Цитаты из книги The Book Thief

Девочка продолжает читать, ведь именно затем она здесь, и хорошо быть хоть в чем-то полезным там, где случились снега Сталинграда.

Слова — это жизнь, Лизель.

иногда я думаю, что Папа — сам аккордеон. Когда он смотрит на меня, улыбается и дышит, я слышу ноты.

...в тот день каждую душу я принимал, будто новорождённую. Я даже поцеловал нескольких в изнеможденные отравленные щеки. Я слышал их последние задушенные вопли. Исчезающие слова. Я наблюдал из видения любви и освобождал от страха.

– Там были звезды, – сказал он. – Они обожгли мне глаза.

Жечь.
Немцы любили что-нибудь жечь. Лавки, синагоги, Рейхстаги, дома, личные вещи, умерщвленных людей и, само собой, книги. Хороший костер из книг всегда был им по душе — а тому, кто неравнодушен к книгам, это давало возможность наложить руки на какие-то издания, которых иначе никак было не заиметь.

– Когда-нибудь, Лизель, ты сама до смерти захочешь со мной целоваться. Но Лизель знала другое. Она дала клятву. Никогда в жизни она не станет целовать этого жалкого грязного свинуха, и уж точно не станет сегодня.

По бокам колонны шагали солдаты, приказывая торопиться и не стонать. Многие были зелёными юнцами. С фюрером в глазах.

"Бомбы летели - и с ними я."

"Вот что я понял про немцев:
Похоже, они без ума от свиней."

Люди, пришедшие на похороны Ганса и Розы Хуберманов, судачили о девочке, одетой в опрятное платье и слой уличной грязи Химмель-штрассе. Еще пронесся слух, что в тот же день позже она в одежде зашла в реку Ампер и сказала что-то очень странное.

Про поцелуй.

И про какую-то свинюху.

И прошу тебя, – посоветовала ей Лиза Герман. – Не наказывай себя, как ты написала. Не бери с меня пример, Лизель.

В сочельник она решилась насчет Руди. И плевать, что поздно.

Лизель пришла к соседям как раз перед самой темнотой и сказала Руди, что приготовила ему рождественский подарок.

Руди посмотрел на ее руки, потом на землю по бокам от ее ног.

– Ну и где же он, к черту?

– Ну и отстань.

Руди подал котомку Лизель.

– Набери горсть.

– Сомневаюсь, что это хорошая мысль.

Руди шлепнул ей в ладонь кусок хлеба.

– Так делал твой Папа.