В аннотации почти вся суть дела изложена. То, что это какое-то мошенничество, Холмсу ясно в первого момента, да что там Холмсу - даже Ватсону кажется, что что-то не так в этой истории, основанной на том, что попалась редкая фамилия. И вроде как эксцентричный американский миллионер оставляет по завещанию троим однофамильцам, но только мужского пола, всё своё состояние - а там ни много, ни мало по пять миллионов на брата. Обратившийся к Холмсу житель Лондона по фамилии Гарридеб - безобидный старикашка, всю жизнь коллекционирующий "козявок", как выражается его американский однофамилец, адвокат, который и инициировал поиски. Первое предположение сыщика - среди коллекций дедули есть нечто реально очень ценное. Но потом дело получает неожиданный оборот...

Что мне понравилось в рассказе - это одна из немногих историй, где гений сыска раскрывается с человеческой стороны. Оказывается, что Ватсон ему дорог ему как друг, а не как просто помощник и биограф. Выясняется, что у Холмса даже, пожалуй, есть чувство юмора. В конце концов, в очередной раз подверждается его абсолютная неподкупность.

Но лучше всего в рассказе - неопровержимая и видная сыщику и его помощнику зацепка:

- Вы не заметили ничего странного в этом газетном объявлении? - Заметил. В слово «артезианский» вкралась орфографическая ошибка.

Я про себя просто хохотала, представив, как господа сыщики делают выводы, прочитав какое-нибудь объявление на соответствующем сайте))).

Джон Уотсон, друг и бессменный биограф Шерлока Холмса, вновь решил "поделиться" с читателями одним из интересных дел известного сыщика, так сказать, из "личных" архивов.

Историю эту можно в равной мере назвать как трагедией, так и комедией, -

замечает повествователь.

Натан Гарридеб, чудаковатый старик, обладатель редкой фамилии, просит в своем письме, адресованном  Холмсу, найти третьего Гарридеба. "Второй" Гарридеб, Джон, адвокат из США, сообщил пожилому джентльмену, что некто Александр Гамильтон Гарридеб, богатый человек, американец, невероятно гордившийся свой фамилией, оставил необычное завещание, в котором распорядился все свое немалое имущество разделить "на троих" Гарридебов, лиц мужского пола, если такие найдутся...

С самого начала в этой истории чувствуется подвох. Так в чем же дело? Впрочем, читатель, знакомый с рассказами о Шерлоке Холмсе (вновь я про себя), быстро может догадаться в чем тут фишка, Артур Конан Дойл дважды применял этот прием.

Но читать было все равно интересно, так как интрига сохранялась до финала.

Единственно, мне не понравилось, что в этой истории

 один человек лишился рассудка.

Несправедливо, на мой взгляд, автор поступил с персонажем.

Прочитав в аннотации информацию о том, что некий Джон Гарридеб ищет двух других Гарридебов, чтобы исполнить волю покойного американского миллионера-однофамильца и получить неожиданное наследство, при этом один из Гарридебов, Натан, уже найден, сразу заподозрила подвох. Ну не ищут человека, пусть и с самой редкой фамилией, собственноручно прочесывая города и страны! Даже доктор Уотсон первым делом взял в руки телефонную книгу и тут же увидел искомую фамилию (правда, это был уже известный нам Натан). Поэтому в голове сразу щелкнуло: фальшивые поиски, за которыми стоит совсем другое таинственное дело. Еще не прочитав рассказ, начала строить предположения. Увы, до настоящих причин я не додумалась, хотя одна из моих версий совпала с версией (увы, ложной) Шерлока Холмса. Произведение оказалось интересным не заявленным расследованием, а личностью и планами подозрительного заказчика (слово "заказчик" не совсем уместно, юридический клиент Натан, а Джону не оставили выбора): кто он? что задумал? каковы настоящие цели? Главным героям тоже любопытно узнать реальную причину манипуляций с фамилией. Этим они и занялись... Увы, имеется в рассказе грустный момент, касающийся единственного истинного Гарридеба.

Как обычно, при чтении произведений из цикла о Шерлоке Холмсе (данный рассказ относится к "Архиву Шерлока Холмса"), выискивала мелкие штрихи, подробности к портрету знаменитого сыщика. Занимательным показалось примечание о проявленном Холмсом беспокойстве при ранении Уотсона. По словам доктора, за холодной маской своего друга он прочувствовал "глубину заботливости и любви".

Ясный, жесткий взгляд его на мгновение затуманился, твердые губы задрожали. На один-единственный миг я ощутил, что это не только великий мозг, но и великое сердце…

Что же ты, Шерлок Холмс, так редко уделяешь знаки внимания своему верному другу и биографу?!