом вчера ещё родного и близкого человека, который впал в немилость партии.

Нищие, но гордые… Без комментариев?

Рабы… Люди были рабами и ими же остались. «Совки» не умеют жить в современном обществе, потому что уже родились рабами, и дети их такие же, и дети их детей... Психология настоящего раба такова, что он не способен жить и наслаждаться жизнью за пределами своей клетки, ему нужен хозяин с твёрдой рукой, и ежедневное воспитание плетью-семихвосткой, ну и на праздник можно плюшку в виде какой-нибудь грамоты за самоотверженный труд во благо «того-кого-нельзя-называть», и только тогда раб будет спокоен и счастлив.

Воспоминания… Алексиевич записывает рассказы тех, кто успел увидеть, прожить, прочувствовать то время, и делает это, безусловно, мастерски. Но мне всегда сложно оценивать ее работу, потому что в обработке Светланы голоса людей теряют индивидуальность, сливаются в один, звучат с одинаковой интонацией, пытаясь выбить из читателя слезы, а я очень не люблю откровенных спекуляций на тяжёлые темы. В то же время, книги этого автора, хоть и не лишены пафоса и дешевых приёмов, достаточно откровенные, жизненные, заставляющие с головой погрузиться в прошлое.

Можно ещё долго и много говорить, возмущаться, поражаться, плеваться, радоваться тому, что твоя жизнь не похожа на их, но есть ли смысл? Я устала от безумных воспоминаний, из которых состоит «Время сэконд хэнд», от советских зомби и их зашоренности, поэтому книга так и осталась недочитанной.

Эту книгу сложно читать, настолько она наполнена болью. В ней истории самых разных людей, но по ним всем проехался "век-волкодав" и наш новый век (как его назовут? пока неизвестно). Я полагала, что речь будет в основном о распаде СССР и девяностых, но в книгу вошли монологи людей, записанные в диапазоне от 1980х до 2010х годов, и повествовали они о самых разных моментах из нашей истории - гражданская война, репрессии, Великая Отечественная война, оккупация, застой, перестройка, распад Союза, войны в постсоветских республиках, разгул бандитизма, Чечня, теракты, митинги... Люди с разными судьбами, с разными мировоззрениями. Убежденные коммунисты, потерявшие всё. Убежденные антикоммунисты, потерявшие иллюзии. В целом люди теряют все - здоровье, близких, работу, жилье, веру, надежду и любовь. Только несколько историй заканчивались с какой-то надеждой на будущее. Я не знаю, как обозначить общую идею этой книги. Разве что - ничто не идет так, как мы мечтаем и планируем.
Она издана около 10 лет назад, и даже за прошедшее время произошли изменения в нашей действительности, которые делают эту книгу саму по себе таким же артефактом, как и интервью ее героев. То есть сквозь призму времени некоторые утверждения видятся уже иначе.

Давно хотела прочитать эту книгу, но каждый раз откладывала. Я уже знала, что книги Алексиевич выворачивают душу наизнанку и заставляют страдать. Зачем все это опять ворошить, ну что ты не знаешь о том как было тяжело в 90-е или какие разговоры о политике велись все эти годы, как мыслят нацисты, сталинисты или сторонники "цветных" революций? Не знаешь статистику самоубийств или не видала повального пьянства в провинции? Как растеряны и до сих пор не нашли своего места многие не только настоящие "совки", но и "совочки" вроде меня, родившиеся на закате империи?

"В боли есть все - и мрак, и торжество, иногда я верю, что боль - мост между людьми, скрытая связь, а в другой раз в отчаянии думаю, что это пропасть."
"Человеческая правда - это гвоздь, на который каждый вешает свою шляпу."

В этих двух цитатах мне видится общий смысл и итоги всей книги. У голосов людей в книге (а воспринимается текст именно как живой разговор с кем-то знакомым) была общая страна, идеология, история, они читали одни и те же книги, учились по одним учебникам, смотрели одинаковые фильмы в кино, говорили на одном языке, верили в дружбу народов. В общем у них было все, что может быть только в империи. И каждый, даже те, кто активно эту империю ненавидел и разрушал, теперь задаются вопросом - был ли этот крах неизбежным, можно ли было избежать всех этих жертв и нужно ли презирать и выдавливать из себя "совок" или, наоборот, гордиться? Алексиевич не дает ответов, да и не может быть этого единого ответа. Она лишь дает нам возможность услышать как можно больше разных точек зрения и возможность решить это для себя.
Наиболее интересной и тревожной для меня была история студентки из Белорусии (или Беларуси? постоянно забываю как правильно) и митинга протеста, который они устроили против Лукашенко. Особенно покоробила квитанция об оплате из тюрьмы, ну просто как при приходе к власти Гитлера в Германии, у них тоже такое практиковалось. Но, в тоже время, мы все видели к чему приводят такие демонстрации, никакой стране я не пожелаю Майдана, или таких революций как на ближнем востоке и в Африке. Так есть ли кто-то правый в этом противостоянии жертв и палачей, которые так быстро бывает меняются местами при удобном случае? И нужно ли ходить на демонстрации, устраивать революции, если в итоге все равно одни сволочи и воры сменяют других? Ответов опять же нет и не будет.
Рекомендовать не могу, к таким книгам нужно приходить самому и в свое время.

"Время Секонд хэнд" построена в форме интервью, бесед, мемуаров выходцев из советского союза. Людей, рождённых в СССР. Форма этого произведения схожа с "Чернобыльской молитвой".

Мне эта книга нравится в частности тем, что здесь равно представлены как антисоветская точка зрения, так и точка зрения тоскующих по советскому периоду людей. И те и другие имеют свои доводы и логику. При этом за Алексиевич утвердилась репутация писателя-антисоветчика.

Я в процессе прослушивания задумался вот над какой штукой. КАК один человек со своей небольшой партией сторонников мог похоронить целую империю? Одну из двух величайших стран мира. Если такое стало возможным, то ради чего всё..? Ради чего был 1917-ый и свержение царизма (я не считаю, что большевики совсем не приложили к этому руку)? Ради чего все непростые 1930-ые, 1940-ые?.. Получается, что, как ни крути, какой бы ты политический режим мы ни строили, форма правления у нас всегда выходит монархическая.

Как и в "Чернобыльской молитве", меня здесь сильно тронуло упоминание того, что происходило на окраинах - Азербайджан, Таджикистан... И опять же я задумался Почему это стало возможным? Потому что всё держалось на силе, а настоящего советского братства народов не было и в помине? Сомневаюсь. Вряд ли можно так долго притворяться. В общем, распад СССР вытащил на свет всё самое тёмное и звериное в первую очередь в национальных республиках, и это очень серьёзная тема для обдумывания. Можно бесконечно долго объяснять, что Ленин таким территориальным устройством заложил бомбу замедленного действия, но меня волнует в первую очередь человеческая сторона этого вопроса.

Прозвучит пафосно, но после завершения последних секунд книги мне захотелось апплодировать ей.

[Аудиокнигу прослушал в исполнении Марины Бакиной. Она озвучивает все книги Светланы Алексиевич и делает это БЛЕСТЯЩЕ]

"Время секонд хэнд" Светланы Алексиевич - роман, написанный в форме полилога: перед нами голоса свидетелей времени, собранные автором.

Пронзительные, леденящие душу истории, заставляющие содрогнуться и взглянуть на события прошлого, поданные без прикрас, увиденные глазами живых свидетелей.

Каждый рассказ - это отдельная судьба, отдельное видение мира.

У романа нет сюжета как такового - цель автора нарисовать полотно эпохи, сотканное из судеб конкретных людей, обратить внимание на "маленького человека".

Книга, несомненно, интересна, она будит мысль, проникает в душу. И всё-таки...

На страницах - правда. Но это не вся правда. Повествование несколько однобоко, оно нагнетает негатив, концентрирует его, доводя до желания , по Станиславскому, крикнуть "Не верю!" И вовсе не потому, что хочется защититься от ужасающей истины - в силу возраста я помню и СССР, и перестройку (моё студенчество пришлось на эту пору), и так называемые "лихие 90-е". Я тот самый "маленький человек" с обыкновенной бюджетной зарплатой и памятью о пионерских - комсомольских идеалах. Мой отец был коммунистом. Рядовым коммунистом. Я помню трудности, но я не понимаю того надлома, которым пронизаны абсолютно все страницы произведения.

Когда читаешь книгу, создаётся впечатление, что вся страна в едином порыве или шла на баррикады, или тосковала по былому, страдая от крушения идеалов и иллюзий. Наверное, это примет иностранный читатель. Возможно, это с удивлением и любопытством воспримут молодые, но те, кто помнит описываемое время, согласится не со всем.

Стойкое ощущение, что автором целенаправленно собрано всё самое низкое, тёмное, гадкое, жестокое, отупляющее, лишающее надежды. Да, об этом тоже нужно говорить, но без перекоса, без подмены всей палитры одной только серой краской, без разделения целой нации на негодяев и мучеников.

Возможно, дело в авторской обработке, приведении всех монологов к единому стилю, но очень часто с недоумением пересматривала по нескольку раз возраст рассказчика: не соответствует, такое чувство, что в беседе участвуют только глубокие старики, словно всем далеко за семьдесят, а на деле часто повествование идёт от лица сорокалетних, а порой и более молодых людей. И они страдают по утраченному? И они не могут найти себя в новом времени?

Некоторые места пролистывала, не читая, едва выхватывая основное: они целиком "переехали" из "Зачарованных смертью", и это не одна, не две страницы, а целые главы, причём не одна.

Впечатление от книги неоднозначное. Несмотря на то, что от лица самой писательницы сказано очень мало, её позиция (весьма субъективная и отнюдь не беспристрастная) пронизывает всё произведение.

Книгу читала долго, было и больно, и интересно. Это скорее сборник рассказов, каждый рассказ – это отдельная история человека реально существующего, его мнение или воспоминание, случай из жизни имевший место быть. Рассказы разных людей из различных социальных групп, с разными политическими взглядами, различного вероисповедания, разного возраста – большие и маленькие трагедии с бытовыми неурядицами и семейными радостями, которые в общем создают картину неоднозначной ушедшей эпохи. После прочтения некоторых историй останавливалась, чтобы переосмыслить и понять прочитанное, порой не веря, порой не понимая… Думаю ценность книги в ее исторической искренности, а то что автора упрекают в подтасовке историй под свое мнение, то пусть это останется на совести автора.