The Unconsoled

Знакомы ли вам тягучие предутренние сны: реалистичные, детализированные эпизоды сменяют друг друга, не образуя связного сюжета; каждый из них внутренне логичен, но целое абсурдно?
Вот в таком тягучем сне и живёт главный герой романа. Точнее, единственный его реальный герой, ибо все остальные, похоже, ему только снятся. При этом чем дальше персонаж от реальности, от яви, тем точнее он прорисован. Мелькают яркие друзья детства и юности, чётко отыгрывают свои эпизоды навязчивые жители городка, - но расплывается и ускользает Софи, забыт за столиком в кафе чужой, но любимый сын, так и не приезжают долгожданные родители. И хуже всего нарисован сам пианист Райдер: неизвестно ни сколько ему лет, ни как он выглядит - ведь во сне не видишь себя снаружи.
Зато, приглядевшись, читатель начинает узнавать Райдера чуть ли не во всех подряд эпизодических горожанах. Вот начинающий исполнитель Штефан, в талант которого не верят даже самые близкие люди, вот бездарный, но амбициозный виолончелист Кристофф, вот гениальный спившийся одинокий дирижёр Бродский, - всё это параллельные судьбы героя романа, а может быть, фрагменты одной и той же судьбы. И даже носильщик Густав, озабоченный своим общественным статусом и надорвавшийся не в процессе работы, а в процессе создания образа этой работы, - это всё тот же Райдер.
Когда жизнь превратилась в презентацию? Друзья - в группу поддержки? Концерт - в бесконечный антракт?
И как хотелось бы, чтобы звон кольцевого утреннего трамвая обернулся бы звонком будильника... (2011)

Если вы любите, чтобы в книге было всё реально на 100% "как в жизни", если вы не оставляете авторам шанс на полёт фантазии и странные обстоятельства - не берите эту книгу, она вас разочарует.
Наслушалась я отзывов, что эта книга - поток сознания и настроилась брать её штурмом. Каково же было моё удивление, когда я встретила сюжет. Причём, казалось бы, сюжет довольно простой - некая знаменитость приезжает в некий город, где его очень сильно ждут (но это не точно).
И понеслось. Наш герой не очень чётко помнит некоторые события и читатель будет с ним путешествовать по лабиринтам памяти, чтобы их отыскать. Это одна сторона произведения. Жители города пытаются использовать нашего героя каждый в своих целях, конечно же, подчёркивая, какой он знаменитый и как у него мало времени, но не мог бы он... Ещё одна сторона. Пока с нашим героем случаются встречи и приключения он успевает поразмышлять, или ему рассказывают об очень разных вещах. Как вы уже поняли, книга многогранна и требует, чтобы некоторые моменты были оценены и осмыслены. Проблематика здесь поднимается самая разнообразная - от размышлений о предназначении власть имущих до личного роста и семейных отношений. Связный сюжет помогает нам воспринимать информацию, по сути здесь несколько необычны переходы от одного места действия к другому.
Читалась она у меня очень медленно, не в последнюю очередь потому, что автор играет на чувствах читателя как на музыкальном инструменте. Поведение и отношение героя будет вызывать самые противоречивые чувства, от одобрения до неприятия. Персонажи, которые встречаются на пути повествования, умело оживлены каждый своей историей.
Эта книга замечательно подойдёт тем, кто хотел бы поразмышлять вечерком о чём-то. О чём - автор вам подскажет.

Довго підходив до Ісігури, бо знаю, яку дребедень любить друкувати «Эксмо» в цій серії, називаючи все підряд інтелектуальним бестселлером. На щастя, цього разу це твір дійсно вартий уваги і часу.
Уже в процесі читання поліз дивитися, хто ж такий Ісігуро. Про себе він пише, що, незважаючи на виховання в японській родині, не вважає себе японським письменником. Напевно, так воно і є. Сама манера в Ісігури – без звичної для японського автора концентрації на внутрішньому світі, коли здається, що герой знаходиться ледь не у вакуумі – ближча до традиції європейської. Але якщо вже шукати паралелі саме в японській літературі, то «Безутешные» дещо нагадують Кобо Абе. Хоча практично з перших сторінок на думку спадає інше ім'я – Франц Кафка, а саме його «Замок». Тут так само окремі події, сцени, діалоги мають свою бездоганну логіку і виглядають цілком реалістично, але разом, у послідовності сплетаються в фантасмагорію, де головний герой, відомий піаніст Райдер, скажімо, йде на зустріч з людиною, яку, як свідчить сам текст, ніколи не бачив – він узагалі вперше опинився в цьому місті – щоб ця людина непомітно у діалозі перетворилася на його давню знайому, ба, навіть дружину. В світі роману можна довго їхати в інший кінец міста, щоб там вийти у двері, які повертають тебе точнісінько назад. Або ось ще: один з персонажів, Хоффман, вважає, що не гідний своєї дружини, жінки з родини музикантів і митців, і впевнений, що вона ось-ось з ним розлучиться. І так 22 роки. Я сміливо даю такі деталі, тому що вся книга складається з них, і 2-3 епізоди ніяк не можуть зіпсувати враження тим, хто книжку ще не читав.
Загалом, «Безутешные» схожі на сон, який після виснажливого дня бачить Райдер і де події поточні, сьогоднішні, місця, в яких він був годину тому, у процесі їх класифікації й аналізу мозком сплітаються з архетипичними образами з бібліотеки пам'яті. У мене, наприклад, завжди так: якщо мозку у сновидінні потрібна гора чи вулиця – майже завжди виникає конкретний пагорб і конкретна вулиця з дитинства, де жила моя бабця. Ось і тут все перемішено, зрозуміти до кінця, що було, що здалося, що просто вигулькнуло з глибин пам'яті, неможливо.
І, як часто трапляється з текстами такої складності, важко сказати, що саме вкладав у цей химеричний, хоч ззовні і цілком реалістичний, текст автор. Але задоволення від нього я отримав. Треба буде прочитати ще щось Ісігуро, щоб остаточно скласти думку щодо цього автора.

Наконец-то я закончила эту книгу!!!
Что это было? Путешествие шизофреника внутрь себя? Потеря памяти и ее приобретение в течение 640 страниц. Меланхолия полная. Одиночество полное. Роман, который ты одолеваешь также, как тяжело герой одолевает путь к концерту, когда его вечно одолевают просьбами, долгими и иногда безумными диалогами.
Я не бросила книгу только потому, что мне очень понравилась книга автора «Не отпускай меня» я все-таки надеялась, как иногда это бывает начинают долго, а потом продолжает с лихвой, да так, что затягивает. Здесь не так, здесь затягивает в омут, в болото, скучное с не понятным, с концом в никуда.

«Почему бы нам не смириться с мыслью, что наш город - из числа обыкновенных и бесстрастных городов. Другие города смирились. По крайней мере, подчинимся воле прилива. Душа города - она не больна, она умерла»

Итак, сэр Кадзуо Исигуро (OBE, FRSA, FRSL, Нобелевский и Букеровский лауреат и прочая, и прочая), самый английский японец и его роман «Безутешные». У нас Исигуро знаком прежде всего по роману «Остаток дня» и его экранизации с блистательным дуэтом сэра Энтони Хопкинса и Эммы Томпсон. В своё время я писал рецензию на «Остаток дня» и, естественно, увидев роман этого автора, ни минуты не сомневался, что это - must read, как говорится. Награждение Исигуро Нобелевкой сопровождалось формулировкой «в романах огромной эмоциональной силы раскрыл пропасть, таящуюся под нашим иллюзорным чувством связи с миром». Надо сказать, что «Безутешные» этому определению полностью соответствуют.

Сюжет (который многие сравнивают с «Замком» Кафки), в принципе, незамысловат: знаменитый пианист Райдер прибывает в некий европейский городок, где ему предстоит выступить с концертом и предваряющей концерт речью. Это ожидается городской публикой с нетерпением: «Огромные ожидания возлагаются на вашу речь в четверг вечером. В трамваях и кафе ни о чем другом, собственно, не говорят», - говорит Райдеру один из почтенных граждан города. Но за те несколько дней, которые предшествуют концерту, начинается совершеннейшая фантасмагория. Правда, эта фантасмагория, в отличие от кафкианской, скорее абсурдно-комичная, нежели мрачно-депрессивная.

Начало книги просто перекликается с «Остатком дня» - в лифте носильщик отеля Густав выдает тираду о важности и ценности профессии носильщика - прямо как дворецкий Стивенс о своей профессии. Естественно, Густав просит Райдера как главную знаменитость, включить в свою речь пару слов о носильщиках.

Оказывается, что город периодически поднимает на щит очередную культурную знаменитость, правда, заканчивается всё плачевно - дирижер Бродский спивается (его пытаются реанимировать и выставить на концерт с участием Райдера, «мы усердно проводим в жизнь наш проект уже два года. Образ мистера Бродского в глазах общества постепенно меняется»). Виолончелист Кристофф, о котором просто забывают - «Они хотят чего-то получше. Но не такого». Местный графоман, «краеугольный камень местной библиотечной системы», которого просто освистывают. Райдер понимает, что и он теперь - возносимая на пьедестал звезда этого городишки.
Вообще львиную часть времени Райдер тратит на выполнение всё более нелепых просьб местных жителей - выступить на собрании в память погибшего пса Бродского, сфотографироваться у непонятного «здания Заттлера», что почему-то вызывает гнев отцов города, и так далее. При этом местные жители изысканно вежливы, но при этом в своих просьбах весьма настойчивы. То, как они носятся с Райдером как с писаной торбой, напоминает раболепие жителей Гюллена перед Клэр Цаханассиан в бессмертной драме Дюрренматта. То, что Райдер постоянно отвлекается на эти дурацкие просьбы, мешает ему заняться чем-то гораздо более важным: отношениями со своей девушкой (или женой?) Софи и её сыном Борисом, обустройство на концерте своих престарелых родителей и так далее.

Книга полна парадоксов - ну, предположим, та же Софи, вроде бы дочка носильщика Густава, но в первой сцене Густав как бы и не знаком с Райдером. Вообще, как написал один критик, Исигуро в этом романе «рвёт временной континуум как тузик грелку», да и пространственный тоже, места, до которых надо было добираться часами, оказываются расположенными дверь в дверь. Но оно того стоит, уверяю вас. Все эти бесконечные злоключения Райдера, мастерски описанные и закрученные затягивают, оторваться от них очень сложно. Даже начинаешь сочувствовать Райдеру, хотя понятно, что виноват в этом только он, этакий spinless people pleaser. Да, он пытается иногда бунтовать: «Дайте же вставить слово человеку со стороны, не принадлежащему к тому замкнутому мирку, в котором вам так нравится обитать!» Ага, щас. Райдера просто никто не слышит, для обывателей городка он просто очередной фетиш вроде бы как haute culture, символ того, что, мол, «вот какие мы однако культурные». При этом внутри - да, в общем-то, ничего, пустота, не столько безутешные, сколько абсолютно бездушные. И абсолютно карикатурные в своих потугах.

Наверное, роман мне был интересен еще и тем, что его персонажи из числа обитателей и столпов городка уж очень напоминают отдельных персонажей и «культуртрегеров» моего родного города. Та же напыщенность, провинциальность и пресмыкание перед любой фигурой «из столиц». Но это, как говорится, совсем другая история.

А вообще (маленький спойлер), попав в такой переплет, как герой Исигуро, есть какое-то ощущение успокоения в уплетании круассанов в трамвайном (sic!) буфете под болтовню местного электрика, осознавая, что завтра уже в Хельсинки, и весь этот химерический бред «гостеприимства» и провинциальной «культурки», мышиной возни и интриг просто растает.

Так что если вы не чужды фантасмагорий, написанных подлинным мастером - добро пожаловать в приключения пианиста Райдера в маленьком городке.

Возникло ощущение, что опять из читателей психоаналитиков/других специалистов, в чьей профессии есть, условно, корень "псих(о)", хотят сделать. По впечатлению, тут как раз все семьи описываемого города несчастны одинаково, тоску наводит, что при этом в каждой семье есть музыкант/человек художественной профессии. Райдер, сперва показавшийся довольно обаятельным, к концу вообще не пойми в кого превращается, Бродский (с самого начала как будто его противоположностью, субъективно, выступавший) по сравнению с ним, на мой взгляд, больше величественности получает. Самым неприятным героем для меня стал Хоффман, увиделось, что ему получилось помимо своей жизни сделать невыносимей существование для всех героев. При чтении порой ощущение возникало, что смотришь рекламную паузу на примере: выпил герой ролика чай и все затанцевали. Особенно с танцем носильщиков такой образ всплыл. Деталь про №9 умилило, вот только потом над ней поиздевались(. Сложилось впечатление, что это родной город Райдера, а каков музыкант вне его - неизвестно. Как-то к концу депрессивно произведение звучит, объёмом утомляет при таком финале(

Из вынесенного убедился, что в собственных планах всё может выглядеть гораздо органичней, чем получится/не получится потом воплотить в жизнь. Это я про ситуации, когда Райдер про себя выстраивал модели поведения, а жизнь показывала их несостоятельность.

Раздражение. Именно это чувство преследовало меня в процессе чтения "Безутешных" Кадзуо Исигуро. Бесячий - именно этот эпитет как нельзя подходит данному роману. Чтение напоминало утонченную пытку, играющую злую шутку с моими расшатанными нервами. Я то и дело порывалась бросить это муторное занятие, но оно словно завораживало и держало меня в неописуемом напряжении несколько дней. Напряжение - еще одно удачное слово для краткого определения сущности "Безутешных".
Часто возникали мысли: "Ну и муть!", "Какие же доставучие эти жители", "Поставлю единицу на лайвлибе", "Сил моих больше нет это читать!". И тем не менее я считаю "Безутешных" самой удивительной книгой, прочитанной за последнее время. Она мне не понравилась, очень не понравилась! Но тем не менее я снимаю воображаемую шляпу перед автором, перед его мастерством. Доселе я запоминала книги, пробуждающие во мне лучшие эмоции. Эту я запомню тем, что она пробудила отрицательные.
Если возьметесь читать эту книгу, не пытайтесь найти здесь логику. Поиск логики - это изначальная ошибка. Ее тут нет в привычном понимании данного понятия. Это сомнамбулическое, кафкианское повестование, время и пространство в процессе чтиния этой отнюдь не маленькой книги не упускают случая злобно пошутить над наблюдателем. Множество второстепенных сюжетных линий тут так и рвутся на первый план, дают ложную надежду, что именно этому невзрачному горожанину удастся пролить свет. Фигушки. Как я уже сказала, искать логику было ошибкой.
Ошибкой было также ждать разрядки тем раздражению и напряжению, из которых состоит повествовательная ткань "Безутешных". Оставь надежду, всяк читающий этот роман. Торжество абсурда и сюрреализма вплоть до самой последней страницы, которое заканчивается... ничем.

Главный герой известный пианист, которого пригласили выступить в провинциальный городок. Жители городка считают себя большими ценителями искуства, кроме того считают, что хорошо разбираются во всех тонкостях высоких материй. Мистер Райдер вышеуказанный пианист попадает в полнейший хаос устроенный ему жителями городка, которые на перебой закидывают пианиста различными просьбами и желаниями, не считаясь с его планами, возможнотями и намерениями. Райдера таскают как «писанную картину» на которой каждый житель считает своим дорлгом оставить след типа «здесь был Вася». Поведение главного героя возмущает. Как так можно позволять обращаться с твоим временем и планами. Герои книги наделены безцеремонностью, наглостью, безразличием, лицемерием, ханжеством, тщеславием и многими другими пороками полнейшего невежества. Жителей городка жаждут приобщение себя к знаменитости замаскированое интересом к его творчеству.
Не простая книга Исигуро. "Безутешные" отличаются неким подобием по стилистике с Францом Кафкой и в принципе эта книга - это поиск Исигуро Кафки в себе самом, реализация автором собственного видения творчества Кафки. Аналогия с "Замком" явно присутствует.
Написана в английском стиле (слог скучноватый), читается не очень легко. Уже дважды прочитал эту книгу, несмотря ни на что, на весь абсурд этой книги она мне очень понравилась.

Фантасмагорический роман, в котором нагромождение людей, ситуаций, диалогов, зданий вводят в недоумение. Серый город полон грустных жителей, дверей и переходов. Главный герой здесь будто бы в первый раз, но постепенно многое кажется ему очень знакомым, чуть ли не с детства. Все действо вертится вокруг предстоящего грандиозного концерта, идет бесконечная подготовка к нему и обсуждение этой самой подготовки.
Не знаю... мне показалось, что роман ни о чем и заканчивается он ничем. Может быть, это своеобразная породия на Кафку или Кэрролла? Я, честно говоря, ничего не поняла, сколько не силилась. Хотя Исигуро нежно люблю за "Остаток дня" и "Не отпускай меня" (только это помешало мне забросить книгу сразу же после первой части).