Судный день

Довольно интересный герметичный детектив, с персонажами очень любопытными, и с тайнами у каждого. Правда почему то не вызывал сомнения тот, кто совершал убийства- видимо сказалась личная неприязнь к таким персонажам.
Антураж просто замечательный- занесенный снегом хутор , а главное конец одного столетия и начало другого, в первый день которого, как часто случается ожидают конца света и судный день, который ждут с тревогой. Профессор и ученик, застрявшие в пути на этом заброшенном хуторе, пытаются решить загадку- кто убил графа. Круг подозреваемых конечно очерчен- ведь только те, кто присутствует в этой гостинице мог совершить злодейство. И автор очень интересно вводит читателя в суть дела, в судьбу каждого из постояльцев. Как оказывается , у каждого из них есть своя тайна, свое прошлое, которое и приводит к тем последствиям, что произошли. Сразу видно, что они скрывают что-то , но что? Читать было интересно, потому что тут разные нюансы выставлены- священник со своими проповедями и профессор с трезвым взглядом, супруги, хозяева этой гостиницы с любопытными тайнами, прислуга , любопытная нищенка и ученик профессора, который должен все запоминать и помогать. И вот он то поведает всю тайну , что скрывалась за тем убийством. Как выше написала , что с самого начала поняла, кто убийца, но вот то скрывал он и что мог бы сделать, если бы не этот злополучный день будет понятно в конце, когда все разрешиться. Читалась книга с интересом, язык написания понравился, ничто не помешало насладиться сюжетом.

У Пушкина зимой торжествовал крестьянин, а в детективных сюжетах нередко в эту пору года торжествуют разного рода преступники. Мороз, снегопад и прочая непогода словно становятся на время их сообщниками, суля злодеям возможность скрыть следы преступлений или запутать следствие. Да и в плане атмосферности писателей можно понять - такие сюжеты становятся литературно более яркими и объемными, если их поместить в соответствующую обстановку. Точнее сказать, накалить обстановку с помощью погодного антуража. Лично в моем представлении преступления как-то больше ассоциируются с мрачной, холодной и неприветливой обстановкой, нежели с безоблачными и солнечными днями. И судя по популярности сюжетов, подобных тому, который описал Курт Ауст в "Судном дне", у других читателей схожие со мной мысли.

Перед нами - классический (не по времени написания, а по использованным в нем литературным приемам) герметичный детектив. Классичность его проявляется в том, что мы имеем преступление, одного более-менее образованного следователя (не по должности, а по сути), его молодого, неопытного и горячего помощника, четко очерченный круг подозреваемых, среди которых у каждого припрятаны свои скелеты в шкафу и кандидатуру каждого из которых наш сыщик будет кропотливо и методично отрабатывать на предмет наличия возможностей и мотивов для убийства. Если Вам по вкусу, когда сыщик неоднократно допрашивает подозреваемых, сравнивает их показания, вычисляет поминутно, кто из них и где находился, цепляется за мелкие огоровки и тому подобное, то есть шанс, что книга Вам понравится. Если же Вы предпочитаете что-то поживее, то скорее всего "Судный день" покажется Вам скучным. В плане методов и способов расследования Томас Буберг схож с мисс Марпл и Эркюлем Пуаро в наименее динамичных их делах. Ну и сравнение в аннотации данного произведения с автором "Имя розы" очень даже меткое. Сочетание в одной книге Агаты Кристи и Умберто Эко - это, пожалуй, наиболее четкая определяющая характеристика данного детектива.

Завязка этой истории сама по себе ничем не примечательна. На отрезанном от окружающего мира непогодой датском хуторе произошло убийство, которое преступник пытался замаскировать под несчастный случай, понадеявшись, что разыгравшаяся метель ему в этом поможет. Но эта же метель сыграла с ним злую шутку, заточив его и еще нескольких людей на постоялом дворе на четыре дня без возможности покинуть его. На этом неудачи злодея не закончились - развлечений на постоялом дворе было так мало, а ум у остановившего там профессора Томаса Буберга был так пытлив, что вычисление убийцы стало для него первоочередной задачей. Особенностью этого детектива станет то, что помимо вычисления злодея в сюжете немалое внимание будет уделено историческо-политической обстановке того времени, религиозным вопросам и, как это видимо повторяется каждый раз при смене столетий, грядущему концу света. На дворе подходит к своему концу 1699-й год и хоть исторически это время давно уже и не считается средневековьем, но отдаленность хутора от мира и определенные особенности характеров и мировоззрения главных действующих лиц как будто бы погружают читателя в атмосферу тех времен.

От прочитанного у меня остались смешанные впечатления, но без какого либо сильного уклона в сторону понравилось или не понравилось. Историко-религиозная часть мне не по душе - на мой вкус именно она делает повествование каким-то сонно-вязким. Детективная же составляющая сама по себе неплоха, но есть все же у меня к ней кое-какие претензии, раскрывать суть которых я не стану, ибо это будет сродни легким спойлерам. Так же мне не особо понравилось то, что автор сделал связь между событиями 1699 года и последними годами жизни Петтера Хорттена - я лично предпочитаю развязки, когда детектив получает ответ на все свои вопросы в процессе расследования, а не остается в некой неуверенности относительно кое-каких моментов и удовлетворяется предположениями. Очень многие ходы были для меня предсказуемыми (вроде истории с трактирщицей или с Марией). За что хочу похвалить Курта Ауста, так это за неплохую прорисовку психологических портретов героев и за то, что применил литературный прием, когда и преступник, и жертва вызывают у читателя неоднозначные эмоции и ты не желаешь жертву только потому, что она жертва и не ненавидишь злодея только потому, что он злодей. Как в палитре помимо черного и белого есть еще целый спектр цветов, так и в этой истории все не так однозначно, как может показаться на первый взгляд и те, кто играет за белых, могут в итоге оказаться игроками за черных... В целом же у автора получился пусть и не шедевр, но довольно неплохой исторический детектив.

В отличие от своих многочисленных коллег по скандинавскому детективному цеху, Курт Ауст в качестве время и места действия выбрал в родной своей Норвегии и Дании не современность, а XVII век. И историческая составляющая, на мой взгляд, самая сильная сторона книги. Было очень интересно читать про Данию того времени, про военные действия, ведущиеся между правителями Дании, Швеции, Норвегии и германскими княжествами за морские порты и прибрежные земли. Где-то невзначай упоминается молодой царь Петр, но его время еще впереди. Вся эта военная деятельность требовала хорошего знания реалий, а соответственно активной деятельности шпионов всех мастей.

На постоялом дворе, отрезанном вьюгой от всего мира, оказываются профессор Датской Королевской Академии Томас Буберг и его помощник юный Петтер. Кроме них на постоялом дворе находятся его хозяева – супружеская пара, конюх, служанка, нищенка и пара постояльцев. Через некоторое время выясняется, что еще один постоялец, назвавшийся графом, найден в сугробе мертвым. Ни покинуть постоялый двор, ни въехать в крепко запертые ворота никто не мог. И хотя хозяин утверждает, что постоялец случайно оступился и замерз, профессор видит на лице графа следы ударов и приходит к выводу, что совершено убийство.

В то замечательное время можно было иметь профессорскую степень и по юриспруденции и по медицине, что позволяет герру Томасу периодически угощать нас лекциями по обоим предметам. Кроме энциклопедической образованности, профессор обладает добротой и жалостью к людям, что нередко помогает ему в расследовании гораздо больше отвлеченных знаний. Очень интересно поведает о своем народе, образе жизни и верованиях норвежских саамов женщина, прикинувшаяся нищенкой, здесь автор даже добавил немного мистики. Практический сыск профессора будет не столь успешен, и хотя решение, в конце концов, будет найдено, жизни лишатся еще двое, а молоденький секретарь едва останется в живых.

Детектив этот относится к тому типу, когда преступнику сочувствуешь больше, чем жертве, а приводит в движение все эти события неискоренимая алчность и жестокость власть имущих, простым же людям остается только расплачиваться за это собственной шкурой. А любители жанра вполне могут скрасить вечер-другой, распутывая мотивы преступления и политические интриги из далекого прошлого.

Сначала я хотела написать, что это было интересно, но "Имя Розы" бесспорно и со всех сторон лучше. Потом устыдилась своих слов и писать это передумала. Ну в самом деле, надо же было вообще додуматься сравнить книгу, которая никогда и не претендовала ни на что большее, кроме как на звание простого исторического детектива, с "Именем Розы"! Конечно, лучше, о чем разговор! Но сравнивать все равно странно.

Во всем остальном это весьма добротный детектив. Политическая подоплека происходящего, правда, показалась мне слегка надуманной, а то и вовсе притянутой за уши, но увлекательности повествования это не отменяет. А значит, и ценности не умаляет. Так-то!

Мой любимый герметичный детектив в антураже Датского королевства на рубеже 17 и 18 века.
Первый плюс это исторический элемент. И хоть история мне всегда была интересна и знаю многих европейских королей и их эпоху, но вот с датским королевством практически не знакома. И ещё был момент когда рассуждали о молодых короля, их горячей крови и ошибках которые они могут надеоать м наделают сражаясь друг с другом, хоть практически все и являются родственниками в каких-нибудь поколениях.
Второе, это количество подозреваемых. Всего лишь. Ибо ГГ и профессора Томаса мы считать не можем, убийство ведь произошло как раз перед их появлением на постоялом дворе.
Третье, это где-то сплетение первого и второго, это история каждого героя в отдельности. Вот здесь автору очень хорошо удалось передать дух той эпохи, очень хорошо подобраны профессии.

И так. Хозяева трактора. Он - сын финансиста, торгоша, лт которого отказался отец подарив им с женой этот хутор, где они и построили этот трактир. Увлекается чтением книг, поклонник Ностродамуса. Верит что расшифровал его предсказания. Поэтому именно она ведёт хозяйство. Между нами вроде как и есть любовь. Но есть психологические проблемы.
Служанка Мария - обыкновенная деревенская девка, которая мечтает разбогатеть выйдя замуж, беря плату с мужчин, или любым другим способом.
Конюх Альберт. Жертва преследования гугенотов во Франции. Очень сильный человек.
Нищенка. Если перевести на наш язык финская шаманка. Для европейцев если знаешь духов, то ведьма.
Постояльцы.
Густафф. Непонятна профессия, говорит одно, но не сходится. Влюблён в Марию. Много пьёт пива, что-то прячет.
Пастор Якоб. Жертва произвола солдат. Фанатик религии. Верят в Судный день. Постоянно не расстаётся с дорогой и уникальной библией.
Жертва. То-ли граф, то-ли вояка. Ушиб на голове, потом проколотое непонятным оружием сердце. Вроде должен при себе иметь деньги, но их нет. Много оружия разного вида в вещах, в том числе и яд.

Вот и думайте кто и почему его убил. Булет м вторая жертва как и в любом классическом детективе.

Ах, как жаль, что переведены лишь две истории о Томасе Буберге и его протеже, ученике, все хватающем на лету, юном Петтере Хорттене. Хотя и не только юным увидим Петтера. В этом романе мы впервые встречаемся с ними и это дело будет самым первым из воспоминаний-расследований, рассказываемым уже пожилым Петером, в котором они окажутся, остановившись в одну бурную ночь на пути своего следования за несколько дней до нового, 1700 года.

Чудом в метель и вьюгу наткнувшись на трактир, приютивший их на несколько ночей, первым делом они натыкаются почти на его пороге, но уже не чудом, на мертвецки... нет, не пьяного человека, а мертвецки мертвого. Мертвец оказывается, судя по всему, убитым графом. Кто его убил, что за странности окружают обстоятельства, предшествующие убийству, в этом во всем нашему любопытному профессору Бубергу необходимо разобраться. И конечно, тайно, под покровом ночи, произвести вскрытие, чтоб убедиться, что граф был убит и как.

В тот восхитительный вечер Томас и Петтер уходят от неминуемой смерти почти чудом, когда ни зги не видно, а в колючий мороз и злющий ветер со снегом для путника заблудиться и замерзнуть намертво как нечего делать, им повезло набрести на спасительное убежище. На тот момент вместе с ними народу оказалось в трактире немного: постояльцев, обслуги, хозяев, но - удивительное дело - заподозрить в таком противоестественном деянии можно чуть не каждого. И тут, пусть далеко не с самого начала, автор в этих обстоятельствах позволяет нам представить этакий симбиоз сюжетов Агаты Кристи, а именно, "Десяти негритят" и "Восточного экспресса".

Это было не так уж явно, но хватало, чтоб вообразить, как некоторые детали перекочевали и к нам из Агаты Кристи. Но при этом не особо советую верить моим словам, поскольку что-то могло показаться, какую-то из сюжетных линий я себе уже навоображала, даже если она и не срослась, хотя о чем-то и невозможно было не подумать.Это скорее ощущение, некий всплеск, звуковая волна, которые на следующем витке, накрытые эклектикой семнадцатого века на пороге восемнадцатого, несут в себе не только запутанную историю, ложные принципы и обманчивые иллюзии. Когда вместо двадцатого века, как у дамы Агаты, волею автора мы оказываемся в веке семнадцатом, неминуемо столкновение с понятиями обывателей и церкви о греховном, а яркие иллюстрации рисуют, что может в прямом и переносном смысле скрываться в божественной книге, на которые накладываются нострадамусовы катрены и - время.

А время - оно вот-вот изменится, это будет новое время, хотя по григорианскому календарю некоторые народы уже живут, кто более века, кто менее, но процесс перехода не быстрый процесс. Страны переходили на новое время постепенно, к новому 1700 году Дания только готовится перейти на григорианский календарь, это случится к весне, и как во всех странах, до и после, общество принимает эти изменения со скрипом, возникает разлад и шатание, бурление и волнение. Хотя для сравнения - Россия к этому моменту только принимает новое летосчисление, наконец-то от Рождества Христова, а не от сотворения мира, и именно с 1 января 1700 года (но живя при этом по юлианскому календарю, и еще более двух столетий страна будет жить по старому стилю).

Но в Дании, и наверняка в других сопредельных странах, бытует мнение, или суеверие, что 1 января 1700 настанет судный день, а некоторые из церковников подливают масла в огонь. Один из них оказывается в этом же трактире. Томас Блуберг как представитель науки не может не ввязаться в спор, который вскоре становится теологическим, и такие моменты еще будут, когда даже тот, кто называет себя плотником, нанет оперировать библейскими цитатами. В трактире греется и питается подачками еще один персонаж, женщина, хотя внешне она похожа на нищенку, но дьявол кроется в деталях, и именно они заставляют окружающих обвинять ее во всех смертных грехах, а именно в ведьмовстве. Часто она и была камнем преткновения, но Томас сразу взял ее под защиту, и ситуация еще больше стала накаляться.

Еще два персонажа, кроме хозяев, имеются в харчевне: это Мария, служанка, милое создание,но себе на уме, и почему, мы это увидим, и Альфред, слуга на все про все, и конюх, и подлатать, и если надо, корову подоит, умелец на все руки. И у всех мог быть зуб на графа, судя по тому, как он со всеми общался, не исключая и хозяев. А еще странности, выявившиеся и в тот момент, когда обследовали комнату графа, и которых со временем обнаружилось еще больше. Даже у хозяев своя история, наложившаяся на все двадцать лет их совместной жизни, а все истории мы узнаем в свой черед, будет и драматизм, и даже фарс, и авантюра, но в каждой печали найдется и своя толика радости.

На дворе угасают последние деньки 1699 года Господня (а именно – 28 декабря и далее, а еще немного до, а потом – немного после), стоит эпоха juventute et perturbationibus regnatae – или, говоря понятным языком, эпоха правления запальчивых юнцов, потому как Европу немного бурлит и лихорадит мальчишеским безрассудством и безбородьем, Датско-Норвежское королевство вот-вот приступит к Северной войне, в общем, обстановка не самая благоприятная для встречи нового года, что нашему читателю очень даже знакомо и понятно. Где-то на заносимых внезапными метелями просторах Дании на случайном постоялом дворе оказываются буквально заперты десять негритят простите человек, среди которых датский профессор Томас Буберг и его ученик по имени Петтер – собственно, просим любить и жаловать наших главных героев.

Будучи запечатанными снежной бурей в трактире как в бутылке, герои почти сразу же обнаруживают, что один из постояльцев убит довольно странным образом, ну а дальше, как все понимают, начинается расследование в лучших традициях Агаты Кристи – кто убил, да зачем убил, а чем убил, а как убил, а потом еще кто-нибудь умер и опять – кто убил, зачем, почему, а потом ещё… Ну и встречай вот в таких условиях новый год, который впрочем, как некоторые уверены, будет последним, потому что новый 1700 явно, как сказал Нострадамус, будет началом Апокалипсиса и все вообще умрут и будет судный день и все умрут еще раз. Ну, вы поняли – с размахом по-норвежски, поскольку автор – датчанин по происхождению, но норвежский писатель по призванию. «Судный день» - его дебют в жанре исторического детектива, и похожа эта книга на много чего – и на «Имя розы» Эко, и на сагу про дочь палача Пётча, да ещё на кучу-другую исторических детективов, но – всё-таки скандинавский автор уже тем и интересен, что он скандинавский, да здорово описывает не только времена и нравы конца XVII – начала XVIII века, но и в лучших традициях своих товарищей по лит.цеху создаёт атмосферность , нагоняет много снега, организовывает парочку убийств, а подозревать заставляет вообще всех подряд.

Впрочем, что дебют – оно тоже заметно, поэтому в минус сорок, пусть и в теплом хлеву, но встречаются мухи, некоторые служанки умеют метать тарелки с похлебкой так, что из них ничего не разливается (явно ведьма!), да и действие не сказать что развивается увлекательно – вот наши главные герои, эдакий средневековый Шерлок Холмс и его Ватсон: «Шерлок» всё любит поболтать «за науку», а «Ватсон», выслушав какую-нибудь его очередную речь о грегорианском летоисчислении думает сначала «вот бы пожрать сейчас», а в другой раз «вот бы пуговицу успеть пришить перед сном». Короче, идеальная пара сыщиков, которым периодически хочется треснуть по голове чем-то деревянным и поторопить их мыслительные процессы, но потом вспоминаешь, что-таки 1699 год на дворе, головную боль ещё лечат кровопусканием, посему терпеливо ждёшь, пока они ещё две страницы будут есть свою свинину и обсасывать ложку, а потом кого-нибудь наконец-то озарит.

Но новый год они кое-как, конечно, встретят, как встретили его и мы – поэтому всех ещё раз с новым 1700.. тьфу ты. С 2016 годом!

Некоторым сюрпризом для меня оказалось время действия этой истории - надо внимательнее читать аннотацию. Но впечатление от книги это мне, к счастью, не испортило. Это оказалось довольно любопытное сочетание герметичного детектива весьма классического свойства с антуражем, как ни странно, по ощущениям близким к Средневековью. Конечно, канун 1700 года - это уже ближе к нам, чем Рождеству Христову, но атмосфера уединенного постоялого двора напомнила мне его очень сильно. Скорее всего это связано с достаточно мощной религиозной линией, которая проходит через всю историю и играет довольно важную роль.
В остальном имеется профессор с учеником, которые будут вести расследование, и некоторое количество обитателей и гостей постоялого двора. В чем-то эта книга действительно напомнила мне и "Имя розы", и "Хроники брата Кадфаэля", и еще пару-тройку аналогичных историй. Но хуже от этого она не стала. Сочетание расследования в классическом стиле с приметами эпохи оказалось довольно удачным. И в целом история выстроена так, что интерес не ослабевает. Практически каждый персонаж может оказаться убийцей, у каждого можно найти мотив и возможность. Головоломка получается очень занятной.
Интересной оказалась и побочная линия взаимодействия научных представлений и религиозных догматов. Благо, представители и той, и другой стороны имеются в наличии. Хотя разговоров о Судном дне для меня оказалось многовато. Тем не менее, и там были интересные моменты. А заодно еще и с ведьмовством разобрались.
Детектив оказался очень обстоятельным, а герои достаточно симпатичными, чтобы было интересно читать продолжение.

В многочисленном семействе детективного жанра есть поджанр, который я просто о-бо-жа-ю. Этот поджанр обозначается таинственным и одновременно научным эпитетом "герметичный". Это когда персонажи волею судеб и при помощи неиссякаемой фантазии автора оказываются на территории, отрезанной от остального мира. И тут же по законам жанра на этой изолированной территории происходит убийство. Даже тем читателям, кто ни разу, затаив дыхание, не следил за расследованиями Эркюля Пуаро, тут же становится ясно - убийца ещё здесь, он скрывается среди остальных персонажей. Ну до чего же огромное пространство для всяческих гипотез! Говорю же, обожаю.

Курт Ауст, конечно, не Агата Кристи, но расстарался вовсю. Заманил нас вслед за своими героями на заметенный снегом постоялый двор. И когда! в последние дни 1699 года. Интересное было время, и о нём помним и мы - достаточно упомянуть реформы Петра I, вроде "считать год с первого генваря". Обо всем этом - и о реформах календаря, которые происходили не только в России, и о тогдашней политической обстановке Курт Ауст потихоньку рассказывает по ходу действа. Действо на постоялом дворе, надо заметить, завязывается драматически. Не успели профессор Томас Буберг и его помощник Петтер перешагнуть порог трактира в надежде отогреться после долгого зимнего пути, как тут же во дворе был обнаружен труп жертвы убийства. (Закон жанра! см. выше) То есть это потом стало ясно, что произошло убийство - профессор расстарался, демонстрируя свои познания в медицине. А потом профессору пришлось проявлять и свои логические навыки, выдвигая гипотезы, которые помогут ему изобличить убийцу. Понятно, что убийца всё ещё находится здесь, в более чем странной компании людей, собравшихся на постоялом дворе. И понятно, что вслед за добровольным сыщиком Томасом следует его верный помощник Петтер. Именно его, Петтера, голос мы слышим на протяжении всей истории. То он восемнадцатилетний юнец, который страшится напророченного с помощью искусственных выкладок Судного дня. То он наставник князя - стареющий, измученный ревматизмом, записывающий свои воспоминания сорокалетней давности о тех нескольких днях, вместивших в себя так много.

Самое интересное Курт Ауст приберегает напоследок, когда его герметичный детектив на постоялом дворе обретает логическое завершение. Только не до конца ясны мотивы и движущие силы той драмы, что разыгралась много лет назад. И вдруг происходит невозможное - когда начинают говорить участники событий, которых уже нет в живых. Вот тогда забытые воспоминания оживают, начиная вновь тревожить разум.

Профессор Томас Буберг и его слуга-помощник едут по делам в другой город, но, из-за снежной бури, они вынуждены сделать остановку в трактире. Там происходит убийство, начинается расследование.
Очередной пример герметичного детектива. Всего несколько постояльцев, слуг, хозяев, но у каждого своя личная жизненная трагедия. Нам это все подробно рассказывают.
Сыщик из профессора так себе, но в итоге он догадался, где собака зарыта, сыграв на эмоциях. Больше всего неприятно поразил небольшой парапсихологический момент, на базе которого Буберг построил свое обвинение. Мистические детективы прекрасны, но здесь ясновидение было не к месту, выглядело, как рояль в кустах. Впрочем, книга и так показалась затянутой, так что, возможно, в дебрях событий где-то затерялось логическое объяснение догадки профессора.
Для знатоков детективов: почитать можно, повествование ровное, но не захватывающее. К сожалению, было совершенно неинтересно, кто убил графа. Кто убийца – догадаетесь ближе к середине. А вот какие причины – вряд ли, мало данных, автор в конце решил так запутать читателя, что кидал подозрения вообще на всех, но нас не проведешь.
Для остальных читателей – возможно, понравится. Пара забавных теорий о числах и цифрах, немного исторических реалий, запоминающаяся атмосфера. Скоротать время – сойдет. Тягучий, зимний детектив.