Спасти диплом, угнать дракона

Слушай, ты мне подруга или пестик от ступки?

Ведь известно, что зубы, вонзенные в горло, сближают двоих гораздо лучше, чем самые долгие разговоры по душам.

Захотелось побиться головой о стену, но ее рядом не было. Зато имелся альв. А об него биться не хотелось. Хотелось лишь его прибить. Лопатой. По голове. А потом ею же и закопать по-тихому.

Нет, я не спорю, что университетская лаборатория – одна из лучших. Да и редких, дорогостоящих реактивов там вдосталь. И все подлинные. Например, слезы невинной девы: если покупать их на черном рынке, то велика вероятность обмана. А в лаборатории каждая ампула с сей влагой маркирована с датой розлива и сроком годности. Да и производитель – женский монастырь на острове Эйро-дель-Тор – держит марку и просроченный товар не поставляет.

Еще подумают, что я за ним бегаю.
— А ты не бегаешь?
— Нет. Я охочусь.

Амбиции могут сдвинуть такие горы, о каких ум и талант не смеют даже и мечтать.

... когда речь заходит о покупках, то о такой мелочи, как стертые пятки, не вспоминаешь.

... порою молчать очень вредно для жизни и здоровья, – в точности скопировав тон кузена, ответила я. – Ведь можно столько намолчать, что потом рот будет открыть опасно.

А я поняла одно: сработаемся. Ведь с теми, с кем мыслишь одинаково, даже спорить приятно. В то время как с остальными — не имеет смысла.

— Нари, хочешь, я испеку тортик, только успокойся. — Звонкий голос кузины заставил всех разом вздрогнуть.

— Ей надо успокоиться, а не упокоиться, — возразил Чейз и тут же получил затрещину от дяди.

Как говорится, все гениальное — просто. На ум сразу же пришла еще пара изречений народной мудрости. Например, упорство и труд — до гроба доведут, учеба и любовь — выпьют всю кровь, а утренняя глупость непременно должна рождать дневную тупость.

Ночь — время откровений, когда мысли — короче, чувства — острее, правда — обнаженнее, а одиночество — честнее.

Ну вот так всегда: стоит оставить приличного парня без присмотра, приходишь — ни парня, ни приличий… Только я. Стою тут одна, как самая умная и красивая, с двумя бокалами, которые так старательно несла. Прямо как святые отцы древности — добро. В смысле старалась не расплескать по дороге.

Я вернулась к себе. По крышам опять зашуршал дождь. Осень — время печали и долгих, затяжных слез неба. Спать не хотелось, хотелось взгрустнуть.
Подоконник, плед, чашка ромашкового чая…
В итоге на узкий подоконник я не поместилась, запуталась в пледе, свалилась, облилась чаем и поняла: не умею я страдать. Вот совсем! Во всяком случае, по всем правилам.

— Знаешь, Нари, говорить комплименты — явно не твое. Давай уж по старинке — искренние гадости. А еще лучше молчи.
— Знаешь, Генри, порою молчать очень вредно для жизни и здоровья, — в точности скопировав тон кузена, ответила я. — Ведь можно столько намолчать, что потом рот будет открыть опасно. Так что смирись. Сегодня ты мое чудо!

Ну вот так всегда: стоит оставить приличного парня без присмотра, приходишь — ни парня, ни приличий…

Ничто не делает обед таким вкусным, как отсутствие завтрака.

выиграть можно лишь в той войне, которой удалось избежать.

Но я как знала, что судьба преподнесет мне подобный подарок, и подготовилась. Лет этак двенадцать назад, случайно упав в Кейшу. Собственно, так и освоила стиль «по-дворняжьи», опытным путем уяснив, что «топорик» — это, конечно, эффектно, но не способствует здоровому образу жизни. Да и вообще — жизни в целом.

Чтоб ты знала, параллельно отставленная женская попа может напрочь вышибить мужские мозги.