If We Were Villains

Эта книга часто попадалась мне в зарубежном pinterest, и я была достаточно заинтригована, чтобы прочитать ее. Заранее ничего не ожидала, поскольку с моей любовью к Донне Тартт сложно сравниться в жанре темной академии. Но этой книге удалось меня заинтересовать.

Сюжет: студенты театральной академии играют в пьесах Шекспира и говорят цитатами из него. Один из них оказывается в тюрьме, один из них оказывается убит - но не стоит ли за этим нечто большее?

Мне понравилось, как чутко автор прописывает характеры и облики героев. Воздушный, легкий, немного горький слог. М. Л. Рио сама училась в театральном, поэтому сцены занятий прописаны детально и подробно. 

Мне нравится игра слов в названии: villiams - злодеи, созвучно с William - Вильям Шекспир. «Словно мы - Шекспир». Будто герои книги создают свою собственную трагедию, и сами в ней играют. Запутанные взаимоотношения между персонажами, в духе шекспировских страстей.

Хрупкий мир, который существует только в пределах театрального курса, и распадается на части, стоит выйти за двери. Безграничная любовь к Шекспиру. Сложный выбор в самоопределении, и в определении границ между добром и злом. Роман об увлеченности искусством, о любви и ненависти. После его прочтения хочется перечитать Шекспира.

Ничто так не сводит с ума, как зацикленность на чём-то одном. Даже если это «что-то одно» — великий Шекспир. Чем больше человек на чём-то зацикливается, тем сильнее отрывается от реальности, выпадает из жизни. Уйти с головой в профессию вроде бы хорошо, но если перегнуть палку, то этой самой головы можно и лишиться. Что и происходит с героями «Словно мы злодеи», пусть не в прямом смысле слова и только с частью из них. Так или иначе, но этот отравленный кубок пригубили все.

Герои этого театрального триллера не просто изучают в академии творчество Шекспира и только его, не просто ставят исключительно его пьесы — они им живут, дышат им, мыслят и разговаривают шекспировскими цитатами. Они настолько вошли в мир, где обитают Цезарь, Отелло, Гамлет, Джульетта с Ромео и прочие герои Шекспира, что стали его частью, сами превратились в персонажей трагедии. Каждая из примеренных ролей понемногу меняла их личности, оставляя на них невидимый взгляду след. Хотелось бы сказать, что ребята просто заигрались, но нет. Их проблема гораздо глубже и масштабнее. Однажды с ними обязательно должно было что-то случиться. Что-то по-настоящему плохое.

В конце концов у одного из них замкнуло клеммы, что и стало причиной очередной шекспировской трагедии, но уже реальной. Без грима, сценария и кулис.

«Словно мы злодеи» — очень красиво, я бы даже сказала, театрально написанный роман. После прочтения остаётся такое чувство, будто побывал на своеобразном спектакле, представляющем из себя попурри из пьес Шекспира — так много и часто автор его цитирует. Это создаёт необычную, чарующую атмосферу. Именно этой атмосферой книга и цепляет прежде всего.

«Словно мы злодеи» своеобразная иллюстрация к цитате Шекспира: «Жизнь — игра, а люди в ней — актёры». Все герои книги кажутся не реальными людьми, а актёрами, исполняющими отведённую им роль. Они сами её для себя выбрали и следуют сценарию до конца, каким бы трагичным тот ни был. Возможно даже, что чем трагичнее, тем лучше. Только этим я могу объяснить мотивы одного из героев.

Интрига тут присутствует, но не сказать, чтобы сильно закрученная. Однако, как мне показалось, в данном случае это не особенно важно. Для меня «Словно мы злодеи» скорее драма в театральных декорациях, нежели триллер.

Могу рекомендовать книгу любителям Шекспира и театральных постановок. Тем, кому важнее атмосфера и хороший авторский слог, чем динамика. Тем, кто хочет получить от чтения эстетическое удовольствие.

Дочитав книгу, я полезла в англоязычный Интернет искать интервью с автором, чтобы подтвердить или опровергнуть кое-какие свои догадки.
Нашла и подтвердила, но заодно также обнаружила в ответах М.Л. Рио лучший эпиграф к любой рецензии на её "Словно мы злодеи": "Всегда есть риск остаться непонятым, когда пишешь в несколько двусмысленном стиле, который опирается на множество интерпретаций".

Именно так.
Весь этот роман показался мне истинным воплощением двусмысленности, а еще "серых" и "переходных" зон между различными человеческими состояниями и эмоциями - любовью и ненавистью, дружбой и соперничеством, геройством и злодейством.
Жизнь тут имитирует искусство, а искусство многократно зеркалит реальную жизнь.
Формально взрослые люди совершают по-детски глупые поступки.
Даже трагический финал допускает две возможных (и почти равновероятных) трактовки.
И всё это, на мой взгляд, делает книгу интереснее, чем очень похожую на неё "Тайную историю" - хотя лично мне и без того тема "свихнулись на почве актерства и Шекспира" кажется интереснее идеи "чокнулись на почве античной философии и древних языков".

А избавиться от сравнений с Тартт тут в любом случае не выйдет.
И там, и здесь есть группа избранных молодых людей, которые за своей интеллектуально-культурной одержимостью прячутся от собственной ментальной поломанности и далекого от духовных идеалов окружающего мира.
И там, и здесь рассказчик предстает самым простым из них - залетным воробьем в стае прекрасных лебедей.
В обеих книгах дело происходит в небольшом, но по-своему элитарном учебном заведении, расположенном вдали от крупных городов.
В обеих развитие событий приводит к убийству одного из членов группы, после чего остальные начинают разваливаться на куски, без конца перемалывать сомнения и вину и в итоге в той или иной форме скатываются к саморазрушению.

20-летние герои "Словно мы злодеи" учатся в Классической консерватории Деллакера на актерском факультете.
На дворе абсолютно нецифровой и традиционно даркакадемичный 1997 год, а их 4-й курс, которому предстоит стать выпускным, объявлен преподавателями "годом трагедии".
Все отделения консерватории ежегодно привлекаются к двум полноценным театральным постановкам со всеми положенными репетициями, а также к паре урезанных представлений, участники которых заранее не знают о ролях друг друга. Работы много, нервы на пределе - и всё это, заметьте, Шекспир с его предельно обостренными драмами и эмоциями.
Семеро героев с первого курса распределены по амплуа и срослись с ними настолько, что заранее могут предсказать распределение в будущем спектакле и привычно отыгрывают те же роли и в свободное от репетиций время. Среди них есть герой-тиран, герой-любовник, злодей, героиня, инженю, травести и содействующий. Вот только ни один из них, как покажет дальнейшее развитие событий, изначально не был тем, что навязали ему амплуа и преподаватели, и впоследствии оставаться им не сможет.
Любая смена ролей тут путает карты и дробит мировосприятие. Любое отступление от роли сбивает с настроя коллег по сцене.
Меж тем, в их компании вскоре должен случиться труп, поскольку рассказчик в прологе к первой части романа (части тут, кстати, называются актами, а главы - сценами) как раз готовится выйти из тюрьмы после 10-летней отсидки за убийство.

И тут в моей рецензии вскоре пойдут спойлеры, поскольку рассказать о главном достоинстве книги совсем без них, кажется, невозможно.
Меня восхитило, насколько точно здесь всё отстроено. О личностях убитого и настоящего убийцы читатели прозорливо догадываются заранее вовсе не потому, что загадка плоха, а потому, что первый акт четко анонсирует ответы. Злополучный первый акт вообще предвосхищает своими шекспировскими изысками очень (едва ли не слишком) многое - намечает предстоящие конфликты, развития личностей, события, и весь роман в дальнейшем продолжает в том же духе. Зеркала множатся, герои теряют себя в них, и первая же попытка перечитывания текста по горячим следам приносит еще больше откровений.
Двусмысленности во всём здесь, повторюсь, так много, что двойное дно ищется чуть ли не в каждом резком сюжетном повороте.

Немного усложненная, но занимательная для упражнений в расшифровке скрытых намеков книга, которую не стоит читать как детектив, а лучше воспринимать как триллер о психологии 20-летних, зациклившихся на новом круге общения, помогающем им чувствовать себя избранными, но не справившихся с многовековым весом шекспировских трагедий.
Отлично переданы суть этого возраста, излом взросления и обнаженные нервы артистов.
Чарует и пугает.
И, похоже, так и напрашивается на перечитывание.

Приятного вам шелеста страниц!

Честно говоря, я изначально была настроена очень скептично. Мистика и триллер в стенах учебного учреждения часто превращаются в типичную подростковую драму. Конечно, без драмы не обошлось, но книга, к счастью, на этом не заканчивается.

Итак, четвертый курс актеров в престижной академии. Эти молодые люди не просто горят своей будущей профессией и, конечно, Шекспиром. Они не просто играют на сцене, но и в повседневности погружены в этого великого драматурга. Нужно ли удивляться, что и их жизнь не складывается лучше трагедии? Ребята с головой погружаются в настоящую бурю насилия, зависимостей, страсти и, конечно, любви и ненависти. Да, финал и кульминация достаточно предсказуемы, но то, как автор медленно накаляет обстановку. К самому важному моменту читатель настолько напряжён, что даже предсказуемый момент ощущается очень ярко и ошеломительно.

Что стоит отметить, так это крайне приятные персонажи. Несмотря на всю их неидеальность, к ним легко проникнуться. И мне искренне жаль было читать о всех тех событиях, которые ребят сломали, иначе и сказать не могу.

Слог у романа очень простой и легкий, поэтому и читается он быстро. Я точно могу сказать, что получила массу удовольствия от романа и, думаю, вернусь к этому роману позднее!

Еще одна шестизвездочная книга. И не потому, что сюжет по-особенному лихо закручен, скорее из-за той атмосферы, в которую читатель падает сразу как в кроличью нору. При всей очевидности писательских манипуляций с читательским сознанием и большого количества шекспировских архетипов, не остается осадочка искусственности. Я пыталась представить, какая из частей рассказанной истории невозможна, и мой ответ - никакая. Вся штука в том, что этот зарожденный в пробирке гомункул вполне жизнеспособен, несмотря на бьющие через край шекспировские страсти.

Академия Деллакер - место элитное, этакая блестящая "фабрика безработных". Здесь выводят филологов, философов, мастеров изобразительного искусства и актеров. Обратной стороной элитарности оказывается оторванность от реальности. За четыре года студенты становятся невероятно близки, лишних отсеивают. От учащихся требуют полного растворения в жизни академии, студентов актерского факультета заставляют выворачивать душу наизнанку в погоне за идеальной игрой. И над всем этим витает дух Шекспира. Тут надо сделать маленькое лирическое отступление. В тексте много пасхалок, которые будут понятны только тем, кто с творчеством Барда знаком чуть глубже чем "Молилась ли ты на ночь, Дездемона?". Один декан Холиншенд чего стоит (кто не знает - гуглите). Подбор ролей для семерки студентов старшего курса, и связаные с этим их места в детективной составляющей тоже можно оценить только если вдумчиво прочесть все упомянутые в романе пьесы. Если не знать "Макбета", то сложно понять недоумение Джеймса при назначении его на роль тана Ковдора в осеннем спектакле. Или почему Рен хотелось монолог Изабеллы из "Меры за меру". Я так поняла, что автор - специалист по творчеству Шекспира, и хочет вести диалог с людьми понимающими. Наверное это тоже в какой-то степени снобско-элитарный подход. Вроде того, что если хочешь играть в эту игру, то поначалу выучи сложные правила.

По форме это пьеса перемежаемая длинными повествовательными вставками. Как в любой хорошей театральной пьесе эмоции и поведение персонажей гипертрофированы. Семь главных героев приписаны к семи основным актерским ампалуа: герой, злодей, роковая красотка, инженю и так далее. Детективная линия для меня оказалась совсем на заднем плане, настолько она неявна. Тут намного интереснее сами студенты, окружающая обстановка, и умело нагнетаемая атмосфера надвигающейся катастрофы. Я потом размышляла - была ли катастрофой смерть одного из актеров или все то, что случилось после. Конечно, они изменились пережив трагедию потери, пусть даже и "черной овцы" из своего стада. Как говорится "он - придурок, но он наш придурок". Но смерть стала только отправной точкой, они еще не знали, что никогда не станут прежними.

Читать ли эту книгу? Однозначно да! А еще лучше слушать, замечательная начитка от Григория Переля только добавляет новых искрометных граней (вот бы он начитал всего "Макбета" или "Двенадцатую ночь"). Шекспира тоже читать, он не становится замшелым от времени.

Книга приносит настоящее эстетическое удовольствие: тут и старинная закрытая школа, и очень много Шекспира, и студенческие развлечения ‐ по сути пьянки, которые однако выглядят богемно и красиво.
Конечно, книга сразу напоминает "Тайную историю": мы заранее знаем об убийстве и о том, что у студентов-гуманитариев руки в крови, но... Лично мне эта схожесть совсем не мешала, я читала книгу на одном дыхании, наслаждаясь атмосферой и непростыми взаимоотношениями героев.
Но мое отношение к русскому изданию изменилось после того, как я увидела где-то слух, что в оригинале книга выглядит немного иначе. Я стала проверять и... Правда. Тот английский вариант, который есть в электронном виде - это либо какая-то старая редакция, либо, действительно, оригинал, который у нас заменили! В русской бумажной книге переделана самая главная сцена - не буду говорить какая, чтобы не спойлерить, - но вы сами поймёте, потому что наше издание оставляет странный вопрос: "а почему они вообще волновались?...", тогда как американское, которое я нашла, даёт на это исчерпывающий ответ. Оно написано профессиональнее по сюжету.
Я не знаю, почему были сделаны такие изменения и на каком этапе, и я все равно ставлю русской бумажной книге высшую оценку, потому что она очень и очень втянула меня, а потом долгое время я мысленно к ней возвращалась. Но, если есть возможность, попробуйте прочитать оба варианта! Сравнить.

Акт первый: не читайте книгу в русском переводе. Если можете, читайте оригинал. Или ПОСЛЕ прочтения найдите информацию о том, что было вырезано/изменено рукой переводчика/редактора из АСТ (можете написать мне, я все расскажу!)

Почему я уверенно пишу, что недостающее именно вырезано переводчиком/редактором? Оригинал вышел в 2017 году, русский перевод - в 2020. Если бы перевод выходил в 2017-2018, еще можно было бы сказать, что переводчику попала сырая редакция романа. Но через три года?..

После прочтения русского варианта я прочитала оригинал. Вырезано и изменено очень многое. Начиная от ключевого сюжетного поворота и заканчивая всякими мелочами (приписывать слова и действия другим персонажам? Переводчик АСТ умеет и практикует...)

Акт второй: если вы знаете, что такое стекло на слэнге букстаграма, то будьте готовы: стекла там предостаточно. Наверное, я впервые осознала, что значит, когда люди говорят о книге "стекло".

Акт третий: я редко описываю, о чем книга, ограничиваясь своим мнением. Так вот, мое мнение: берите и читайте книгу, не читая аннотацию. Мне так посоветовала подруга, и это действительно того стоило. Могу только сказать, что это не просто детективно-триллерная история, в книге намешано очень много всего и очень ярко чувствуется атмосфера dark academia.

Акт четвертый: не так много книг за всю жизнь цепляло меня настолько, что потом я перечитывала отрывки, долгие дни думала только о прочитанном и хотела всему миру прокричать о том, насколько прекрасна эта история. "Если бы мы были злодеями" вошла в ряд таких книг, и я даже не скажу точно, почему. Персонажи? Язык автора? Сама история? Чувства и эмоции, которые почему-то кажутся мне до боли знакомыми? Или то, что я догадывалась о многом с первого акта и спешила подтвердить свои догадки?

У меня нет ответа, но, возможно, вы найдете свой.

Эпилог: для правильного понимания концовки нужно читать именно оригинал (да, даже на последней странице умудрились вырезать важное) и дополнительно найти упомянутую историю Перикла, это многое объяснит.

Возможно, 2022 год подарит нам правильное переиздание "Если бы мы были злодеями", по крайней мере, пошли такие слухи.

Запрещенная фотосоцсеть:  l_inabottle

Честно признаться, мне намного больше нравится оригинальное название "If we were villains", и книга даже раньше была издана с версией "Если бы мы были злодеями", но что имеем – то имеем.

Герои романа – семь юных талантов, которых ждало необъятное бесценное будущее; они студенты театрального факультета выпускного курса Классической консерватории Деллакера. Шекспир для них не только единственный материал для постановок, это их жизнь. И в прямом, и в переносном смысле: они иногда разговаривают цитатами из его произведений, но в то же время сами не замечают, как отыгрывают свои жизненные роли.

Преподаватель говорит о том, что постановки трагедий и хроник в Деллакере оставляют за четвертым курсом, однако читатель к этому моменту уже знает, что в этот год произошла настоящая трагедия — зададочная смерть одного из студентов.

Рассказчик – Оливер Маркс – делится с читателем и детективом историей десятилетней давности, за которую собственно и отсидел этот срок в тюрьме. Так как всё это – его воспоминания, повествование наполнено его комментариями, и возникает второй уровень текста, метаповествование.

При этом практически сразу читателя погружают в архетипы персонажей в случайном диалоге о распределении ролей. В системе образов за каждым закреплён свой:
— добрый герой Джеймс Фэрроу, которого друзья обвиняют в патологической потребности играть героя. При этом Джеймс этакий любимец всех вокруг, он настолько хороший, что даже сахар на зубах скрипит (или таким его описывает Оливер, он же рассказчик). Но их взаимоотношения... в самое сердце;
— шикарная соблазнительница Мередит Дарденн, которая все чувствует телом и не боится этим пользоваться, но в то же время боится, что красота ее перевешивает ум и талант, из-за чего никто не воспринимает ее всерьез;
— уверенный в себе тиран Ричард Стерлинг с огромным раздутым эго, компенсирующий свои трудности в работе с окружающими насилием;
— впечатлительная инженю Рен Стерлинг — кузина Ричарда, тонко чувствует эмоции, но почти не может с ними соладать;
— гедонист-злодей Александр Васс между косячками одним из первых задумывается, не стал ли злодеем в истории своей собственной жизни;
— подстраивающийся хамелеон Филиппа Коста. Она постоянно на заднем плане, но играет важную роль, и у вас не получится ее не полюбить;
— верный разиня Оливер Маркс. И даже Мередит скажет ему:

Гвендолин – это их преподаватель)

Хочется отметить ещё одну особенность повествования. Текст разбит на акты, а они в свою очередь на сцены, как самая настоящая пьеса. Но что более интересно, роман, как и трагедии Шекспира, следует пирамиде драматической структуры Фрейтага:
I. экспозиция
провоцирующий инцидент
II. возрастание действия
III. кульминация
IV. уменьшение действия
момент напряженности
V. развязка (катастрофа)

Роман пропитан отсылками, находить которые сплошное удовольствие. Тут вам и стишок про Шалтая-Болтая, и "Десять негритят", и, конечно же, Шекспир, очень много Шекспира. Даже ректор — Холиншед — однофамилец английского хрониста и священника, чьи "Хроники Холиншеда" Шекспир использовал для написания исторических пьес.

И все это написано красочным, образным, буквально рисующим картинки в воображении, атмосферным языком. "Сернисто желтые и артериально-красные деревья, отражающиеся в озере", "грозное небо цвета синяка", "мерзкий ночной кошмар в духе Фюсли".

Для понятия открытого финала следует обратиться к общедоступному переводу тестов Шекспира. Видимо, на них заявлены авторские права и использовать их в книге нельзя, поэтому имеющийся перевод чуть искажает смысл. Но Оливер начинает и заканчивает рассказ "Периклом", а это далеко не трашедия, несмотря на все жизненные трудности.

И как гласит последняя страница: Exeunt omnes.
Все уходят. (Актеры покидают сцену)

Молодая американская писательница М.Л. Рио написала впечатляющий роман-триллер о том, как искусство способно глубоко и непредсказуемо влиять на людей. О том, как бывает непросто отличить художественный вымысел от реальности, отделить мысли и чувства персонажей от наших собственных. Но стоит ли винить художественную литературу (как и злой рок) в безнравственности и аморальности людских поступков, или все-таки человек сам в ответе за то зло, что причиняет другим?

Оливер Маркс, бывший студент театрального факультета престижной академии Деллекер, отсидев десятилетний срок за убийство, выходит из тюрьмы и едет в Замок на озере, где жили раньше студенты-актеры академии. Вместе с бывшим полицейским Колборном они вспоминает события последнего семестра и разбираются в том, что произошло тогда на самом деле.

Осенью 1997-го на четвертом курсе театрального было всего семь студентов: несокрушимо уверенный в себе Ричард, слишком чувствительная Рен, лучше всех перевоплощающийся Джеймс, самый убедительный злодей Александр, разносторонняя и вечно «не попадающая в типаж» Филиппа, блистательно красивая Мередит и неуверенный в себе, но самый внимательный и преданный друг Оливер. Это были избранные, прошедшие сложнейший отбор Деллекера, обладавшие блестящими актерскими талантами и фанатично преданные искусству. Четыре года они были с головой погружены в Шекспира, были им одержимы: говорили на нем, беседовали его стихами и жили его страстями. По сути, театральный факультет был изолированной религиозной сектой с ритуальным безумием, экстазом и одержимостью Бардом и друг другом.

Четвертый курс был годом трагедий, и страсти нарастали и на сцене, и в жизни: все началось на Хэллоуин, когда студенты показывали сцены из «Макбета» и дошло до апофеоза к премьере «Юлий Цезарь», закончившись трагедией в жизни.

О том, что произошло убийство мы узнаем с первых страниц, о том, как это произошло – где-то к середине, а о реальном виновном – только к концу. На всем протяжении автор умело поддерживает интерес, расставляя маленькие намеки-анонсы и нужные шекспировские цитаты о том, что должно случиться дальше. Очевидно, что Оливер не наносил рокового удара, но, испытывая те же муки совести и чувство вины, что и все остальные, только он оказался готов понести наказание за содеянное. Спустя десять лет он все так же не чувствует себя невиновным.

Книга мне понравилась не столько атмосферой живописного и опасного Замка и не особо выдающейся детективной линией, сколько отлично переданной автором энергетикой молодости, таланта и амбиций. Я своей кожей ощутила эти страсти, кипящие под кожей героев, чему, надо признаться, немало поспособствовало блестящее исполнение Григория Переля.