Maetud hiiglane

Кадзуо Исигуро вырос в настолько важную шишку, что может себе позволить не плясать самому от рамок жанра, а щёлкать бичом и заставлять жанры подстраиваться под него. Какие только игры мы только уже не видели в его романах, пришла пора и классического фэнтези с драконами, рыцарями и колдовством. Пардон, я сказала "классического"? Имела в виду, что Исигуро, бесспорно, станет классиком. А фэнтези у него как раз такое сумрачное и нежанровое, что до конца так и не веришь ему, даже когда какой-нибудь поганенький эльф вцепляется в задницу одного из главных героев. Это всё лишь антураж и обёртка.

Хотя, наверное, если представить себе реалистичное до натурализма фэнтези, то оно и будет такое. С растёртыми до крови плечами от лямок грязных сумок, с вечно усталыми старичками, с постоянной грязью, потом и недосыпом, с малым количеством геройства и сплошными статистами,с непониманием глобальных процессов, которые так хорошо видно снаружи, с высоты птичьего полёта, но совершенно не понять от лица маленького муравьишки, одного из тысячи. Исигуро не даёт нам воспарить над всей картиной мира и сюжета, поэтому мы вынуждены медленно и мучительно плестись на черепашьей скорость за главными героями, которые ищут свою правду, но всё больше и больше замедляются, так как боятся её найти.

"Погребённый великан" — само собой, это не только физическое мёртвое тело, закопанное где-то на просторах мутноватого художественного полотна, но и метафора. В этом романе "погребённым великаном" стала коллективная память целого народа, которые явно сделали что-то нехорошее, о чём мы не узнаем до самого конца, а потом предпочли об этом не вспоминать. Конечно, всему виною волшебная хмарь, которая туманом опустилась в норы ( о боги, как это ужасно - норы! люди живут в норах, Кафка аплодирует) и постепенно растворила память человечишек. Причём не только ту, большую и страшную память о чём-то великанском, но и мелкую: поцелуи, объятья, семейные связи, что ты ел на завтрак и как звали твоего соседа. Да и был ли он, сосед-то (из-за угла высовывается Горький и показывает на пальцах мальчика и знак вопроса, но мы его игнорируем)? Человечишки с памятью золотой рыбки плавают в тумане на чистых инстинктах: пожрать, согреться, поспать пока у главных героев не приближается экзистенциальный едва ли не предсмертный кризис, который чуть-чуть разгоняет хмарь. И отправляются они горемыки вспоминать на свою беду, хоть и страшно. Но если не вспоминать, то что делать? Дальше существовать на правах животных?

Исигуро не зацикливается на одной только проблеме забвения, коллективной памяти и яркой аллюзии к сами знаете чему (да знаете-знаете, далеко ходить не надо). Отношения, семья, долг и верность на полутонах раскрываются вокруг основной проблемы. Мне бы, если честно, не хотелось об этом говорить на конкретных примерах, потому что спойлеры будут портить книгу. её нужно пройти страница за страницей, продираясь через хмарь, удивляясь - или уже не удивляясь от усталости - всякой волшбе и прочей небывальщине. "Мучительное фэнтези" – да, пусть будет такой псевдожанр без негативных подсмыслов.

Начинать знакомство с автором с этой книги немного странно, учитывая его всемирную известность, но он оказался мне как раз ко времени и я очень рада, что так сложилось. В темные века, в Британии, после того, как король Артур был сражен в битве и ладья фей увезла его на Авалон, где в недрах таинственного острова он будет спать до тех пор, пока не вновь не наступят смутные времена и родине вновь понадобится его помощь, страна погрузилась в бесконечные туманы и зыбкое состояние межмирья. Бритты и саксы забыли о своих раздорах и мирно жили рядом. Двое старых бриттов, супруги Аксель и Беатрис отправляются в путешествие, чтобы отыскать сына, покинувшего их много лет назад. Они подозревают, что с туманами что-то не так, и эта «хмарь» лишает людей памяти, поэтому-то они никак не могли собраться в дорогу. По пути им встретятся опасности и люди, которые помогут им их избежать. А память будет и дальше дразнить их осколками воспоминаний. Супруги обретут новое знание о природе "хмари" и даже прервут свое путешествие, чтобы помочь избавить от нее людей. Беатрис окажется нездорова и Аксель будет трогательно о ней заботится, чтобы они могли вместе двигаться дальше.

Роман можно прочитать, как историческую притчу, а можно заглянуть глубже и предаться вместе с автором раздумьям о ценности человеческой памяти о любви и обиде, ненависти и смерти. Согласно историческому контексту, автор населит свой роман сказочными существами – эльфами, ограми, великанами, крепостями с рыцарями и драконами, да еще и вложит в уста своих персонажей куртуазный язык героев средневекового эпоса. Но все это только внешняя канва. Основной целью при выборе жанра исторического фэнтези, по словам автора, было отстраниться от современности как можно дальше, чтобы ничто не заслоняло главную рассматриваемую им проблему коллективной памяти и забвении, которое служит обществу и культуре как средство исцеления от жестокости прошлого. Но просматривается еще один, более тонкий и личный план – у писателя, перешагнувшего шестидесятилетний рубеж, есть причины задуматься об уязвимости человеческой памяти и способах существования со все уменьшающимися возможностями, что оставляет человеку природа.

Не знаю, имел ли ввиду автор, создавая эту окутанную туманами древней Англии реальность, еще и аллюзии на современность или у него это вышло случайно, но вопрос об исторической памяти сейчас как нельзя более актуален, особенно, когда СМИ так лихо, не хуже дыхания дракона, справляются с изъятием из людской памяти неугодной информации. Человечество, безусловно, должно стараться сохранить в памяти правдивую историческую картину мира просто потому, что в забытые лакуны слишком легко вкладывается любая искаженная информация. Что касается отдельной личности, то это большой вопрос, что лучше для человека – откопать этого великана памяти, или оставить его покоиться с миром, отпустить свои прежние страхи и обиды и радостно улыбаться всем или не иметь иллюзий и быть во всеоружии. В каком статусе будет человеку комфортнее – беспамятного идеалиста или лелеющего всю жизнь обиды мизантропа? Как кому ... И самое главное, обретя истину, что шепнуть перевозчику на последнем берегу, какой путь выбрать? Глубокая, метафоричная, полная неразрешимых вопросов книга, читайте!

Кадзуо Исигуро - один из любимейших моих современных авторов. Непрочитанных его книг у меня осталось не так много, буквально пара ранних работ, которых сейчас уже нет в книжных магазинах. Одну из таких редкостей мне все же удалось заполучить этим летом, а именно роман «Погребенный великан». Обычно от текстов Исигуро меня сложно оторвать, но вот впервые мне постоянно нужна была передышка.

Наши главные герои - это пожилая супружеская пара, которая пускается в путь в соседнее поселение, чтобы увидеть сына, лица которого они не помнят.. Это связанно с особенностью той альтернативной Англии времен короля Артура, в которую помещает нас автор. Этот мир окутан хмарью, которая делает человеческую память неустойчивой и смутной.

В пути они проходят через поселения саксов, сами они бритты. На момент их путешествия это дружественные народы. Но всегда ли так было? И насколько крепок этот мир? Придется им столкнуться и с церковью, но она в данном случае символизирует собой скорее не религию, а именно предубеждения. Также церковь неразрывно связана с властью, конечно же вместе с ее слепыми институтами насилия и правосудия.

Найдут ли они сына? Что скрывает в себе память? Встреченные ими люди станут ли им друзьями или врагами? Каковы собственно отношения между супругами? Кажется в романе Исигуро нет ни одного вопроса, на который можно было бы ответить однозначно, просто и быстро.

Время в романе закольцовывается, а пространство все более сжимается, что не мешает рассмотреть основную проблему романа как сверху, изучая вопросы коллективной памяти и вины, так и изнутри, с точки зрения индивида. Я бы даже сказала, что читателю придется проделать путь индивид - коллектив - индивид, что композиционно ставит жирную точку в структуре романа, но не в его проблематике.