Единорог

Так что же это был за мир, в который она попала, - мир добра или зла? Мир осмысленного страдания или подмостки дьявольского театра теней, где в репертуаре всего одна пьеса – о каком-то кошмарном насилии?

Мэриан Тейлор приезжает в глухую английскую провинцию, чтобы работать гувернанткой. На вокзале её встречает импозантный мужчина приятной внешности и милый мальчик. Возможно будущий ученик? Нехорошие предчувствия, необъяснимый страх перед будущим поселяется в душе еще по дороге к замку, где предстоит работать. Суровый пейзаж за окном удручает и тревожит. Мэриан искала стабильности и, если повезет, любви, а попала в завораживающий лабиринт кривых зеркал, где приходится опасаться за собственный рассудок. Каждый оказывается не тем, кем кажется. Разумеется, никаких детей в доме не оказалось. Так какую же роль получила Мэриан в этой драме?

Сколько весит эта книга? Грамм 200? Обманчивая видимость, как и всё в ней. Силища слова Мердок ложится на душу пудовыми кирпичами. В очередной раз она приложила род человеческий с присущим ей стилем, изяществом и безжалостной откровенностью.
Однозначно, это книга, для которой одного раза не достаточно. Бриллиант. Многогранное сокровище, которое приятно достать из шкатулки памяти и любоваться блеском граней, каждый раз находя что-то новое. Почти гипнотическое действо. Я закрываю глаза и снова оказываюсь в темных коридорах старого дома, смотрю на дождь из его окон и продолжаю искать ответы в этом мороке. Сумасшествие или хитрый расчет? Дом или тюрьма? Любовь, эгоизм, чувственность? Рыбалка: кто на крючке?

Кто хоть раз читал произведения англичанки Айрис Мердок знает, что к ним не стоит подходить с обычной меркой и воспринимать происходящее в нем буквально, ожидая обычного развития сюжета, не затрудняясь поисками аллюзий и подтекстов, коими так изобилуют романы автора.

В этом случае автор не утруждает себя особыми подсказками и тщательными пояснениями, оставляя читателю обширное поле для умственной деятельности в разгадывании интеллектуальных шарад.
Но даже будучи морально подготовленной и имея за плечами опыт прочтения её романов, данный, к сожалению, оказался для меня слишком замудренным, когда и переосмысливать ничего не хочется, настолько текст выжал тебя как пресловутый лимон.

Начинаясь как готический роман, когда героиня пребывает в некий таинственный замок, окруженный скалами и морем, где взору предстает довольно странное зрелище находящихся там людей и охраняющих некую особу, несколько лет назад совершившую прелюбодеяние и заточенную сюда мужем.
Это самая рациональная и простая часть. После начинается то, ради чего и задумывался весь роман, но что не представляется возможным для внятного объяснения с моей стороны.

Понятно, что не стоит ничего из происходящего там воспринимать буквально и пытаться рационально объяснить. Потеряется весь смысл и значение. Бесконечные отсылки, аллюзии, символы. Но, возможно, в этом и кроется одна из притягательных особенностей творчества писательницы, к чьим книгам хочется возвращаться и читать их вновь.
И хотя этот роман меня оставил равнодушной, предыдущий опыт прочтения настойчиво убеждает, что я обязательно вернусь к её книгам.

Свобода имеет смысл в политике, но не в морали. Истина, о да! Но не свобода! Эта хрупкая идея, такая же, как счастье. В морали мы все узники, но наше освобождение отнюдь не называется свободой.

Айрис Мердок ''Единорог''

На первый взгляд ''Единорог'' можно отнести к дамскому чтению и поставить тег семейные дрязги, впрочем, как и все романы Мердок - в них любовь, страсть, измены, таинственные порочные юноши и девы, любовные треугольники и четырехугольники, порой встречаются даже пятиугольники, а иногда и цепочки безответно влюбленных друг в друга людей и все они всегда ищут некий Абсолют любви, практически никогда его не находят, но проживают свои мучительные наваждения на страницах книг одной из лучших романисток Британии. Но это на первый взгляд. Если приглядеться повнимательнее, вот в этот роман, например, то здесь можно встретить и классическую английскую готику, и ирландскую мифологию и волшебство, которые очень тесно связаны с шекспировскими традициями - а-ля ''Буря'', перенесенная в Англию шестидесятых годов. Обособленный мир замка Гейз, словно остров, оказывается отрезан от реального мира чарами и заклятьем. Таинственные мудрые старцы, как Макс Лэр, загадочная красавица Анна, порочные херувимы - Джеймси, коварные злодеи - Джеральд, простушка гувернантка - Мэриан, коварная полуколдунья - Вайолетт, увальни простаки - Эффингам, невидимые духи - Денис и т.д. Классично, загадочно, болотисто, покрыто вереском, собаки, туманы, скалы, волны, чудовищные и страшные, готовые, как мифическое живое существо взять себе в жертву любого неосторожного путника. Все это есть в ''Единороге''. Удушающая атмосфера замкнутого в себе мира, странные поступки героев, не имеющие к реальной жизни никакого отношения, если только к повседневной жизни самого обычного сумасшедшего дома. Просто ответьте себе на вопрос: какая нормальная и вменяемая женщина, пусть даже живущая в 60-х годах двадцатого века, добровольно согласится захоронить себя в далеком замке, уверенная, что переступив порог этого замка, она умрет? Наверное, никакая. Здесь все мужчины и женщины влюбляются друг в друга или вступают в интимные отношения - мужчины с мужчинами, женщины на пути к этим отношениям. Весь мир замка Гейз находится словно в волшебных чарах, злых чарах, которые нужно рассеять во что бы то ни стало и освободить заколдованную даму. Каждый из обитателей Гейза хочет рассеять эти чары и выпустить единорога на свободу. Выпустить в мир из заточения Прекрасную Даму, которую стерегут злодей - Джеральд и колдунья - Вайолет. Это еще одна особенность романов Мердок - органичное вплетение в современное повествование рыцарского романа. Анна, в своем золотом шелковом халате, как недосягаемая Прекрасная Дама, к которой все пылают любовью - все без исключения. И мужчины и женщины стремятся освободить её, выпустить на волю и добиться ответной любви. Все они ищут любовь. Какую угодно. Порочную, запретную, насильную - лишь бы любовь, лишь бы это чувство уберегло их от злых чар и рассеяло одиночество и запутанность собственных жизней. И любовь должна рассудить спор между Добром и Злом.

И это третий - самый глубокий пласт романа Мердок, самый главный, фоном для которого и была история странного заточения Анны. Это философско-моральный подтекст романа, безусловно античный. Платоновский подтекст. И еще, помимо платоновского, подтекст античной драмы. Практически все в романе - диалоги, поступки, интерьеры, одежда Анны, финал - это все античная драма. Идее свободного выбора каждого человека здесь мощно противопоставлено античное всемогущество рока и абсолютной обреченности борьбы с ним. Все предопределено. Отмерено семь лет и далее развязка - все так и произойдет. Это ощущение рока в жизни Анны, ее судьба это исключительно античная судьба любой из героинь древнегреческих трагедий. Рок предопределяет все. Но на этом не все. Это было бы очень просто. Насколько человек властен над своей судьбой? Где корни Зла? В чувственном ли восприятии мира или познание истины это исключительно духовный путь? В ''Единороге'' чувственное восприятие, как в ''Федоне'', буквально в каждой странице - это запахи, это прикосновения, это вкус, - каждая страница чувственного мира замка Гейз, именно это и есть тюрьма для души, это и есть платонизм о котором рассуждает Мердок в ''Единорге''. Вырваться из этого мира чувственности можно посредством Бога или смерти, освободить единорога из темницы тела и чувственности. Единорог в романе это не Анна, как многие почему-то думают, это метафора на духовную чистоту и наши внутренние философские искания Добра, внутреннее целомудрие, то есть мораль. Именно поэтому, когда мы выпускаем мораль на свободу, за пределы нашего персонального замка Гейз, мы становимся нежизнеспособны, как Анна. Точно так же нежизнеспособна в реальном мире исключительно только целомудренность и духовность - неспособность выйти на за пределы замка и страх Анны перед реальностью и искушениями. Не потому что чувственная жизнь это плохо, не потому что только духовная жизнь наше спасение, а потому что гармонии не случилось ни в одном, ни в другом случае. И спасение невозможно без гармонии. Поиск Бога (любые духовные искания, философские искания) не исключает реальную жизнь, если только ты не живешь в монастыре, в противном случае это внутренняя тюрьма, точно так же распущенность нравов не является свободой, это иная тюрьма, телесная.

Именно поэтому:

P.S. А еще мне жаль милых женщин, которые купили эту книгу в серии ''История любви'', да еще с такой сладенькой и романтичной обложкой. Хочу посмотреть в глаза тому человеку, который запихнул сложнейший философский роман в серию дамских романов.

Здесь, наверное, следовало бы написать "поговорим о странностях любви". Этих самых странностей в романе более, чем в избытке. Равно, как и бесконечности аллюзий, подтекстов и скрытых смыслов. Иногда кажется, что без определенного путеводителя не обойтись. Начиная с названия. Исследователи творчества Айрис Мёрдок сходятся во мнении, что образ мифического рогатого коня восходит, как античной традиции, где он символизирует сад любви, так и к раннему христианству, где он уже олицетворяет символ непорочности и чистоты. Вот из этих вроде бы противоположных элементов и сотканы все персонажи этой странной книги. С одной стороны они чисты, как снег зимой, с другой - воплощение порока и преступных страстей. Этот дуализм заставляет их метаться по мрачному замку Гейз и его окрестностям, словно шары на бильярдном поле. Каждый попеременно, то шар, ждущий удара неведомого игрока, то этот самый игрок, направляющий кий и сталкивающий шары. И все знают, что кто-то непременно должен выпасть в лузу, т.е. в смерть.
Айрис Мёрдок совершенно сознательно заставляет читателей вспомнить "Грозовой перевал"Эмили Бронте, используя приём введения главной героини, как случайного человека, волею судьбы оказавшегося в эпицентре трагических событий, происходящих на фоне мрачной природы, так близкой родным местам писательницы в Северной Ирландии. Природа здесь не только и не столько декорации, но своеобразное отражение происходящего. Мрачный и манящий сад, бурное и холодное море, в котором нельзя купаться, ("Имя твое – ах, нельзя! – Имя твое – поцелуй в глаза"), лососевый пруд, как символ отчаянного прыжка к свободе, даже ценой собственной жизни.
Наверное, я не сильно погрешу против истины, если скажу, что роман - своеобразный шифр Священного писания, так, как видит и толкует его сама писательница. Если опустить название, о котором я уже сказала, то далее следует главная героиня Мэриан,что само по себе вызывает совершенно ясную ассоциацию, Ханна Крин-Смит (весьма интересно, что некоторые видят здесь анаграмму фразы Christ name, то есть «Имя
Христа»). Но и Ханна - имя не простое. С одной стороны так звали мать Девы Марии, с другой - пророчицу в Храме, куда впервые принесен был младенец Христос, и где его ждал старец Симеон.
Но не забудем, перед нами готический роман, и здесь есть не только христианские, но и сказочные мотивы. Заточенная в замке Ханна, словно заколдованная принцесса, ожидающая своего принца. Но нужна ли ей свобода? И кем будет тот, кто эту вроде бы долгожданную, выстраданную свободу принесет? И обязательно ли в роли Принца должен выступить мужчина?
О-о-о! Да, опять то самое, запрещенное известным законом РФ. Женское - намеками и скольжением по самому краю, мужское - без экивоков, напрямую, открытым текстом. И опять дуализм, и опять зеркала, в которых отражаются не лица, а лишь призрачные размытые силуэты. Да и был ли этот замок с его обитателями на самом деле? Или и он лишь отражение в кривом зеркале или во сне?
Читать/ не читать. Для тех, кто любит не просто скользить взглядом по страницам или слушать по типу "в одно ухо влетело, да и Бог с ним". Именно таким, думающим и размышляющим, я и рекомендую настоятельно к прочтению.

Возможны спойлеры, ибо наболело во время прочтения.

Единорогов здесь нет. Здесь есть только шайка половозрелых людей, которые не только пухнут и лопаются от скуки, а еще и раздувают из этого вопросы жизни и смерти. Знаете, когда я понимаю, что вся книга построена по принципу "проблема на пустом месте", я чувствую себя обманутой и оскорбленной, а уж в этой книге нет ничего, кроме напыщенной проблемы на пустом месте, да настолько напыщенной, что к концу книги подбираешься уже целиком и полностью в праведном гневе.

Вся книга заключается вот в чем: Мэриан устраивается на работу гувернанткой в один дом, "на краю света" - в богом забытом месте, где живут совсем немного людей. Оказывается, что ее взяли работать гувернанткой не для детей, а для девушки такого же возраста, как и Мэриан, чтобы та ее периодически развлекала чтением литературы и беседами. В доме также проживают служанки и несколько человек, которые присматривают за Ханной - той самой девушкой, для которой нанята была Мэриан.

После недолгих выяснений, Мэриан узнает, что Ханна в этом доме, все равно что в тюрьме, а люди, присматривающие за ней, все равно, что ее тюремщики. А все дело в том, что Ханна столкнула своего мужа с обрыва, но он, к сожалению, не умер, а просто заточил ее в этом доме в наказание, приставив к ней всяческих гувернанток и сам чухнул в Нью-Йорк аж пятки сверкали. И вот, бедная девушка живет в этом заточении уже 7 лет, страдает, знаете ли, попивая вечерами виски и покуривая сигаретки, не может выйти даже за пределы своего сада, потому что она не заслужила прощения и должна и дальше томиться "в этой ужасной тюрьме".

После более тщательных выяснений ситуации, Мэриан узнает, что муж-то у Ханны был голубоват и изменял своей жене направо и налево, а потом, когда она стала изменять ему в ответ, он праведным гневом воспылал, ну и... полетел с обрыва, в общем. Изменяла жена, естественно, с соседом, чего уж далеко ходить и сосед вот уже 7 лет следит за ее заточением с помощью бинокля. Если вам и это кажется недостаточным дебилизмом, то можно добавить, что книга наполнена чересчур драматичными всплесками рук, слезами, предобморочными состояниями и совершенно рандомными признаниями обитателей дома друг другу в любви, причем, за одну главу персонаж мог признаться в любви 2-3 персонажам, "в самой настоящей" и "навечной"...

Эта книга действительно злит. Когда все вздыхают, какая же Ханна бедняжка, чуть ли не богиня заточенная в этом доме, как она выстрадала из себя все за эти годы, мне хочется сказать - Сталина на вас нет, бездельники проклятые, он бы вашу пьяную-страдающую шушеру уже давно бы по тюрьмам за тунеядство рассадил. Страдает она, ага, в российскую глубинку ее поселить, без работы и средств на проживание или на завод пахать устроить, пусть вон кирпичи обжигает, вот тогда мы с ней поговорим о страданиях, а страдать с сигареткой на веранде, попивая виски и читая высокопарную литературу, любой дурак может. Меня раздражает эгоизм каждого отдельно взятого персонажа, их зацикленность на себе, как на центре Вселенной, в особенности, конечно же, Ханны, но и другие не особо отставали. Ни одного стоящего персонажа, ничего, кроме бездействия и напыщенного страдания.

Книга начинается ни о чем и также кончается ничем, не знаю уж, что автор хотела ей передать, чему научить, лично я от нее получила только лишь раздражение. Еще и название такое красивое испортили.

Айрис Мердок мне нравится, но если бы я начала знакомство с ней с этой книги, я бы больше никогда не стала его продолжать, честное слово.

Мне всегда казалось, что у "островных" народов (сейчас имею в виду "продвинутые" нации, типа японцев и британцев) содержимое головы сильно отличается от жителей континента. Не могу ничем, кроме ощущений и разрозненных впечатлений, подтвердить свою теорию, однако убеждаюсь в ней все больше и больше.

Возьмем, например, роман "Единорог" любимой мною Айрис Мердок. Мне кажется, что только человек, всю жизнь проживший на острове, который по сути является своеобразной тюрьмой без четко выраженной охраны, может вот так вгрызаться в психологию женщины, добровольно-принудительно непокидающей территорию своего замка. Мердок так въедливо раскапывает малейшие ньюансы внутреннего мира (очень хочется сказать "тараканов в голове") Анны Крин-Смит, главной мученицы, узницы и затворницы, и ее многочисленных тюремщиков и освободителей, что начинает казаться, что ты сам сходишь с ума. Извините, но так и подмывает припечатать: "Им что заняться нечем?"

Лейтмотив романа - "насилие, дом, ставший темницей, вина". Но эта "фантазия на тему духовной жизни" оставила меня безучастной. Книга достойная, это чувствуется уже на первых страницах, но не моя. Меня не тронули бесконечные терзания, переживания, как мне кажется, на пустом месте. Самое главное, что лично для меня остался без ответа главный вопрос - ПОЧЕМУ они так поступают? Я не смогла раскопать причины перескоков с одного объекта влюбленности на другой, не разглядела, почему все дружно считали себя виновными. А без этого, согласитесь, любой, даже самый интересный роман, становится тусклым.

"Единорог" был создан в 1963 году и описывает современность, но об этом постоянно надо себе напоминать, потому как намного логичнее поместить героев в какой-нибудь 17 или 18 век, в эпоху предрассудков и... эээ... тараканов в голове.

Но если вы любитель готики, философии и недосказанности, тогда вперед!

6 / 10

Прослушала «Единорога» (некоторые моменты параллельно перечитывая), и сразу же мысленно нарисовала для себя образы трех типов читателей, прочитавших этот роман:

Прямолинейный читатель, воспринимающий сюжет буквально, вероятнее всего, увидит кучку придурков, собравшихся в какой-то глухомани вокруг главной сумасшедшей (то ли жертвы, то ли манипулятора), ежедневно наливающихся вискарем и трахающихся друг с другом без разбора (в т.ч. половой принадлежности), от нечего делать создающих для себя проблемы на ровном месте.

Чувствительный читатель, человек с досточо высоким уровнем эмпатии наверняка проникнет глубже, происходящее в романе определенно затронет его эмоциональную сферу, вызовет те или иные личные ассоциации, заставит провести параллели с собственной жизнью (возможно, даже поможет что-то пересмотреть в ней).

Читатель пытливый, преодолевший первоначальные иллюзии о банальности сюжета и уловивший в романе пищу для ума, начнет копать вовсю, рискуя вскоре оказаться в довольно глубокой яме смыслом, символом, аллюзий и аллегорий.

И знаете, я каждого из этих читателей могу понять. Я сама была каждым из них во время чтения. Первым типом, конечно, менее всего, поскольку это мне несвойственно. Но, признаюсь, порой недоумение постигало и меня.

Очень сложный, насыщенный роман из тех, что не предназначены для одноразового чтения. И совершенно точно очень необычный, не похожий ни на что прежде читанное мною. Изначально замаскированный под готический, имеющий своеобразную сказочно-мифическую атмосферу, он с развитием сюжета обнажает перед читателем жестокий реализм. Читателю надо быть готовым к тому, что ни один герой и ни одно его действие нельзя трактовать буквально: здесь очень многое является символом, воплощением определенных моральных категорий, трансформацией философских идей. Если вы не любитель подобного, то вполне вероятно, что роман может оставить вас равнодушным.

А вот для любителей «порыться» в смыслах здесь есть много вкусняшек: экзистенциальные идеи, тема любви и высшего блага, природы добра и зла «по Платону» (спасибо sofiakov за ссылку на платоновский миф, о котором я не знала (опиралась только на «Пир»)), адекватность/неадекватность оценки героями самих себя и окружающих их людей, правомочность решения за других их судьбы, жертва и палач в одном обличье, выпросы веры, глубины самоанализа и прочее, прочее, прочее...

Наверное, самый навязчивый вопрос: была ли Ханна единорогом? Мое мнение: да, для окружающих ее людей (и то – не для всех, вспомним хотя бы Вайолетт; к тому же, по ходу повествования она сравнивается с куда менее приятными мифическими персонажами). Она была им для тех, кто нуждался в этом мифе, в прикосновении к такому полуреальному, сказочному миру. Такие люди, как Ханна, для кого-то могут стать отражением их самих, в ней они увидят свою сущность, свои недостатки, свои заблуждения. Она что-то навсегда изменит в них, для этого она и нужна. Саму по себе Ханну вряд ли можно считать непорочным, чистым существом. Для кого-то она станет очистившим и возродившим душу Единорогом, а для кого-то превратится в смертоносную Лилит. Это действительно жертва и палач в одном лице. Как и многие из нас. Как, возможно, каждый из нас.

Признаюсь, я колебалась в оценке. Но поставить ниже пяти звезд рука не поднялась. И – ставлю тег "перечитать", это обязательно нужно.

Спойлеры в комментариях.

Жизнь — обман с чарующей тоскою,

Оттого так и сильна она,

Что своею грубою рукою

Роковые пишет письмена.

История начинается как классический английский готический роман, в удаленное поместье, затерянное на вересковых пустошах у бушующего у скал моря, приезжает молодая девушка учительницей французского и итальянского языков. И находит уединённый дом, с запертыми в нем тайнами прошлого.
Но потом готический роман заканчивается и начинается символистский рассказ о человеке, и о том, насколько он свободен в своих поступках; а также о насилии и любви. Почему часто одно не отделимо от другого, и как насилие порождает насилие, и даже любовь не может прервать этот замкнутый круг. Мёрдок погружает читателя в трясину межличностных отношений героев, которые настолько запутались в своих чувствах, и отгородились от настоящего мира, забрались в пещеру Платона, и оттуда пытаются угадать по отблескам на стене, кто есть они сами.
Не уверена, что я отгадала загадки Мёрдок в этой книге, и увы, совсем не уверена, что я хочу их отгадывать. Такую мутную воду устроила в пруду своего романа писательница, что чтение оставляет тягостное чувство бренности бытия и отсутствие надежды.
И пусть некоторые герои возвращаются из ада в свой мир, но их мир оказывается покрыт трещинами, которых не заклеить.
Странная книга.

Слишком мало я знаю кто такая Айрис Мердок...ещё меньше я понимаю что она такое.
В её стиль можно влюбиться, россыпь слов по странице - точные, тонкие слова о любви и чувственности, удивительные образы, вызывающие жалость и одновременно восхищение. Читаешь и понимаешь , что мир Мердок - это мир, который живёт и дышит, дрожит ниткой горизонта в твоих глазах, бьётся сломанным крылом птицы, шипит прибойной волной и травяным ветром путает тебе волосы....
Болезненно удивляешься её откровенности и не желанию объяснить причины.
Кто такая Айрис Мердок? Она - загадка.
Можно понять отчего её превозносят и "чувствуют" её миры.
Можно понять отчего недоумевают и жалеют о потерянном времени.
О вкусах не спорят - во вкусах на Мердок , обычно, расходятся диаметрально противоположно.

Сначала все начиналось как в классическом английском романе...
Немного более взвинченно и нервно, тревожно, лихорадочно и судорожно. Легковозбудимость девицы Марион можно было бы принять , зная историю неудачной влюбленности, неуверенность при вступлении в новую должность и определённую экзальтированность личности. Даже её сомнительное утверждение о том, что она не была обижена на обман - её пригласили гувернанткой, а не компаньонкой миссис Крин-Смит, можно было бы понять. Ведь место её новой работы было прекрасно пейзажем, загадочно уединенно и населено совершенно непонятными, но притягательными людьми, которых хотелось разгадать и полюбить. Самое главное полюбить - именно этого Марион жаждала.

Трудно сообразить когда именно произошли события в доме Ханны и где находится этот дом бущующих страстей. Холодное море, пустынные равнины, болотные топи и мало людей...странный запущенный дом и его таинственная хозяйка, опутавшая своей виной, страданиями ...и игрой слуг -"стражников".
Изменщица, неудавшаяся убийца, возвышенная и высокодуховная, немыслимо несчастная затворница. Или это ложь?
Слуги, которые сочувствуют. Или ими искусно манипулируют?
Ложь, сплошная ложь, в несколько слоёв укрывает игру, имитацию вины и муки совести... Культ страдания и лживое божество, с наслаждением впитывающее всплески чужих желаний, страстей и боли. Невозможность реальной жизни и гибель.

Что главное в Единороге? Для меня - выбор и ответственность, вина за содеянные поступки и принятые решения, свобода и несвобода. Свободен ли выбор, существует ли вообще свобода поступков...а вдруг это фатальное заблуждение человеческого ума, иллюзия? А если существует эта так желанная свобода – в чем ее суть?

Если вы желаете ясности и логики, вам не повезло с автором.
Недосказанность, морок и томление - именно это предлагается в Единороге.

Не люблю я Мердок, в основном за то, что она разводит в своих книгах болотистую трясину, в которой по ходу чтения просто вязнешь. То засыпаешь, то раздражаешься, и так на протяжении всего чтения. Может мне книги конечно не удачные попадались, не знаю... Вот здесь, в начале, все было вполне занятно. Главная героиня устраивается гувернанткой в отдаленный дом, прибыв на место, она обнаруживает, что поместье не такое уж и обычное, и работа у нее весьма специфичная. Развлекать девушка будет вполне себе взрослую женщину, вокруг которой крутится какая-то тайна. Завязка будто бы к триллеру, семейной саги, или просто драматичной истории, но зная автора, можно предположить, что влезет в сюжет какая-нибудь изюминка, в виде излишнего разглагольствования, философствования и межличностных дрязг. Это все понятно. Но вот, чтобы настолько воздвигнуть абсурдный сюжет! Все персонажи романа слоняются из угла в угол, маются от безделья, страдают ерундой, просто страдают, боготворят-ненавидят-охраняют ту самую девушку, ради которой и нанимали типа гувернантку. И все сопровождается сплошной болтовней ни о чем, рассуждениями о жизни и смерти, религиозными замутами и еще кучей пафоса. А проблема на самом деле надуманная и высосанная из пальца. Нет, не спорю, суть интересная - внешняя тюрьма-внутренняя тюрьма, вина, ответственность, но как это все подано... Унесите, задаром не нужно! Заканчивается это мутное произведение тоже как-то никак. Лавировали, лавировали, да не вылавировали, в итоге, по мне так, финал просто слит. И в чем же смысл всего? Чтобы было? Нравится же некоторым людям существовать, а не жить, создавать вокруг себя непонятные стены и разводить тараканов в голове.
Итог - полная нелепость в чистом виде.