The Raven King

– Куда, черт возьми, подевался Ронан? – спросил Гэнси, эхом повторяя слова, произнесенные тысячами людей с тех пор, как человечество изобрело речь.

В войне нет правил, кроме одного - остаться в живых.

... голос Ронана звучал совершенно иначе, когда он обращался к матери или Метью. Ронан непритворный. Нет, скорее лишенный всей своей брони. Его тон напомнил Адаму ту, открытую, незамутненную улыбку, увиденную им ранее. Не играй, сказа он себе. Это не игра.
Если уж быть честным, то это и не было похоже на игру. В его сердце зашипел адреналин.

Гэнси с легкой ноткой отвращения говорил ему: "Прекрати называть это привилегией. Любовь - не привилегия". Но у Гэнси всегда была любовь, и он всегда был способен любить. Теперь, когда Адам обнаружил это чувство в себе, он был как никогда уверен, что был прав. Началом всех начал в Адаме была потребность, его непрерывный пульс. Любовь была привилегией. Адам был удостоен ее и не хотел от нее отказываться.

– Пусть это послужит к смерти демона.
Едва он выговорил эти слова, Блу обвила руками его шею. Едва он выговорил эти слова, она прижалась лицом к его щеке. Едва он выговорил эти слова, она обняла и удерживала его как рвавшийся из горла крик. Люблю, люблю, люблю.
Он беззвучно выскользнул из ее объятий и упал на землю.
Он был королем.

Он понял, что ложь опасна лишь тогда, когда порой ты все-таки говоришь правду.

- Просто... это ощущается будто потеря. Влюбляться в них во всех. — «В них во всех» реально означало их всех: Фокс Вей 300, парней, Джесси Диттли. Как разумный человек, Блу думала, что, может быть, у неё проблема с любовью.  

-Это не делает тебя демоном. Ты станешь одним из тех богов, не обладающих магической силой.Как они называются?
-Не думаю, что у них есть название.
-Король.Вероятно.А теперь я ухожу.

It was terrible to see him without any fire or acid in his eyes.

Even Ronan's dreamed friends were not easy to get along with.

Adam pronounced love very carefully, as if it were an unfamiliar element on the periodic table.

“Should we split up, or this a horror movie?"
"Scream if something eats you," Gansey said.”

Adam smiled cheerily. Ronan would start wars and burn cities for that true smile, elastic and amiable.

“No homework. I got suspended,” Blue replied.
“Get the fuck out,” Ronan said, but with admiration. “Sargent, you asshole.”
Blue reluctantly allowed him to bump fists with her as Gansey eyed her meaningfully in the rearview mirror.

"Here is what I have learned," Henry said. "If you cannot be unaftaid -"
There was a place where terror stopped and became nothingness. But today, in this hole, with an insect on his skin, with a promise that he was to die soon, the nothingness never came.
Henry finished, "- to be afraid and happy."

“It was just that there was something newly powerful about this assembled family in the car. They were all growing up and into each other like trees striving together for the sun.”