Отзывы о книге Гра в бісер

Мне довелось встретиться с мнением, что сюжет «Игры в бисер» отчасти вдохновлён техникой тропов — методом композиции Йозефа Маттиаса Хауэра, а также его философией. Метод и философия Хауэра давно являются предметом моего интереса, и потому мне захотелось прочитать «Игру в бисер» — и чтобы проверить, действительно ли это мнение небезосновательно, и если да, то в каком свете там показан Хауэр. Ведь, будучи конкурентом Шёнберга, он после триумфа последнего в сфере двенадцатитоновой композиции подвергался множеству незаслуженных нападок со стороны музыковедческого мейнстрима. Что ж, действительно, в начале книги можно найти немало моментов, которые кажутся очевидной отсылкой на Хауэра. Это и происхождение Игры как синтеза, главным образом, музыки и математики, само понятие игры — как будто отсылка на хауэровский цвёльфтоншпиль, и важная роль медитации в касталийской культуре — а атональная музыка, по Хауэру, это медитативная духовная практика, а не искусство и не творчество в привычном понимании. Да и само имя главного героя — Йозеф Кнехт. Если тут действительно есть образ Хауэра, то он как бы расщепился между создателями Игры и главным героем. Такое же расщепление претерпела и другая личность, очень мне импонирующая — Фридрих Ницше. В самом начале рассказчик упоминает его прямо. Чуть позже встречаются более тонкие отсылки, косвенное цитирование в диалогах Мастера музыки с юным Кнехтом. По ходу повествования у Кнехта появляется друг Фриц Тегуляриус, филолог, бунтарь и одиночка, страдающий бессонницей, депрессией, гениальный, но болезненный — в общем, всё ясно. В книге много упоминается «И цзин», йога и прочие азиатские направления философии и мистики. Внетекстовые связи этой книги весьма обширны, и чтение её тем полезнее и приятнее, чем большую площадь пересечения имеют кругозоры читателя и Гессе. Когда таковая площадь достаточна, приходит понимание, что этот текст сам в некотором роде является игрой в бисер. Не очень понятно довольно частое записывание «Игры в бисер» в постмодернистскую литературу, но если оно имеет в себе какую-то долю истины, то это — невероятный пример хорошего постмодернизма. Впрочем, лучше не пытаться загнать эту книгу в рамки каких-либо ярлыков, в том числе и «эпохальных». Роман, однако, нельзя назвать «вневременным» — он ставит очень актуальный для современности вопрос. Касталия возникла как реакция на так называемую «фельетонную эпоху» — тот самый «постмодерн», когда массы, оглушённые шумом стремительно развившихся средств массовой информации, получили подобие власти, но не образование и культуру, и серьёзное высокое искусство стало вытесняться из общественной жизни развлекательным творчеством — простыми «креативными» продуктами, рассчитанными на расслабленное потребление. Гессе показывает мир, в котором искусство, наука, философия прошлого ради сохранения были законсервированы в полузакрытом географическом пространстве, отделённом от «Внешнего мира», и ставит перед своим героем, Йозефом Кнехтом, вопрос: а правильное ли это решение? Кнехт в итоге приходит к выводу, что всё-таки нет, и уходит во внешний мир, чтобы стать учителем. Увы, читатели вопросом не задались. Сейчас мы живём в мире, опутанном ложью о якобы существовании «элитарного и массового искусства», где под «элитарным» понимают, собственно, подлинное искусство, а под «массовым» — примитивный (как бы мы его ни любили порой, это объективный факт) развлекательный контент.

"Игра в бисер"  Германа Гессе — книга непростая, но очень вдумчивая и спокойная. Это не роман для быстрого чтения и не для развлечения. Скорее, для размышлений и внутреннего диалога с собой.

Сначала читать было трудно: много философии, рассуждений, ощущение отстранённости от обычной жизни. Мир Касталии кажется холодным и слишком правильным. Но постепенно начинаешь понимать, зачем автор так всё выстроил. История Йозефа Кнехта — это путь человека, который ищет смысл, а не просто успех или признание.

Больше всего мне понравилось, что книга задаёт вопросы, а не даёт готовых ответов. Что важнее: знание или жизнь, служение системе или верность себе, ум или человеческое тепло? После прочтения эти мысли ещё долго остаются с тобой.

Это книга не для всех и не для каждого момента жизни. Но если читать её медленно и без ожидания динамичного сюжета, она может многое дать. Для меня это роман о зрелости, ответственности и цене духовного пути.

Сложный и объемный философский роман, после которого Гессе дали Нобелевскую премию. Наверное, надо читать? Ни в коем случае!

Игра в бисер

Выражение "игра в бисер" означает сложную интеллектуальную деятельность, не имеющую практической ценности и оторванную от реальности.

В книге сама игра не описана, но мы можем предположить, что в ней нужно, следуя правилам, красиво соединить воедино, найдя внутренние закономерности и связи, несколько тем, которые могут относиться к разным наукам и искусствам. Ход игры записывается специальными тайными символами. Особое внимание уделяется музыке и математике.

Касталия

Гессе считал начало 20 века эпохой упадка науки и культуры, в книге она называется "фельетонная эпоха". Кто-то считает, что это напоминает наше время. Но с этим сложно согласиться. Неужели последние 100 лет идёт упадок культуры и науки? Расцвет кино, разнообразие музыкальных жанров, видеоигры — это всё упадок культуры?

Книга рассказывает об утопии, культурном убежище, Швейцарии духа и разума — Касталии. Это уединенное государство в государстве, чьи граждане занимаются наукой и культурой. Впрочем, место это довольно странное. Ее "артисты" не создают новые произведения, а лишь воспроизводят существующие. Ее "ученые" не открывают новое, а лишь анализируют уже созданное. Творчество если не запрещено, то осуждается.

Игра в бисер — это высшее достижение касталийцев, вершина их "науки и культуры".

Йозеф Кнехт

Роман стилизован под биографию Кнехта — магистра Игры. И ключевая проблематика, на мой взгляд, это сомнения Кнехта в правильности пути Касталии, возникшие еще в самом начале его ученичества и не покидающие всю его жизнь.

Касталийцы занимаются наукой ради науки, их труд никак не влияет на жизнь вне Касталии. Кнехт сомневается в правильности такого пути; возможно, было лучше, если бы касталийцы участвовали в реальной жизни и занимались творчеством.

Кнехт, в итоге, делает свой выбор. Но так как книга написана членами Касталии, то или оценка Кнехта оказалась ошибочна, или орден смог перестроиться.

Финал трагичный, но мне понравился. Он показывает Йозефа как человека, целиком отдающегося своему делу.

Итог

Итак, у нас на нескольких сотнях страниц размышление о том, должны ли ученые заниматься практической наукой, имеющей отношение к реальности, или же им следует, забравшись в башню из слоновой кости, писать труды об упадке латинского синтаксиса во втором веке и заниматься переводами древнеегипетских текстов на санскрит. На мой взгляд, чтобы сделать здесь выбор, совсем не обязательно читать этот объемный трактат.

Конечно, книга не сводится только к этой теме. Все-таки она объемная, а автор талантлив. Например, можно прочитать ее как поиск собственного предназначения. Или как поиск гармонии между мирским и духовным. Гессе сюда вплел даже поиск счастья и просветления.

Если вы увлечены философией, если вы любите медленные красивые книги, если у вас большая фантазия на интерпретации — читайте. А вот вестись на громкую аннотацию и восторженные отзывы "ничего не понятно, но очень элитарно и высокоинтеллектуально" — не стоит.