Учитель Дымов

Просто в жизни каждого может наступить момент, когда ты совпадаешь со своей судьбой. И у меня этот момент, похоже, настал.

Невозможно описать количество мурашек и потрясений, которое я испытала с этой книгой. Я бы не задумываясь назвала её шедевром, но вероятно, так только в моём восприятии жизни. Все мы видим мир своими глазами. Но если есть что-то, что я так сильно люблю - литерализацию советской культуры, чистоту и красивую наполненность речи, книги о вечном, о роде, жизни, природе и памяти. И когда такой томик попадает мне в руки, я замираю с первых строк, остро чувствуя - это оно, это моё, до глубины души, до тонкого столбика эмоциональных вспышек, пронзающих спину и зажигающих сердце вновь. После «Учителя Дымова» мне хочется жить в череде сменяющихся дней, зная, что я на своём месте.

Прочитать «Учителя Дымова» это как посмотреть оттепельное кино. До мурашек, до мурашек - я уже писала ранее, но только эти слова сейчас слетают пташкой с моих губ.

Три поколения учителей Дымовых. 50-60-е и Владимир, профессор химии в университете. 70-80-е и Валерий, его сын, учитель восточных практик и йоги. 90-00-е и Андрей, его внук, учитель литературы в школе. Вероятно, это не классическая династическая семья учителей, но тем не менее, каждый был наставником, каждый сеял своим ученикам доброе и вечное. А на фоне ломалось время, утаскивало за собой жизни дорогих им людей, старило их и оставляло в наследство лишь щемящие отголоски прошлого, по которым одновременно плачешь и таешь от осознания, что в круговерти смены эпох ты однажды всё же был безмятежно счастлив. У меня тоже есть такое воспоминание, и я никогда больше не буду настолько счастлива. Потому что и меня уже затронуло время, наложило свой отпечаток возраста и печали.

Наверно, нет ничего красивее времени и взросления.

Но кажется, центр повествования всё же не мужчины, а Женя, ставшая кому сестрой, кому названной матерью и бабушкой. С её осиротения в 13 лет и вплоть до смерти за 80 именно она была скрепляющим звеном этой семьи. Ангелом-хранителем или пятой телеге колесом, каждый из героев решит для себя сам. Но жизнь Жени была наполнена отдачей, обереганием, заботой, жертвенностью, возможно, доставшейся ей во владение после того, как её приютила тётя в холодный и голодный 1943. В этот день Женя неосознанно выбрала служить, и самое удивительное, была в этом служении до края гробовой доски счастлива. Более того, она была детским врачом, а значит, служила вдвойне - и совершенно естественно, что у неё вырос такой внук. Тот Андрей, которого мы оставляем на последних страницах книги - свет этого романа.

Кинематографичная, разбивающая вдребезги сердце книга. Я в конце рыдала от остроты очередного осознания жестокости времени и красоты безвозвратно улетающих лет.

Включила книгу в свой виш после прекрасных восторженных рецензий. Потом прочитала другие рецензии, и желание читать этого автора пропало, но книга уже была в списке "негритят", поэтому прочитала.

Не мой автор. Во-первых, персонажи какие-то искусственные, недостоверные.
Начнем с главной героини – Жени. Около 40 лет живут две двоюродные сестры Оля и Женя, а также муж Оли, Володя, вместе. И ни Володя, ни Оля даже не догадываются долгие годы о любви Жени к этому Володе. Студент Володи, влюбленный в Женю, догадывается, а Оля с Володей – напрочь бесчувственные.

При этом Володя – это такой положительный персонаж, который учит своих учеников мыслить, преподает всю жизнь химию.
Всю жизнь любит свою жену Олю. За что, почему – мне вообще не понятно. Но, наверное, в картине мира автора, любовь – это такое стихийное чувство, которое иррационально и необъяснимо. У Оли, как ее изобразил автор, кроме красоты в молодости, вообще больше ничего нет. Она никуда не поступила после школы, не работает, хозяйством практически не занимается, даже сына воспитывает вместо Оли Женя. Потом Оля изменяет мужу с его учениками.

Чтобы вот так не понимать женщин, которые живут с тобой в одной небольшой квартире долгие годы, герой должен быть вообще оторван от реальности, в людях и отношениях не понимать вообще ничего. Но как тогда он добился любви и уважения огромного количества своих учеников? Без дара понимать человека? Более того, Женя потом говорит сыну Володи, что зря он с отцом не посоветовался по поводу своего бизнеса, так как отец очень хорошо знает таких людей (под таким человеком обозначен бывший офицер КГБ, который, понятно же, обязательно оказался последней сволочью). Вот такой противоречивый герой – профессор химии. Здесь – талантливый педагог и всех понимает, у себя под носом живет в иллюзорном мире. То есть как бы герой склеен из двух очень разных личностей.

Сын Володи Валерий уходит в какой-то момент своей жизни в йогу, причем не встретив Учителя, а просто прочитав ксерокопии каких-то переведенных книг. Он становится Гуру, но вся его жизнь и поступки (многочисленные сексуальные связи) лично для меня не соответствуют образу человека, который по нескольку часов занимается йогой и медитирует.
Остальные герои – такие же картонные и искусственные персонажи, кроме самых второстепенных.

Все советское для автора – это ужас-ужасный, но при этом Оля ни дня не работает, и ни разу ее за тунеядство не привлекли.
Женю с ее мамой в эвакуацию в деревню везли как скот, а по прибытии плохие деревенские женщины хотели отделаться от лишних едоков, закрыв заслонку в печи, чтобы Женя с мамой угорели.
Любимая женщина внука Володи, Андрея, уезжает с родителями в Америку. И да, понимает, что именно это – то место, где ей замечательно, воплощение сбывшейся мечты о заветной «своей двери».

Критика предполагает разговор о прочитанной книге. Однако, когда начинается премиальная гонка и ты как член жюри должен прочесть полсотни текстов, ты будешь вынужден экономить время на всём: семья, работа, сон и, конечно, плохие книги. Зачем работать с неудавшимся текстом, если по первым его главам всё прекрасно видно? «Учителя Дымова» я захлопнул практически сразу. Много рефлексировал по этому поводу: может, это непрофессионально? может, надо себя пересилить? Всё таки роман печатался в «Октябре» и был опубликован «Редакцией Елены Шубиной». О нём писали именитые критики. Собственно, вокруг книги уже существует некий ореол успешности. Поэтому нельзя было игнорировать работу Кузнецова и не писать о ней. Но… не переселил себя. Не дочитал. Остановился на том, как совсем молодой Валерка (один из центральных персонажей) встретил на пороге дома страшного незнакомца. Это сотня страниц, наверное. Предвкушая будущие упрёки, попробую объяснить, в чём дело и почему так вышло. Разберём максимально подробно первые страницы и начнём сразу с цитаты:

«Нина падает лицом в снег – и сразу резкая боль в ноге, багровые круги перед глазами. Неужели сломала? Как же она вернётся? А может, голова от голода кружится, оттого и круги, а что в ноге боль такая, будто в лодыжку вбили старый ржавый гвоздь, так надо только встать, и всё будет хорошо, и Нина пойдет дальше, и всё будет хорошо, наберёт еще брусничных листьев, и всё будет хорошо, и вернётся домой, к своей Жене».

Это самое начало романа. Буквально первый абзац. Нина через пару страниц умрёт, чтобы с этой трагедии началась большая семейная сага. Для начала посчитаем, сколько лет этому персонажу. Если её дочке Жене – 13, если идёт Великая Отечественная война, если родила Нина рано, в 17-18, то получается, что сама она появилась на свет в Москве в 1910-е годы. И сейчас ей – 30-40 лет. Итак: ВОВ, действие разворачивается в глубокой провинции – в эвакуации, Нина идёт в лес за брусникой, оступается, ломает ногу, но, пересилив себя, собирается с силами, возвращается домой и спустя несколько дней умирает.
Внимание вопрос. Даже два.

• Если перелом открытый, каким образом героиня добралась до дома?
• Если перелом закрытый, почему она так быстро “сгорела”?

Может быть, я преувеличиваю? Слишком напираю на автора? Может, это какая-то предвзятость?
Что ж, берём следующую цитату – следующий абзац:

«Нина переворачивается на спину, пытается смахнуть прилипший к лицу снег. Вот, так-то лучше. Видны ели, все укутанные, красивые, сказочные. И небо – тоже красивое, синее, точнее – темно-синее. Если бы не деревья, увидела бы алую полосу заката, но если еще вот так полежать, увидишь и звезды, и месяц, то есть наступит ночь, и тогда уж точно отсюда не выберешься».

Стоп!
Нина, дорогая, ты же ногу сломала! Какое небо? Какие звёзды? Какая – ко всем чертям! – “алая полоска заката”? Допустим, эта героиня – такой своеобразный человек, что при переломе будет думать о красоте природы. Люди – разные. Всякое бывает. Едем дальше.
Следующая цитата.

«Нина пытается прыгать, опираясь на здоровую ногу. Нет, никак. Может, на ровном месте, на московском асфальте, у нее бы и получилось проскакать километр, но не здесь, в лесу, по колено в снегу, а то и по пояс. Значит, нужна палка. Надо доползти вон до той ели, срезать нижний сук… какая Нина все-таки умница, что взяла с собой нож. То есть какая была бы дура, если бы не взяла, – кто же в лес идет без ножа? Хотя всегда удивлялась – зачем нож в лесу? От волков не поможет, а дрова рубить – так лучше топор. Да, топор бы не помешал, придется сейчас эту ветку ножом пилить…»

Здесь просто хочется выругаться.
Начнём с самого безобидного – с леса, в котором снега по колено. Нынешняя зима – непривычная, снежная, обильная – даже она удивляет горожан. Вот сегодня, да, снега по колено. Однако стоит отъехать буквально в ближайшее Подмосковье – и объёмы увеличатся раза в два. А полвека назад, в деревне, в глубоком тылу – могли ли быть так мало снега? Хорошо, если по пояс было. А то и больше. Но, допустим, было по колено. Плохой год. Всякое бывает. Но что же происходит с героиней? Она берётся пилить еловый сук обыкновенным ножом!
Момент номер один. Если пилить ножом тонкий сук, он не сгодится в качестве подпорки. Если пилить – толстый сук, на это уйдёт полдня, если не больше. Да и это ж надо додуматься до такого? Каким идиотом надо быть! Интересно: автор пробовал сам отпилить ножом еловый сук необходимых размеров? Вот Достоевский, например, гулял по Петербургу и высчитывал каждый шаг Раскольникова. Всё проверял на себе (у Сергея Носова, кстати, есть великолепный рассказ «Проба»: Достоевский приходит к ростовщику Готфриду, чтобы заложить драгоценности и продумать, как его персонаж разговаривал бы со старухой-процентщицей, как бы себя вёл, на что обращал бы внимание и т.д.) Момент номер два. Сук, как правило, небольшой (неподходящий для костыля) побег дерева. Как пишут в энциклопедиях, одревесневший, то есть закончивший свой рост. Также это может быть обломок от некогда длинной ветви. И если это обломок, логичней было бы отыскать опавшую часть. Момент номер три. Хорошие, пригодный для подпорки ветви и сучья, как правило, расположены чуть выше человеческого роста. Представьте только себе эту картину: Нина, со сломанной ногой, тянется к большому суку, чтобы отпилить его ножом. Момент номер четыре. Предположим, что еловый побег висит не на такой большой высоте. Чтобы к нему пробраться, надо раздвигать колючие ветви. Для женщины с переломом – то ещё удовольствие, то ещё испытание. Но в который раз допустим, что героине Кузнецова повезло: она нашла сук средней толщины и средней длины. Допустим: она его более-менее быстро отпилила. Не сломала (что было бы логичней), а именно отпилила. С больной ногой. С переломом. Почему нет? Всякое ж бывает.

И Сергей Кузнецов как будто ни при чём. Перед нами героиня, которая так странно мыслит и так странно себя ведёт. Коллеги-критики любят выписывать сцены секса (чаще всего неудачные у современных авторов), мне же понравились размышления Нины, сидящей в снегу и пытающейся отпилить еловый сук:

«Была бы я бобром, думает она, могла бы зубами. Впрочем, что за чушь? Была бы я бобром, я бы здесь сдохла давно. Интересно, если бобра переселить из его ручья в совсем другой ручей, он освоится или нет?»

Мрак, просто мрак. Однако надо понимать: автор не всегда в ответе за своих героев. Тем более тут Нина. Она из Москвы. Женщина начитанная (вспоминает Чехова, цитирует Некрасова), то есть, скорей всего, образованная. Худо-бедно, но образованная. Поэтому неудивительно, что попав в деревню, она ведёт себя как чистая идиотка. И ясно, что историческая и житейская правда может уступать правде художественной. Но цитата с бобрами, кажется, должна доказать обратное. Не уступает. И всё-таки, всё-таки, всё-таки…
Может, дальше будет лучше?
Вот бредёт Нина по лесу со сломанной ногой. Снега по колено. Конечно, она замёрзла. Мечтает согреться. Думает о бане, однако вспоминает, что…

«… Женя до сих пор бани боится – с тех пор как Пелагея нам трубу закрыла и мы чуть не угорели. Нина тогда Женю – в одеяло и прямо в снег, за порог, а сама выскочила как была, голая, на радость соседским мальчишкам».

И логика героини проста: хозяйка Пелагая хотела избавиться от эвакуированных москвичей, которые теснили её. Ну почему, в самом деле, нет? Люди – разные. Всякое бывает. Однако, давайте-ка, и мы включим логику. Если бы хозяйка хотела устроить несчастный случай, она бы не трубу закрыла (кстати, как?! на крышу полезла?! изнутри?!), а дверь. Вот тогда бы героиня с дочкой действительно угорели. Ещё одна цитата, где Нина беседует с мужем – то ли далёким, забытым на фронтах Отечественной, то ли уже мёртвым, на небесах:

«Не узнаешь, небось, [свою Нину] в этих семи одёжках, круглую как шар, с красным лицом, с поломанной левой ногой».

Опять зададимся самым простым вопросом: если она “в семи одёжках”, как же она всё-таки умудрилась сломать ногу? Ну, нелепица, одна сплошная нелепица. На самом деле этот текст должен заканчиваться по-некрасовски. Вот Кузнецов описывает смятение Нины: «Так что, если это перелом, может, и не надо ползти? Вот взять – и остаться здесь…» И тут включился бы наш классик со своим стихотворением «Выбор»:

Экой лесок, что ни дерево – чудо!
Девонька! глянь-ка, какие стволы!
Глянь на вершины – с синицу оттуда
Кажутся спящие летом орлы!
Темень тут вечная, тайна великая,
Солнце сюда не доносит лучей,
Буря взыграет – ревущая, дикая –
Лес не подумает кланяться ей!
Только вершины поропщут тревожно...
Ну, полезай! подсажу осторожно...
Люб тебе, девица, лес вековой!
С каждого дерева броситься можно
Вниз головой!

Ах, какой бы был конец для героини Кузнецова!
Но, может быть, всё это придирки? Наверное, дальше будет лучше? Ну, не знает автор деревни – бывает. А как начнутся человеческие чувства – появится проблеск! Цитата с моими комментариями:

«Здесь было просторно, как во дворце, и, как во дворце, здесь жила своя принцесса: голубоглазая, светловолосая Оленька [голубоглазая и светловолосая – действительно! – а какая ещё должна быть принцесса? – О.Д.], красавица в черных лакированных туфельках и шелковых платьях [конечно, в шёлковых! – О.Д.] – нереальных, почти кукольных [куда же без кукульности?! – О.Д.]. Таким же кукольным было и Оленькино лицо: тонкие черты, фарфоровая белизна [куда без фарфоровой белизны? – О.Д.], легкий, словно нарисованный румянец и губки, с самого раннего детства сложенные в капризную гримаску [обязательно – в капризную! – О.Д.], которая только иногда уступала место мимолетной игривой улыбке [естественно – игривой! – О.Д.], пробегавшей, точно случайная рябь по застывшей воде дачного пруда. Оленькина улыбка была очаровательна и внезапна, и потому каждый раз она не сводила глаз с двоюродной сестры в надежде поймать миг, когда кукольное лицо озарится этим проблеском счастья – невозможного, почти недостижимого».

Вот прочитаешь этот пролог и самое начало романа – и понимаешь, что автор никогда не был в лесу и никогда не парился в бане; что штампами писать – дело нехитрое. Потому-то такие нелепые ошибки и глупости допускает Кузнецов. Стоит ли читать всю книгу целиком? Зачем? Чтобы собрать коллекцию кузнецовских ошибок и нелепостей? Оставим это глянцевым критикам. Вот Галина Юзефович пишет, что Кузнецов “очень хороший писатель – один из лучших, пишущих по-русски сегодня”, правда, приговаривает, что это становится очевидно со второй половины романа. Извините, проверить не удалось. В списке на чтение ещё полсотни книг. Вот Елена Макеенко обращает внимание на, что Кузнецов пишет “просто и точно”. И далее: “Пока речь идет о середине века – избегает лишних исторических подробностей, концентрируя внимание на характерах своих героев и нюансах их непростых отношений”. Вот уж действительно точность описания! Вот уж характеры! А язык, язык!.. Нет, правда, если вам нравится вся эта околесица, читайте. Повторюсь, книгу можно было бы пропустить, не обращать на неё внимание, но этот ореол успешности не оставляет выбора. Даже «Петровы в гриппе» читались лучше и написаны они куда оригинальней. Да и в лонг-листе премии «Национальный бестселлер» есть ещё вещи много достойных текстов, о которых необходимо написать.

Великолепная семейная сага, повествующая о жизни поколений семейства Дымовых и не только о них. Книга написана в лучших традициях этого жанра. Я вспоминала книги «Поющие в терновнике», «Два капитана», фильмы «Дети Ванюхина», «Громовы»….

И сейчас, читая этот роман, в очередной раз окунулась в атмосферу семейной любви, взаимовыручки, отношений «отцы и дети/внуки», побед, поражений, в ту атмосферу, которую можно назвать одним ёмким словом ЖИЗНЬ.

В произведении упоминаются действия от начала 30-40х годов XX века вплоть до нынешних времён. И как мне показалось, автор прошёлся по всем основным вехам за этот большой и значимый период.

Ежов, Ягода, Троцкий, предвоенные посадки и партийные собрания, расстрельные списки и доносы на коллег по работе…. Эвакуация, фронт, Красная армия, послевоенная отстройка страны, «Хрущевская оттепель», Брежнев, Андропов, Горбачёв…. Развал СССР и массовые беспорядки, лихие 90е и малиновые пиджаки, вооруженные конфликты на Кавказе, иммиграция в США, Израиль…

Красиво получается. Это как будто вы в семье разыгрываете всю историю. Прабабушка — просветитель, наследник XIX века. Дед — человек того времени, когда наука была главной силой, спасением и соблазном. Твой отец — образцовый шестидесятник, русский нью–эйдж, все такое....

...А ты тоже воплощение России сегодня. Когда все социальные утопии захлебнулись, ни коммунизма, на капитализма, ни либерализма...когда Россия не знает, куда идти, ты отправляешься в провинцию, чтобы учить детей подлинным основам русской культуры. Потому что только в этом спасение.

Достойное произведение, наполненное смыслом, добром, мудростью. И такое важное слово «учитель». Учить подрастающее поколение честности, справедливости. Учиться самому. Всю жизнь.

«Дело, для которого ты создан, которое никто не сделает, кроме тебя».

И помнить, что «за каждым успешным мужчиной стоит любящая женщина.»

Рекомендую

Потрясающая семейная сага! Каждый из героев принёс свою вязанку хвороста для того, чтобы разжечь костёр и осветить все вокруг. Прежде всего, это мужчины из поколения Дымовых - все они выбрали учительское предназначение, только выполнили его по-разному. Один учил студентов не столько химии, сколько науке быть "просто хорошими людьми", другой искал просветления, занимался йогой и постигал другие восточные учения, третий делился знаниями о русской литературе. Отец, сын, внук. И Женя. Добрая, щедрая душой и бескорыстная Женя. Она любила их всех, и история этой любви - канва данной книги.

В романе есть сцена, когда взрослый уже сын Андрей приходит к отцу Валерию, бывшему когда-то успешным и знаменитым гуру, и спрашивает как ему быть, как поступить в сложной ситуации. Отец выдает банальный и якобы глубокомысленный ответ а-ля будь собой и следуй пути. Сын искренне удивляется: неужели на этой очевидности ты построил свою империю?! По существу-то можешь что-то сказать?

Для меня в этой сцене весь роман: задумка вроде бы глубокомысленная, но выполнено все до очевидности скучно и пресно. Несколько поколений мужчин из семьи Дымовых волею судеб и разными дорогами становятся Учителями. Кто-то в прямом смысле - учителем в школе, кто-то гуру восточных практик, кто-то профессором, который на самом деле учил не химии, а быть человеком. При этом все дружно убегают от власти: сначала от советской, потом от российской. Причем конкретных претензий к власти я не поняла, ну кроме репрессий сталинских, тут спору нет. Но жилье людям давали, признание было, работа и ученики тоже. В чем именно героев ущемляли? Было ощущение, что они сами себе злобные Буратино и прекрасно справлялись с порчей своей жизни без посторонней помощи.

А еще не покидало ощущение какой-то предвзятости у самого автора. Он как нарочно выбирал самые неприглядные признаки каждой эпохи и выпячивал их как основные. В СССР секса не было, а гуру Вал им как работой занимался. На митинги на Болотную площадь люди с колясками приходили. Всех ученых в 50-е по шарашкам или тюрьмам распределили, других вариантов нет. Какой-то гротеск.

Особняком стоит в книге образ девушки Жени, которая всю свою жизнь прожила при Дымовых. Любила Володю Дымова, носилась с Ольгой, его женой и своей сестрой, вырастила сына Дымовых Валерия, потом внука. Своей семьи так и не завела. Рыдала, но повторяла, что "ни о чем не жалеет". Если бы не это странное положение "приживалки", то я бы сказала, что именно на этой героине автор показал, что есть и нормальные люди в этой стране. Ведь именно Женя была все время оплотом рациональности и адекватности. Растила детей, делала ремонты, обустраивала жизнь семьи в каждом городе. И себе всегда находила применение - была врачом, потом сиделкой, плечом для всех в этой семье. Кстати, именно она дала совет Андрею Дымову - страна большая, найди себе применение в другом месте, что ты уперся как баран.

В целом роман читался тяжело и оставил гнетущее впечатление какой-то беспросветности и бесполезности. На мой взгляд, книга эта переоценена.

Семейная сага о трех поколениях семьи Дымовых, рассказанная на фоне меняющейся истории той страны, где они живут. Эта книга о призвании, к которому ты так или иначе придешь. Чем бы не занимались главные герои, рано или поздно они понимали, что лучше всего у них получается преподавать. Именно в этом раскрывался их талант - учить других. Но не просто передавать свои знания о химии, литературе или эзотерике, а учить жить и мыслить, что гораздо важнее.

А еще эта книга об истории России и тех трансформациях, через которые пришлось пройти стране начиная с послереволюционного периода и заканчивая новейшей историей начала 2000-х. Вместе с героями мы переживаем становление советской власти, репрессии, Великую Отечественную войну, оттепель и застой, перестройку и лихие 90-е. Героям постоянно приходится приспосабливаться к изменяющейся реальности, терять и находить себя, свое место в изменившемся мире.

Но в первую очередь эта история об отношениях. Она начинается тогда, когда две девушки - Оля и ее двоюродная сестра Женя - влюбляются в одного человека, Володю Дымова. На одной из них он женится и будет любить всю жизнь, а вторая будет вечно влюблена в него без всякой надежды на ответное чувство. В итоге их жизни сплетаются в тесный клубок, который не распутается до самой смерти. Мне эти отношения показались довольно странными, и я так до конца и не смогла понять Женю, которая прожила всю свою жизнь заботясь о супружеской чете Дымовых, воспитывая их сына, а затем и внука, при этом лишив себя возможности создать собственную семью, завести своих детей. Она словно была стержнем, на котором держалась вся семья. И это она является главной героиней книги, ведь фактически история заканчивается ее смертью.

Книга легко читается, но вот послевкусие у меня осталось не самое приятное. Главным образом из-за героев, чьи поступки и образ жизни мне оказались совершенно не близки.

Все-таки российские семейные саги радикально отличаются от зарубежных как по эмоциональному настрою, так и по событийному ряду. Чаще всего в них нет никаких особо таинственных событий или глобальных скелетов в шкафу. Но условия жизни в советское время регулярно подкидывали бытовой экстрим разной степени тяжести.
Учитель Дымов - это словосочетание тонкой туманной ленточкой тянется через всю книгу. Иногда почти совсем рассеивается, потом опять сгущается. Иногда, кажется, исчезает вовсе, но потом возникает вновь. Три поколения учителей - каждый представитель своего времени, у каждого своя история, отражающая его время. И все эти истории сплетены в неразрывную нить, начало которой дал Владимир Дымов.
Пожалуй, я соглашусь с теми, кто говорит, что в книге практически нет адекватных женских персонажей. Каждая ищет свое счастье, но находит его в очень извращенных формах. Да и не факт, что это счастье то самое, которое искалось.
Вот удивительно. Такая неторопливая, спокойная история по сути без особых событий, оказалась для меня увлекательной. Но это не яркое увлечение с жаждой узнать, что же кроется за следующей страницей, а плавное следование за происходящим. Наверное, эта возможность чуть-чуть почувствовать время молодости родителей или вспомнить то время, когда была ребенком, увеличивает интерес. Да и вообще узнавание отдельных деталей делает книгу роднее и ближе.
Я не буду искать в прочитанном философский подтекст и пытаться рассуждать, о чем хотел сказать автор. Для меня это еще одна зарисовка из жизни людей, которая была мне интересна.

Если бы не видела на обложке имя автора, то была бы уверена, что эту книгу написала Л.Улицкая. Она в свое время нанесла мне психологическую травму, поэтому я и в этот раз боялась, что со страниц на меня выпадет чья-нибудь матка. Но нет, обошлось, зато всего остального - странных нездоровых отношений, мужчин с ВеликойЦелью, женщин-сереньких-мышек, положивших жизнь ради мужчины с ВеликойЦелью - этого предостаточно.

Если коротко и не спойлерить, то книга о трех поколениях Учителей. Владимир Дымов, превосходный химик, который в сложные для страны послевоенные времена не пошел в науку, а стал преподавателем в университете и учил студентов не только своему предмету, но и жизненным ценностям. Его сын, Валерий, учитель физкультуры , постепенно становится Учителем духовным, гуру-йогом и автор нам прекрасно показал, что не в той стране он решил проповедовать высокое. И его внук Андрей, который вообще не хотел ничего делать и общаться с внешним миром, но идет работать в редакцию журнала, чтобы хоть как-то упорядочить свою жизнь, становится главредом модного журнала и заядлым тусовщиком, а потом бросает всё это и уходит работать учителем литературы сначала в московский лицей, а потом вообще уезжает в Тулу (спасибо, что не в Сибирь).
И через жизни всех этих мужчин красной нитью проходит одна женщина. Привлекательная, умная, действительно всего добившаяся сама. Но если бы она на секунду стала хрошиа Луммоксом из повести Хайнлайна "Звездный зверь" и ей бы задали вопрос о цели её жизни, то она ответила бы: "Воспитывать и любить мальчиков Дымовых".

Написано замечательным языком, интересно, стилистически выдержанно. В момент, когда с одним из героев случается инсульт, я просто дышать перестала, настолько это было точно и душераздирающе. Но почему-то и сюжет, и развитие героев и описание эпохи все время "скатываются". Выпуклые и настоящие послевоенные годы переходят в невнятные 80-е, а потом уж совсем в схематичную серую современность. Все герои необычные в молодости, с характером и индивидуальностью вдруг становятся какими-то плоскими. Если автор вводит в сюжет героя, а потом не знает, что с ним делать, то герой в 25 лет уезжает в закат, а потом появляется на два абзаца, седой, с бородкой и добрыми глазами. Или худой, с кашлем и впалыми щеками. Или в очочках и с толстыми лодыжками. Ну, вы поняли.

И самое главное, из-за чего я редко читаю современных российских авторов - всё тлен. Как бы ты ни любил, к чему бы ни стремился - в конце мы все умрём. Потрясающее открытие.

В этом году я поставила себе небольшую цель – писать отзывы на каждую книгу, которая хоть как-то меня зацепила. А этот роман меня очень зацепил, даже скорее не зацепил, а оставил в душе какие-то мысли, какие-то вопросы, на одни из которых у меня уже есть ответ, а над другими надо ещё посидеть и подумать.
И хотя роман называется «Учитель Дымов», я считаю что не было бы Дымовых, если бы не было в их жизни, в жизни младших Дымовых Валерия и Андрея уж точно, Евгении Александровны Никольской. Для меня роман про неё. Образ Жени получился для меня очень полным, мотивы её поступков понятными. Не скажу, что я могу такую позицию принять, но всё-таки. Евгения Никольская. Она, если не центр этой семьи, то неотъемлемая её часть. Если бы в этой истории, в этой семейной саге не было бы Жени, всё бы вышло иначе.
Семейная сага, у которой в центре три поколения учителей. Учителей по разному, кто-то из них Учитель по профессии, по специальности, кто-то нашёл в этом призвание, получив абсолютно другое образование. История семьи, начиная с 1942 и заканчивая 2014 годом. Нет, не заканчивая. История продолжается, но уже за рамками романа.
Помимо Центральной темы романа - семья, есть ещё и побочные. Мне показалась очень интересной тема отношения человека и государства. Как жить так, чтобы государство тебя не трогало, но чтобы в эту очередь ты мог заниматься любимым делом, чтобы тебя не заставляли делать то, что тебе неприятно. И на какие уступки самому себе надо пойти, чтобы так жить. На эту тему можно много размышлять, это один из тех вопросов, на которые я пока не нашла для себя ответа.
Прекрасное начало флэшмоба и нового года.