Спасти диплом, угнать дракона

— Страх делает нас более искренними, ты не находишь? — ухмыльнулся альв и все же посмотрел вперед.

На ум сразу жепришла еще пара изречений народной мудрости. Например, упорство и труд - до гроба доведут, учеба и любовь - выпьют всю кровь, а утренняя глупось непременно должна рождать дневную тупость .

Не слова полководца вдохновляют на бой, не громкие красивые лозунги или жажда наживы. Нет, любая мотивация и рядом не валялась с обычной злостью. Злость — это то, что заставляет презреть опасность, походя перемахнуть через самую высокую преграду, сражаться, когда другие обессилели и готовы сдохнуть, вгрызться зубами в горло вооруженного врага и победить. Все это обычная, элементарная, простая, очень сильная злость.

— Нари, совесть надо дома забывать, совесть! А не кристалл связи, кошелек или ключи.

Я выдохнула, утешая себя тем, что могло быть и хуже. На тех типов из подворотни вполне могла нарваться я, а не Варлок. О том, что могло бы быть не только хуже, но и лучше, дождись я извозного магомобиля, постаралась не думать. Зачем сожалеть о том, чему уже не бывать?

Но наш ректор был из тех, кто никогда не проигрывает. Он просто совершает тактические отступления.

А что, с набитым ртом мужчина переносит новости лучше, а возражает меньше.

Добро пожаловать в дурдом. Тебе здесь не рады, но куда деваться

- Настоящая эйра должна есть, как птичка.

• Я и ем, как птичка, - возразила я, уминая булку с маком и запивая компотом.
• Ты слопала две тарелки супа!
• Индюк - тоже птичка!

Жизнь меня научила доверять осторожно.

Настоящая подруга — это та, которая готова вытащить тебя из любых неприятностей. Правда, при этом, скорее всего, сначала она же тебя в них и втянет.

Ведь известно, что зубы, вонзенные в горло, сближают двоих гораздо лучше, чем самые долгие разговоры по душам.

Жандармы еще о чем-то гoворили, подтверждая истину, что женским сплетням до мужских бесед – как упырю до сoлнца: расти и расти.

Α я, глядя на младшенькую, начала понимать, как некроманты поднимают трупы из могил. Они просто умеют достать до печенок даже мертвых. Поэтому погребенные восстают из склепов хотя бы ради того, чтобы от них, наконец-то, отстали.

Осень – время печали и долгих, затяжных слез неба. Спать не хотелось, хотелось взгрустнуть. Подоконник, плед, чашка ромашкового чая… В итоге на узкий подоконник я не поместилась, запуталась в пледе, свалилась, облилась чаем и поняла: не умею я страдать. Вот совсем! Во всяком случае, по всем правилам.

Положи сковородку! – предостерегающе произнесла я, бдительно следя за дядей. – Это моя волшебная палочка, которой я благословлю одного альва! – протестующе взревел Моррис.

... деньги, как спирт, быстро испаряются, легко растворяются и в чистом виде не употребляются.

Тай пыталась отбить у Морриса зомби. Тот пытался заполучить несчастного мертвяка со словами «дочка, это отличный натурщик для новой статуи!». Но юная некромантка не сдавалась:
— Сам добудь себе натурщика! Могу лопату дать. А этот — мой. Я его сама выкопала.
— Мне некогда, у меня вдохновение! — парировал Моррис.