Цитаты из книги Сабакі Эўропы

Терезиус Скима не стал застегивать куртку, ему было приятно чувствовать на себе чистые прикосновения холода…

Слушай, Скима, не могу понять, что меня в тебе так раздражает?

…молчи, молчи, если хочешь, чтобы я не молчала.

…история никогда не начинается с того дня, когда ты появился на свет. В том числе и твоя история, Терезиус. Твоя история, та, в которую ты вляпался, началась вместе с двадцатым веком.

Она допила, налила себе ещё и закурила толстую сигарету. Выдохнула в сторону, но подземные ветры вернули дым на место и бросили его в лицо Скиме.

«Такая вот я свинья». «Ты больше похожа на медведицу, – сказал Скима. – Прости».

Она мне нравится, с ужасом подумал Терезиус Скима. Раздражённый этим простым открытием, он откинулся к стене и пробежал пальцами по своей роскошной бородке.

Ты думал, что сейчас такое время, когда людей так просто найти, думал, все живут у тебя под боком, в сети, бросил в неё слово – и вот уже слышишь эхо… Но проблема в том, что я сама решаю, что делать моему эху. Я его берегу. Для более интересных дел.

Я читала твои письма. Лень было отвечать.

Я читала, в Берлине сейчас тоже туман. Густой туман, который ложится вместе с тобой в постель, – сказала Петра.

«Я не пью, – сказал Скима. – От алкоголя тупеешь. Голова как в тумане. Давление. Тяжесть в груди». И он невольно взглянул на её грудь.

Тусклый фонарь, висевший над головой Скимы, был ей вместо косметики – его тени ей очень шли.

Ноги немного отогрелись – и Прага не выглядела теперь такой чужой и непонятной.

Не народ для правительства, а правительство для народа.

Плис (нидерл. pluis, нем. Plisch, фр. peluche от лат. pilus — «волос») — хлопчатобумажная или шерстяная ткань с длинным ворсом до 6 мм, выполненная в бархатной технике и похожая на плюш. Плис появился в России в XVIII веке и пользовался большой популярностью, хотя и уступал бархату в престиже.

Газоём - то же, что газгольдер; резервуар для хранения газа.

Мреющий - мерещащийся, виднеющийся.

«Они по-русски?» «Да, это русские сказки». «Русские сказки… Это звучит зловеще», – рассмеялась она, словно исполнив со Скимой дуэтом шуточную песню в один микрофон.

«Книги?» – а это была уже таможенница, полногрудая блондинка, красивая, как все славянки. «Красивая, как все славянки, – подумал Скима. – Нет, это не мои слова. Но я их подумал. Только что их подумал, будто кто-то нашептал мне их на ухо».