Рецензия на книгу

• 

  RinaCappuccino3 ноября 2024 г.

  Все можно оправдать, если сделать это достаточно поэтично

  Честно признаться, мне намного больше нравится оригинальное название "If we were villains", и книга даже раньше была издана с версией "Если бы мы были злодеями", но что имеем – то имеем.

  Герои романа – семь юных талантов, которых ждало необъятное бесценное будущее; они студенты театрального факультета выпускного курса Классической консерватории Деллакера. Шекспир для них не только единственный материал для постановок, это их жизнь. И в прямом, и в переносном смысле: они иногда разговаривают цитатами из его произведений, но в то же время сами не замечают, как отыгрывают свои жизненные роли.

  
  Четвертый курс. Год трагедии, — величественно произнес Фредерик, когда поднос опустел и у всех в руках было по чашке с блюдцем.

  Преподаватель говорит о том, что постановки трагедий и хроник в Деллакере оставляют за четвертым курсом, однако читатель к этому моменту уже знает, что в этот год произошла настоящая трагедия — зададочная смерть одного из студентов.

  Рассказчик – Оливер Маркс – делится с читателем и детективом историей десятилетней давности, за которую собственно и отсидел этот срок в тюрьме. Так как всё это – его воспоминания, повествование наполнено его комментариями, и возникает второй уровень текста, метаповествование.

  При этом практически сразу читателя погружают в архетипы персонажей в случайном диалоге о распределении ролей. В системе образов за каждым закреплён свой:
  — добрый герой Джеймс Фэрроу, которого друзья обвиняют в патологической потребности играть героя. При этом Джеймс этакий любимец всех вокруг, он настолько хороший, что даже сахар на зубах скрипит (или таким его описывает Оливер, он же рассказчик). Но их взаимоотношения... в самое сердце;
  — шикарная соблазнительница Мередит Дарденн, которая все чувствует телом и не боится этим пользоваться, но в то же время боится, что красота ее перевешивает ум и талант, из-за чего никто не воспринимает ее всерьез;
  — уверенный в себе тиран Ричард Стерлинг с огромным раздутым эго, компенсирующий свои трудности в работе с окружающими насилием;
  — впечатлительная инженю Рен Стерлинг — кузина Ричарда, тонко чувствует эмоции, но почти не может с ними соладать;
  — гедонист-злодей Александр Васс между косячками одним из первых задумывается, не стал ли злодеем в истории своей собственной жизни;
  — подстраивающийся хамелеон Филиппа Коста. Она постоянно на заднем плане, но играет важную роль, и у вас не получится ее не полюбить;
  — верный разиня Оливер Маркс. И даже Мередит скажет ему:

  
  А ещё ты настоящий. Ты единственный из нас не играешь постоянно на публику, не просто исполняешь роль, которую Гвендолин выдала тебе три года назад.

  Гвендолин – это их преподаватель)

  Хочется отметить ещё одну особенность повествования. Текст разбит на акты, а они в свою очередь на сцены, как самая настоящая пьеса. Но что более интересно, роман, как и трагедии Шекспира, следует пирамиде драматической структуры Фрейтага:
  I. экспозиция
  провоцирующий инцидент
  II. возрастание действия
  III. кульминация
  IV. уменьшение действия
  момент напряженности
  V. развязка (катастрофа)

  Роман пропитан отсылками, находить которые сплошное удовольствие. Тут вам и стишок про Шалтая-Болтая, и "Десять негритят", и, конечно же, Шекспир, очень много Шекспира. Даже ректор — Холиншед — однофамилец английского хрониста и священника, чьи "Хроники Холиншеда" Шекспир использовал для написания исторических пьес.

  И все это написано красочным, образным, буквально рисующим картинки в воображении, атмосферным языком. "Сернисто желтые и артериально-красные деревья, отражающиеся в озере", "грозное небо цвета синяка", "мерзкий ночной кошмар в духе Фюсли".

  Для понятия открытого финала следует обратиться к общедоступному переводу тестов Шекспира. Видимо, на них заявлены авторские права и использовать их в книге нельзя, поэтому имеющийся перевод чуть искажает смысл. Но Оливер начинает и заканчивает рассказ "Периклом", а это далеко не трашедия, несмотря на все жизненные трудности.

  И как гласит последняя страница: Exeunt omnes.
  Все уходят. (Актеры покидают сцену)

  28

  530