Анечка-Невеличка и Соломенный Губерт

Многие называют самой психоделической детской повестью «Алису в стране чудес». Не буду спорить, но скажу, что «Анечка-Невеличка и Соломенный Губерт» уделывают Алису на раз-два-три. В детстве я прочитала этот огромный томик раз пятьсот. Ведь там мало того, что текст интересен сам по себе, а картинки прекрасны, так ещё и много игр с оформлением. Кстати, отсканированный и оцифрованный вариант содержит далеко не все иллюстрации и прикольные подписи, так что если вы будете читать «Анечку...» в электронном варианте, то многое потеряете.

Самое удивительное, что у этой насквозь сюрреалистичной сказки есть довольно стройное сюжетное повествование. Некая деревенская чешская девочка Анечка случайно заснула в телеге хозяина и попала в Прагу. Это всё немного жутковато, потому что из её мыслей мы немного узнаём об образе жизни чешских деревень того времени, а он довольно суров. Мелкую соплюху хозяин (надо полагать, хозяин фермы) может и отколотить, а быт её довольно скучен и полон тяжёлой работы. Но всё это не воспринимается, как нечто ужасное, потому что у Анечки есть фантазия. С большой буквы.

Так вот, попадает Анечка в Прагу, жутко удивляется и встречает Соломенного Губерта. Соломенный — это фамилия, но чтобы её подтвердить, Губерт в своё время купил соломенную шляпу, а потом её, простите за каламбур, прошляпил. И теперь восхитительно логично боится, что перестанет существовать, потому что ему нечем подтвердить свою «соломенность». Психодел? Нет, это ещё как раз самая стройная и логичная часть.

Сам экшен начинается в тот момент, как девочка Анечка подходит к магазину игрушек, видит своё отражение в витрине, рассматривает эти игрушки и прямо по гофмановским законам (стекло — потусторонний элемент, связывающий наш и сверхъестественный мир) попадает в мир фантазии. Конечно, можно просто сказать, что всю книгу она стоит у витрины, глазеет на ряды игрушек и фантазирует.А можно поддаться прекрасной детской незамутнённое волне ассоциаций и проплыть на ней до конца книги. Переплетение слов, образов и мечтаний действительно прекрасное, тут автор показал, что в психологии детских фантазий разбирается на пятёрочку. И отдельный странноватый элемент, который придаёт книжке особый шарм, — постоянно упоминающиеся песенки, прибаутки, присказки, стишки... С довольно мрачной тематикой. Черти, могилы, ведьмы, бесконечность и лунная ночь. Да и сами приключения местами довольно жутковаты. Взять хотя бы сцену, когда Анечка и Губерт превратились в кукол (было бы любопытно посмотреть на куклу Губерта), а потом нечаянно разбили себе фарфоровые лица. В итоге-то оказалось, что они как бы «вылупились» из-под фарфора опять обычными детишками, но я в детстве на этом моменте каждый раз жмурилась от ужаса.

Что самое интересное, конец полностью опровергает идею книги, что Анечка просто фантазировала. Вроде бы и Губерт всё «забыл», а значит приключения происходили в её воображении, но... Анечка с Губертом покупают волшебные часы, которые переносят их на день назад, когда Анечка ещё не села в телегу и не потерялась в многолюдном городе, а Соломенный Губерт был при шляпе и при своей «соломенной» сущности. Просто отличный ход.

Кажется, что я тут наспойлерила вагон, но это всё неправда. Это уже взрослый взгляд на вещи, а самое сладкое — внутри. Я не знаю, всем ли детишкам понравится такая книга. Но все, кому я давала её почитать, пищали от восторга и непременно желали прочитать её сами, даже если раньше не могли осилить ничего толще 30 страниц. А тут приключений — целый мешок. Ух.

В очередной раз этот год преподносит мне неожиданную книгу. Абсолютно не мой тип книги. Всегда утверждал, что хуже ромфанта или ужастиков не знаю жанров. Никого не хочу обидеть, просто совсем не нравятся эти жанры, аж до чесотки. Но этот год смог меня переубедить. Сюрреализм. И если в живописи это выглядит как минимум интересно, то в литературе - мозговыносительно.
Лично для меня эта книга стала симбиозом творчества Чапека и Кэрролла. Вначале это всё выглядело забавно и даже интересно. Но постепенно юмор и непосредственность Чапека стала уступать абсурдности и нелепости Кэрролла. Признаться честно, история Алисы была известна мне по фильмам и мультфильмам, и лишь в декабре того года я её прочитал. Если кратко, то это дебри словоблудия и параноидального бреда. И это я не о своей рецензии =D
Так вот, эта книга тоже является детской и тоже со скрытыми внутренними смыслами, рассчитанными на взрослого читателя. Но в попытках их найти я буквально тонул в тексте. Взять хотя бы авторский приём с повторениями одного и того два раза. Одного и того же. Два раза. Одного и... Так, перебор)))
И если в начале это казалось даже забавным, то потом стало жутко раздражать. Единственное исключение - общение с эхом. Но автор то ли не дотерпел до этого эпизода, то ли ему так понравилась эта идея, что он её распространили на всю книгу. Я не знаю.
То же самое с постоянными приключениями героев. Возможно, детям и понравится поведение Анечки и Губерта, но я с каждым новым эпизодом грустил всё больше. Видимо во мне детства осталось слишком мало, раз с каждой новой главой мне становилось скучнее и скучнее. При этом автор в попытке сделать свою историю более уникальной всё таки нашёл чем меня удивить. Эпизоды с часами и витриной мне понравились хотя бы тем, что выясняется - только Анечка галлюцинировала. Губерт находился всё время тут и не был с нами там. Прямо как Алиса, в общем.

Вообще это слово «недоумение» следует писать слитно, однако в данном случае вот такое написание «недо_умение» предполагает некоторое разделение смысловой нагрузки: помимо слова, выражающего сомнение (раздумье, растерянность, недоразумение, смущение, затруднение, замешательство, оторопь, недоуменка, озадаченность, изумление, удивление, испуг, недоверие, нерешительность, колебание, неуверенность, потерянность и т.д.). появляется некоторое сомнение читателя в умении автора сочинять сказки. Ладно-ладно, сказку — кто его знает, может со всем остальным творчеством Витезлава Незвала всё в порядке, не проверял. Впрочем, для сюрреалиста и авангардиста вряд ли возможны другие выборы. Впрочем, мы как бы и не против, просто в моём понимании это не совсем сказка, а всё-таки именно поток сюрреалистического сознания автора, а не детские фантазии героев этой истории.

Дальше...

И если пойти вдоль событийного ряда нашей «сказочной» истории, то всё равно в основе лежат нелепости и благоглупости — какие-то клешнеруки, кто-то типа негров, чёрные кролики и прочие существа, и всё это непонятно-невнятным образом кружится и вертится и мчится кувырком...

Хотя вполне допускаю вариант, что всё-таки это именно я уже напрочь покинул границы детского возраста и, соответственно, детского восприятия, и потому не могу воспринимать сказки как сказки. Что ж, это довольно легко проверяется — вот возьму в руки томик Шергина да и перечитаю в очередной раз (заодно таким образом отметив недавнее столетие Бориса Викторовича), сразу и понятно станет, кто тут русский сказочник, а кто чешский сюрреалист.

В общем, не моё это. Может быть, если бы читал книгу в бумаге да в варианте картиночно-иллюстративном, оформленном специально для детей, то впечатление было бы иное — может быть, но по электронке только вот так.

Однако, чтобы быть более-менее объективным, всяческими добрыми, а то и восхищёнными словами хочется упомянуть работу переводчика. Имея в виду прежде всего переводы всяких многочисленных стишков и песенок, явно переложенных на русский менталитет. И вот за это книга получает в плюс целый балл.

Автор этой книги Витезслав Незвал. И это не псевдоним, как я изначально подумала. Это чешский писатель, поэт, живописец, композитор и коммунист. Мне он был ранее незнаком, поэтому я не могу сказать, что русский человек познакомился с автором благодаря книге про Анечку. Изданная одним тиражом в 80-е книга не допечатывалась и ее было сложно найти. Но сейчас это не будет проблемой. Издательство “Мелик Пашаев” занималось переизданием книги в 2018 году и тираж еще продается. С теми же иллюстрациями Пивоварова и в том же переводе (пересказе) Эппеля.

Книга начинается с того, что маленькая девочка Анечка, прозванная за свой небольшой рост Невеличкой, решает изменить себе и пойти спать не за печку ( там слишком жарко), а в телегу. И так крепко спала, что проснулась уже в городе ( в котором читатель может узнать Прагу). И для деревенской девочки город это уже чудесный мир, полный всего удивительного и неизведанного. Но то ли еще будет.

Первым кого девочка встречает на своем пути странный мальчик, который дает ей монетку. Позже мы узнаем, что мальчик подумал будто Анечка слепая и решил дать ей милостыню. Но сейчас мы просто думаем, что он странный. И Анечка так же думает. Когда ребята разобрались в том, что происходит, состоялось знакомство. Мальчика зовут Соломенный Губерт. Соломенный он потому что носит соломенную шляпу. Хотя правильнее будет сказать - носил. Шляпа утонула, Губерт расстроен, что опорочил имя своей семьи, а Анечка просто Анечка. Ей все в новинку. Ей страшно, что ее хозяин (вероятно девочка работает на ферме) разозлится, но возвращаться, пока она все не изучит, ей не хочется. Ведь это настоящее приключение.

И с этого момента начинается белиберда. Но такая она чудесная, что хочется ее хлебать большими ложками. Не стоит задумываться над тем что происходит и что говорят герои, нужно просто отдаться потоку этого бреда и авось что будет. Где-то на середине книги, я поняла, что история напоминает мне “Алису в Стране Чудес” Кэррола. Только вот тут все как-то проще. Ближе к народу, может. С Алисой мне было пусть и интересно, но сложно как-то. А Анечка воздушная, невесомая, с ней очень даже легко. И совершенно не хочется расставаться.

Но сказки заканчиваются. И приключения Невелички и Губерта тоже. Пройдя вместе сквозь огонь, воду и медные трубы, ребята по- настоящему сблизились. Мне показалось ,что на ферме, где Анечка работает, она одинока. А попав в город и встретив новых друзей она стала счастливее. И поэтому финал мне показался очень грустным. В жизни нет места для сказки. Но как здорово, что от серой реальности можно сбежать в красочные сны.

На мой взгляд весьма сомнительная книга для детей. Я бы такую не стала читать своим внукам.
Начну с того, что сказка написана по лекалам Льюиса Кэрролла. Анечка засыпает в городе в повозке, перед этим познакомившись с мальчиком Соломенным Губертом. Теперь мир делится на Тут и Гдетотам. В Гдетотам с детьми случаются разные приключения, и они не хотят возвращаться в Тут. Но законы сна таковы, что детям придётся выбрать Дорогу к Последнему Приключению. Анечка рассказывает Губерту, что с ними произошло, и тот не совсем её понимает. Человек с клешнёй, Русалка, Черные и белые человечки, циркач и купец в одном лице, Чёрный Кролик, Верблюд, - всё это оказывается игрой воображения. Свою роль сыграло и зеркало в магазине, и башня с часами, - они добавили реальности сказочному миру Анечки. Чтобы дружба детей закрепилась, Губерт покупает кулёк счастья за пятак.
Если кратко, такой вот плагиат известной сказки.
Или я безнадёжно выросла, или книга написана для совсем уж маленьких детей. Но в книге полно абсурда - одолеет ли детское воображение такие фантазии?
На протяжении всей сказки встречаются "вопросы в квадрате". Пример:

или ещё вот

снова

Такие вопросы всю книгу - это меня по-настоящему напрягало. Это даже не назовёшь писательским приёмом или манерой автора рассказывать события. Я называю это способом написать в произведении больше предложений.
Есть в сказке отсылки к сорокадневному библейскому потопу и к сказке Андерсена "Русалочка". Но они настолько ненавязчивы, что позже, когда ребёнок ознакомится с историей о потопе и с "Русалочкой", он не найдет никакой связи с этой книгой.
Самое главное: я не нашла морали в этой сказке. Как и "Алиса в стране чудес", книга полна чудес, но ничему не учит. Мне понравилось, что можно купить на двоих кулек счастья на пятак... но это единственное, что мне понравилось в книге.

Вы когда увидели название августовского бонуса Долгой прогулки, о ком в первую очередь подумали? Я ведь не ошибусь, если назову Набокова? У меня это сработало примерно так: "Анечка, набоковский перевод "Алисы" называется "Аня в стране чудес", Губерт - объяснять не надо. Почему здешний Гумберт-Гумберт соломенный? А хрен его знает." И да, конечно я ошиблась, книжка никакого отношения к ВВ не имеет, а имеет вовсе даже к... А и правда, к чему?

К чешскому фольклору. К сюрреализму. К детской литературе. И вот если сюр с фолком как-то сопрягаются (этно-фэнтези и панк), а фольклор с детской литературой (авторская сказка) и сюрреализм с ней же (разного рода скрюченные домишки) прямо даже замечательно, то тройственный союз порождает довольно уродливого монстрика, подобного "Анечке-невеличке и соломенному Губерту".

История о девочке-сиротке, которая живет в прислугах у зажиточного крестьянина, питается от случая к случаю, периодически ходит побираться Христа ради - ну, это, конечно, было еще до того, как в Чехии так счастливо установился социализм. Надо сказать, что "чешский Дали" Витезслав Незвал, долгое время живший во Франции и друживший с Андре Бретоном и Полем Элюаром (из чьих стихов, на минутку. Франсуаза Саган взяла названия для своих "Здравствуй, грусть" и "Немного солнца в холодной воде"), после войны прекратил баловаться авангардизмом, стал поэтом-социалистом, благодаря чему много переводился на русский и публиковался в Союзе.

Хотя "Анечка-невеличка" - это еще его авангардный, сюрровый период, книга написана в 1936, но на русский ее перевели и у нас издали в качестве классово и этнически более близкой, чем насквозь буржуазная Кэрролова сказка в 1980. Тогда как раз был очередной мощный всплеск интереса: вышел диск фирмы "Мелодия" с музыкальной сказкой по "Алисе в стране чудес" и песнями самого Высоцкого; на СоюзМультфильме сняли отличный мультик по всей дилогии с Нееловой-Алисой, Караченцовым-Белым рыцарем. И "Соломенный Губерт" явился таким "нашим ответом Чемберлену" - а у социалистической Чехословакии покруче вашей Алисы есть!

Однако вернемся к сюжету. Девочка заснула в соломе на телеге, а проснулась в Праге, куда хозяин, не заметив, привез ее. И пока хозяин был в трактире, Анечка выбралась наружу, познакомилась со странным мальчиком, явно филологического склада ума, который пришел на Староместскую площадь, чтобы быть казненным, потому что вывел из наставления "Не проказничай!", что того, кто плохо себя ведет, ждет казнь. А поскольку он по неосторожности потерял соломенную шляпу, которую купил за пятак, стало быть ему и ждать казни. Что за хрень? Ну, как так, в оригинале это, возможно, выглядит и звучит изящнее, но на русском вот такая чухня.

Потом дети, как водится в авторской сказке, попадают из "здесь" в "гдетотам", с ними происходят разные приключения примерно той же степени осмысленности с участием вечного антагониста, меняющего личины, с маленькими негритятами, которые питаются запахом некоторых особенных цветов, а потом белеют, а потом вовсе превращаются в белых муравьев. Дети тоже в кого-то превращаются. Все это скучно уныло и сопровождается довольно убогими виршами. Как-то не впечатляет этот вариант "Алисы" для бедных.

Простите. но выше тройки этому шедевру я поставить не могу.

Заснуть в телеге обычное дело. Проснуться уже не в деревне, а в столице страны в Праге – уже интереснее. Хозяин может побить. Но пока он не побил можно обследовать место, в котором оказалась. А если есть замечательная компания, то еще лучше. Компанию главной героине сказки Анечке-Невеличке составил мальчишка под странным именем Соломенный Губерт. Вдвоем с другом можно гулять по улицам Праги, по знаменитой Староместской площади. Давным-давно я тоже гуляла по этой площади и тоже как Анечка смотрела на волшебные часы с целым представлением. Смотрела не только я, а, как и во времена Анечки, большое количество людей. Читая впечатления девочки вспомнила свое путешествие и сразу от сказки повеяло чем-то добрым и родным.

С другом можно придумывать свой язык, например такой:

Классный же язык! Почти сразу понятно, о чем речь, но попробуй не запутаться говорить на таком языке, когда нужно рассказать сразу о многом.

А игра слов. Кто в это не играл в детстве?

Мои любимые анекдоты в детстве были, да и сейчас, тоже именно с игрой слов.

Погуляв Где-то Тут, Анечка с Губертом отправились в Гдетотамию. И там продолжились захватывающие приключения с играми в слова, детскими песнями и стихами. Мне многое оказалось непонятно, так как я не росла в 30-е годы в Чехии. С моим бэкграундом эта сказка напоминала иногда "Алису в стране чудес", или "Алису в зазеркалье", и даже "Волшебника Изумрудного города". Герои пустились в путешествие в неведомое. По ходу пути ведут занимательные диалоги. Этакая игра-бродилка с шагами вперед и назад, пропуском хода и которая точно должна закончиться словом КОНЕЦ.

Спасибо Долгой Прогулке за знакомство с Витезлавом Незвалом.

Мир и так абсурден. Человек выше логики, потому что он сам ее придумал. Детский мир абсурден особенно - столько нелогичности в этих сумасшедших, невозможных взрослых. Дети не могут вместиться в логику, их надо уменьшить до размеров взрослых, чтобы утрамбовать и запихать в клетку рациональности и целесообразности.

А вот для взрослых - премилое, увлекательное занятие ненадолго выбраться из тюрьмы рацио, прикрываясь благотворительной целью уловления детей во ржи на живца для последующего осмеяния и замуровывания в логические клетки. Писать абсурдный текст намного веселее, чем читать его.

Перед нами средняя детская книга со средними приключениями и средне среднего детскими стишками. У нее есть шанс стать любимой, если она попадет в очень узкий коридор настроения-гармонии в определенном возрасте. Мне же когда-то нравился "Орден желтого дятла". Нет в "Анечке" математически утонченной нелепости Льюиса, нет и полувзрослой раскрепощенности Хармса. Средняя. Совершенно обычный детский абсурд.

Девочка уснула в телеге и вместо привычного села оказалась на центральной площади столицы. Подивилась чудесами города. Увидела всемирно известные пражские часы с двигающимися фигурками. Познакомилась с мальчиком Губертом. Мир нелогичен для неполного случайного опыта ребенка. Мир деревенской девочки особенно нелогичен и нелеп для городского мальчишки: кобылки стрекочут - лошади ржут? Мир городского мальчика особенно нелеп и нелогичен для деревенской девочки: какой-то там странный ам-бар, в нем не зерно, а паны в шляпах.

Автор расслаблен в полете фантазии. Он не задается целью сплести идеальную сложную сказку с развязкой всех запутанных линий. Или польстить взрослому читателю вторыми смыслами. Возможно, он и не способен на изящную игру слов-метафор, в которую влюбится случайный взрослый читатель. Ему не хватает реальности для сатиры или сюрреализма (хотя колокольчики позванивают вдалеке). И дети уходят туда, куда их отправляют многие детские писатели - подальше от папиной занятой реальности, в другой, сказочный мир.

Другой мир тоже не отличается оригинальностью, хотя каждая абсурдная книга загогуливается по-своему, он пронизан взрослой, скучной логикой всех когда-то просчитанных и зафиксированных абсурдов. Ну что там нравится детям? Цирк. Экзотические животные. Кукольный уголок. Подводный мир.

Использован и традиционный прием доведения до абсурда фразеологизма, понятого детьми буквально - одна штука, одна сказка (богатства у купца как волос на голове - как волос выпадет, так и кусок богатства исчезает).

Как правило, мне некомфортно в льющемся, бесконтрольном, внезаконном мире абсурда. Мой вестибулярный аппарат дает сбои в мирах чудес Кэрролла и Хармса. Но я могу оценить игру слов в Мило и волшебная будка , экологические метафоры Нон Лон Дона , и мне нравится мрачный хаос Абарата , хотя все они передают привет девочке Алисе и ее грибам.

Тем не менее, я иногда выныривала из сонного невнимательного чтения благодаря отдельным абсурдным метафорам: расстегнуть верблюжий горб - и обнаружив там радио; барышня совершила ошибку в астрономии - и с неба упала звезда, промашка лекарственная (ага! это уже набег на мир взрослых).

Но больше всего меня торкало, когда абсурдный и веселый мир детства уходил от говорящих животных и живых предметов в жуткий, к сожалению, вполне реальныq абсурд. Первое предложение книги написано капсом: ОЙ, ПОБЬЁТ МЕНЯ ХОЗЯИН! Девочка, которая еще не ориентируется в мире и плохо читает... уже работает на взрослого хозяина. А мальчик, потеряв шляпку, весело и отчаянно ждет смертной казни на городской площади. И задает недетский вопрос: "Ваш Праотец, случайно, не озорничал, когда, скажем, выпьет?"

Неудивительно, что книжные дети так легко гроздьями падают в волшебные дыры. Мир абсурда ласков и добр к детям, в отличие от реального мира. Кажется, и я не против поискать себе норку белого кролика... Вряд ли там будет жутче и абсурднее, чем здесь.
___________________
___________________
Па-беларуску...

Тут...

Свет і так абсурдны, бо чалавек вышэйшы за логіку, таму што сам яе прыдумаў. Асабліва абсурдны дзіцячы свет - столькі нелагічнасцяў ад гэтых шалёных няўцямных дарослых. Дзеці ў логіку не ўлазяць, іх трэба зменшыць да памеру дарослых, каб утрамбаваць і закрыць у клетцы рацыянальнасці і мэтазгоднасці.

Затое для дарослых захапляльны досвед - вылезці з зняволення логікі ненадоўга, прыкрываючыся дабрачыннай мэтай адлоўлівання дзяцей на жыўца для наступнага высмейвання і замуроўвання ў клеткі. Пісаць абсурдны тэкст істотна весялей, чым яго чытаць.

Перад намі сярэдняя дзіцячая кніжка. Яна мае шанец стаць любімай, калі трапіць у вызначаным узросце ў вельмі вузкі калідор настрою-сугучнасці. Любіла ж і я некалі "Ордэн жоўтага дзятла". У "Анечцы" няма матэматычна вытанчанага абсурду Льюіса, няма і паўдарослай разняволенасці Хармса. Сярэдняе. Цалкам звычайны дзіцячы абсурд.

Дзяўчынка заснула на возе і трапіла на цэнтральную сталічную плошчу. Падзівілася на гарадскія дзіўноты. Пабачыла сусветна знакаміты пражскі гадзіннік. Пазнаёмілася з гарадскім хлопчыкам Губертам. Свет нелагічны для выпадковага досведу дзіцяці. Асабліва нелагічны і абсурдны свет вясковай дзяўчынкі для гарадскога хлопчыка: стракочуць кабылкі - што там за коні ржуць. Асабліва абсурдны і нелагічны свет гарадскога хлопчыка для вясковай дзяўчынкі: што там за дзіўны ам-бар, калі ў ім не збожжа, а паны ў капелюшах.

Аўтар разняволены. Ён не ставіць мэты сплесці ідэальна заблытаную арыгінальную казку з развязкай усіх блытаных ліній. Не вучыць. Не складае звышпрадуманую выкшталцоную гульню слоў-метафар, якой замілуецца і дарослы. Аўтар "пяе што бачыць". Таму яму не хапае рэальнасці для сатыры або сюррэалізму (хоць званочкі і пазвоньваюць здалёк), і дзеці выпраўляюцца туды, куды іх здаюць многія дзіцячыя пісьменнікі - падалей ад татавай занятай рэчаіснасці ў іншасветы.

Іншасвет таксама не вылучаецца звышарыгінальнасцю, хоць кожны абсурд загагульваецца па-свойму, ён прасякнуты дарослай нуднай логікай усіх некалі пралічаных і зафіксаваных абсурдаў. Ну што там любяць дзеці? Цырк. Экзатычныя жывёлы. Лялечны куток. Падводны свет.

Скарыстаны і традыцыйны прыём давядзенне да абсурду фразеалагізмаў, зразуметых дзецьмі літаральна - адна штука, адна казка (багацця як валос на галаве - як выпадае волас, так і частачка багацця знікае). Мне алітарачванне выразаў і гульня слоў найбольш спадабаліся ў Мило и волшебная будка .

Як правіла, мне не камфортна ў пераліўным бескантрольным пазазаконным свеце абсурду. Мой вестыбулярны апарат хібіць у дзівасветах Кэрала і Хармса. Але я магу ацаніць экалагічны метафарызм Нон Лон Дона і мне сімпатычны змрочны хаос Абарата , хоць усе яны перадаюць прывітанне дзяўчынцы Алісцы.

Тым не менш я часам вынырвала з соннага няўважлівага чытання праз асобныя абсурдныя метафары: расшпіліць горб вярблюда і знайсці там радыё, зрабіла памылку - з неба ўпала зорка, промашка лекарственная (ага! вось ужо і закід у дарослы свет).

Але найбольш мяне торкала, калі абсурдны і вясёлы свет дзяцінства сыходзіў ад гаваркіх жывёлаў і жывых прадметаў у вусцішны, на жаль, цалкам рэальны абсурд. Першы сказ кнігі - капсам: ОЙ, ПОБЬЁТ МЕНЯ ХОЗЯИН! Дзяўчынка, якая яшчэ не арыентуецца ў свеце і дрэнна чытае... ужо працуе на дарослага гаспадара. А хлопчык, згубіўшы капялюш, весела асуджана чакае смяротнага пакарання на гарадской плошчы. І ён жа задае недзіцячае пытанне: "Ваш Праотец, случайно, не озорничал, когда, скажем, выпьет?"

Не дзіва, што кніжныя дзеці так лёгка правальваюцца ў чароўныя норы. Свет абсурду ласкавы і добры да дзяцей у адрозненне ад рэальнага. Трэба хіба і мне знайсці свайго белага трусіка. Наўрад у ягонай нары будзе больш вусцішна і абсурдна, чым у навакольнай рэальнасці.

Как только человек становится родителем, он воспринимает детские книги как мне кажется с точки зрения полезности и увлекательности для своего ребенка. Есть ли в книге какая-то мораль, веселое ли чтение, понятно ли будет моей дочери?
"Анечка-Невеличка" пролетела по всем фронтам. История начиналась довольно просто. Анечка уснула на телеге хозяина, а проснулась уже в Праге. Там она знакомится с мальчиком по имени Соломенный Губерт. И поначалу было забавно. Они друг друга не понимали, Губерт коверкал все слова. "Тамне тампро тамказ тамни тамчай!" Интересный шифр получился, можно так с ребенком в шпионов поиграть и разгадать закодированные послания. А потом все стало слишком бредово. Тут многие сравнивают эту книгу с "Алисой", но в ней все логично. Красить цветы, чтобы они были красные. Везде все проперчить, ведь надо "задать ребенку перца". Хорошо показана игра слов. А здесь кроме соломенной шляпы и непонимания героев и нет ничего забавного. Дальше становилось все хуже...
Морали я тут не увидела, дружбы героев тоже не заметно. Могу выделить ещё стишки, но запоминать их трудно, только если просто читать.
Мне читать было неинтересно. И дочери точно не понравится

Однажды совсем немаленькая девочка решила прочитать детскую сказку. Она жаждала попасть в необычный мир, встретить интересных персонажей, погрузиться и забыть обо всем. И что получилось? Что же у нее получилось?

Девочка взяла в руки эту немаленькую сказку и начала читать. Ее действительно унесло в чужой необычный мир с удивительными персонажами. Но удовольствия девочка не получила. Ей было непонятно кто это вообще и где? Это люди или звери, может быть, ожившие игрушки или яркое воображение какого-то ребенка. Дала бы эта немаленькая девочка такую сказку своему ребенку? Очень сомневаюсь.

Дети в этой сказке (Анечка и Губерт) очень упертые и повторяют все по много раз. Может детскому возрасту это нужно, но меня задолбало это читать. Переходы от забитой девочки, которая боится побоев хозяина, к приключениям на улице, а затем вдруг в некое "зазеркалье" детского магазина на мой взгляд сравнимы с волнообразными приходами от запрещенных веществ (не пробовала, но осуждаю). Если взять к сравнению, например, ту же "Алису в стране чудес", то "Алиса" - это верх логичности, а в "Анечке" я плавала. В рецензиях написано о сюрреализме, но я плохо разбираюсь в этих жанрах. Могу сказать, что мне было непонятно и неинтересно.

Анечка и Губерт знакомятся на улице, играют, болтают, и наконец оказываются перед витриной детского магазина. Там они, видимо, начинают фантазировать, оказываются в "где-то там" и начинают свое путешествие. Знакомятся с лилипутаниками (явная отсылка к 10 негритятам)), попадают в странный зоопарк.

Читала книгу с трудом, стоило отвлечься от нее хоть на пять минут, и вот уже приходится просто-таки заставлять себя вновь браться за чтение, поэтому 200 с небольшим страниц читались словно хороший томик классической литературы. Наверное, читать книги некоторых жанров (?) нужно именно той аудитории, на которую они рассчитаны. Я обожаю серию Терри Гудкайнда "Правила волшебника" и перечитывала ее много раз. Но в последний раз я поняла, что для 30+ это уже не та литература, и решила не портить себе впечатление и больше не читать эту серию. Вот так и с детскими книгами. У нас уже другое восприятие мира и увидеть его глазами детей нам уже, к сожалению, не удастся, поэтому и впечатление такое. Да и не могу сказать, что эта сказка чему-то может научить ребенка, но нашла в ней морали. Поэтому лучше посоветую своему ребенку русские народные сказки, где она сможет чему-то научиться.