Отзывы о книге Slaughterhouse-Five

Удивительно наблюдать, что многие книгу оценивают как фантастику. Книгу о войне, о её последствиях, о её мерзостях, о том, что только по истине жестокие и сумашедшие люди могут любить войну, о человеке который видел войну и это отразилось на его сознании, сбитый ритм и некоторая абсурдность повествования необходимы, чтобы показать то как работает разум Билли. Книга оставляет под сильным впечатлением, хочется отмыться изнутри, особенно в этому году. Конечно есть и более мерзкие и жестокие вещи в других книгах, но суть в контексте.

Если честно, это одновременно самая понятная книга с перемещением гг во времени и самая непонятная книга в плане смысла. Окей, автора можно похвалить за необычное повествование автобиографии с добавлением элемента фантастики, но нужно ли это было? Как по мне нет, потому что в конечном итоге ничего так и не раскрывается, ни жанр фантастики, ни биография бомбежки Дрездена, ни какая-то бытовуха гг. Порадовало только то, что книга небольшая и читается легко. Однако, если бы меня спросили про смысл книги или её пересказ, то сказать мне было бы особо нечего, потому что пользы с точки зрения истории о бомбежке Дрездена книга не несёт. Она несёт какие-то отрывки  мыслей писателя, отрывки фантастики, отрывки бессмысленной повседневности, поэтому не читая её, вы совершенно ничего не потеряете. Такие дела.

Когда я познакомился с Билли Пилигримом, главным героем романа "Бойня №5", я задал ему два вопроса: как оказалось, что он жил, и как оказалось, что он жив - и на это Билли, смеясь, ответил: - Потому что я СУЩЕСТВОВАЛ на САМОМ ДЕЛЕ. Разве ты думаешь, что старина Курт смог справиться с этой историей без моей помощи? Хотя мои друзья с планеты Тральфамадор периодически уверяют меня, что я голограмма - это всё потому что я подсадил их на романы Килгора Траута и они вбили в голову всякую фантастическую дребень, интересную, но всё-таки. ᅠ Затем я спросил у пришельцев, не обижаются ли они на Воннегута за то, что он раскрыл их существование: - В нас всё равно никто не поверил. Люди будут продолжать играться в войнушки, не обращая на нас внимание. Уж лучше один ненастоящий Билли, чем целая планета смотрящих в могилу живых мертвецов. Такие дела. ᅠ Я вернулся обратно к Билли и поинтересовался у него, что мне написать в отзыве, раз уж мне выпала возможность поговорить с первоисточником. Пилигрим оживился и сказал: - На одном сайте я прочитал такое описание моих приключений, даже выучил это наизусть: "тесное переплетение реализма, гротеска, фантастики, элементов безумия, жестокой сатиры и горькой иронии, выраженное в истории бомбардировки Дрездена". Но я бы сказал попроще, сынок: война - это дерьмо. Да-да, именно так, напиши это большими буквами в конце отзыва. ᅠ Напоследок я попотчевал дальних гостей чаем с сардельками, и они улетели. А я остался, и сейчас пишу по заветам Билли: ᅠ ВОЙНА - ЭТО ДЕРЬМО. ᅠ P.S. Во время оформления этого телеграфически-шизофренического отзыва мне в ВК мне прилетело сообщение от компании "Durex" с целью получения их стикеров. Старина Курт посмеялся бы от таких совпадений, я уверен.

Автобиографический роман, написанный Воннегутом в телеграфическо-шизофреническом стиле. Автор начинает с предисловия, в котором объясняет, как у него родился замысел написать роман о бомбардировке Дрездена, как он пытался подобрать нужные слова, собрать воедино воспоминания, и не мог, пока не стал старым. А далее главным героем выступает Билли Пилигрим, который попал на войну прямо с похорон своего отца и почти сразу -- в плен. Он путешествует во времени, поэтому действие романа разворачивается одновременно в нескольких временных пластах, а также на планете Тральфамадор, чьи обитатели отвергают «текучесть» времени; им известно все, что происходило и произойдет. Вьетнам, Дрезден второй мировой, пока еще стоящий в своем великолепии, зоопарк в Тральфамадоре, снова Дрезден, где живут и прячутся от бомбежек военнопленные и беженцы. Психиатрическая лечебница и знакомство с фантастическими романами Килгора Траута, который совсем не умеет писать, зато идеи у него что надо... И снова Дрезден. Сама бомбардировка в романе так и не показана, даже ее последствия ее – лишь скупым телеграфным стилем. Для Воннегута она настолько чудовищна и бессмысленно, что ее невозможно описать.

Мне непонятна радость тех, кто, прочитав книгу, после которой остались не самые приятные впечатления, радуются этому как дети, мол, смотрите, сколько у книги поклонников, а я — белая ворона, резко выделяюсь на вашем фоне и категорически не принимаю ваши восторги и восхищения. Меня, например, всегда очень расстраивает, когда книга, которую я прочитала, не только входит в список «must read», но и вызывает у большинства читателей нечто, схожее с экстазом. А что же я? А я в стороне и не могу разделить всеобщего фурора, потому что книга, возможно, и хороша, но на меня не произвела никакого впечатления.

Мне давно хотелось пополнить список прочитанного какой-нибудь книгой Воннегута, даже в книжном приобрела одно из его произведений (ту самую «Бойню №5»), но всё откладывала до лучших времён, предвкушая, как, перелистывая страницы, буду погружаться в мир, созданный американским писателем. Обидно, когда возложенные ожидания рассыпаются, как карточный домик под дуновением ветерка.

Я категорически не люблю такой язык изложения. Не знаю, в переводе ли дело или в оригинале ситуация ровно такая же, но односложные предложения и наигранная простота языка как-то по-особому плохо влияют на моё восприятие текста: начинает болеть голова в попытках следовать за мыслью, раздробленной на несколько предложений. А тут ещё скачки во времени и ужасно усыпляющий герой, который пугает своим аморфным состоянием. Я ждала войны, пусть не героической, но какой-то жуткой и пугающей, но она лишь маячила где-то впереди. «Попробуй догони», — шептала она и убегала, проскальзывая сквозь пальцы как мелкий песок. Но были некоторые детали: мыло из жира людей, ноги цвета слоновой кости с просинью, сжигание трупов из огнемётов. Это было пугающе, и жутко, и било чугуном по голове, и лишь по этому я не могу сказать, что книга плоха.

Я не знаю, какую оценку ставить, а потому ставлю ноль. Ноль равно ничего — это, к сожалению, то, что я чувствовала большую часть книги.

Странно выпало. Читаю вторую книгу подряд о войне, об участии США во второй мировой войне, в обеих книгах взгляд на войну с «той» стороны, и каждый претендует на достоверность.

Если бы не совет в игре, сама я вряд ли когда выбрала это произведение. Больше половины книги прочитала и всё недоумевала, что же тут так всем нравится. Непроизвольно думалось, зачем такую путаницу читать, зачем тратить время. Ну, ладно, думаю, книга небольшая, читается легко, закончу с чистой совестью, принятые обязательства нужно выполнять. К финалу снизошло и на меня. Прониклась. Надо читать и такие книги и стоит тратить на них время. Тем более, нас честно в самом начале предупредили о сумбурности изложения, о телеграфно-шизофреническом стиле повествования.

Курт Воннегут в своём вступительном слове пишет, что он долго «обдумывал книгу про Дрезден. Тогдашним американцам эта бомбежка вовсе не казалась чем-то выдающимся. В Америке не многие знали, насколько это было страшнее, чем, например, Хиросима. Я и сам не знал. О дрезденской бомбежке мало что просочилось в печать».

Конечно же, он осознавал, что «войны всегда будут и что остановить их так же легко, как остановить ледники. … И если бы войны даже не надвигались на нас, как ледники, все равно осталась бы обыкновенная старушка-смерть», и, тем не менее, считал себя обязанным написать эту антивоенную книгу и он прав, потому что и вода камень точит.

Насколько книга антивоенная мне судить трудно, не увидела ожидаемого: войны и героики в ней нет, невыносимых страданий и ужасов войны нет, рассказа о дрезденской бомбежке нет; есть одна страдающая душа и фрагменты, слегка касающиеся заявленной темы. Возможно, этого и достаточно, как и слезинки одного ребёнка, чтоб книга считалась антивоенной. Я не могу с этим согласиться. Странный маленький роман. Хаотичная, на первый взгляд, череда воспоминаний. У меня назойливо вертелся вопрос – Билли Пилигрим жил или только путешествовал по своей жизни? Он «много раз видел и свое рождение, и свою смерть и то и дело попадал в разные другие события своей жизни между рождением и смертью… Его перебрасывает во времени рывками, и он не властен, над тем, куда сейчас попадет». По его утверждению, по этим обрывкам памяти его перемещают инопланетяне.

Как я восприняла этот сумбур с путешествиями во времени – очень реалистично. Инопланетяне? Как знать? Возможно, однако, скорее всего их не было. Все отсылки к другой цивилизации (в романе) время от времени находят своё подтверждение в реальных земных событиях. Откуда такой посыл?… Почему трафальдорцы? Потому что начитался книг фантаста Килгора Траута и все события своей жизни пропускал сквозь сюжеты романов о далёкой чужой планете, где никогда никаких войн не было. Увидев в сомнительной книжной лавке старые книги любимого автора, он вспоминает сюжеты и его стремительно выносит из текущего времени. И так не единожды.

Инопланетяне живут только в его голове, думаю, что это, скорее, ощущения человека после авиакатастрофы, бесконечно проваливающегося в бессознательное состояние. Мысль его мечется, выхватывает случайные реальные события прошедшей жизни. Память услужливо подсовывает ассоциативные воспоминания. У него болит душа, его мучает совесть. Не за себя, ему нечего стыдиться, он ничего не сделал, ни плохого, ни хорошего. Ему больно за свершившийся вандализм, разрушение Дрездена. Никто не ждал бомбёжки этой жемчужины, немецкой «Флоренции на Эльбе». Никаких причин для этого не было. «Дрезден никогда бомбить не станут» - утверждал самый старый, среди них, детей, солдат Эдгар Дарби. Однако, нет! Самоутвердились воспитатели мира всего, выбрали самую красивую игрушку и жестоко её разломали.

Билли неустанно вспоминает всех погибших и умерших, как во время войны, так и до, и после неё: «Такие дела» - приговаривает после каждого воспоминания, словно говоря этим, что ничего не поделаешь. Первоначально эта фраза раздражала и казалась отстранённой и ёрнической. К финалу в этой фразе стала слышаться его личная заупокойная месса по усопшим. Личный реквием памяти. Такие дела.

Осторожно, в тексте реценции возможны спойлеры. Три года дороги так или иначе вели меня к этой книге. Каждый раз начиная с заливающего глотку восторга, книга прекращала интересовать меня примерно на середине по совершенно магическим причинам. Просто отбивалось желание брать ее в руки - напрочь. А сейчас бойня номер пять меня настигла и сцапала, как будто пришло мое время.

Когда делаешь несколько попыток в разные года взять книгу в руки и прочитать, невольно чувствуешь себя как Билли. Потому что этот момент уже был, а ты сам кажешься себе насекомым в янтаре, застывшем во времени с книгой в руках. Это уже было. Ты таким уже был. И ты снова идешь по снегу за смешной птицей-Билли в его разбитых сапогах, снова вслушиваешься в гудение времени, чтобы уловить его ход - или, может, отсутствие хода.

Сейчас эту книгу читать откровенно страшно. Три года назад было не страшно, а сейчас - очень. Но я не буду об этом, потому что я-то теперь точно знаю, что мир погибнет, потому что тральфамадорцы будут испытывать какой-то там свой космический корабль. И это пусть совсем немного, но успокаивает.

А еще - и это важно, об этой книге практически не хочется говорить. Она влияет иначе, не мыслями, которые как-то умно вербализуются. Книга оставляет ощущение недоговоренности, зависает в пространстве перед тобой - и понимай как знаешь, а если не знаешь и не хочешь понимать, просто пожми плечами и скажи спокойно "Такие дела". Зато по кирпичику она складывается внутри в сложную и странную конструкцию, которая, возможно, когда-нибудь и защитит от случайно попавшего снаряда - моя личная бойня номер пять, личное маленькое бомбоубежище.

Там шел бой. Люди там умирали. Такие дела (с)

13 февраля 1945 года Королевскими военно-воздушными силами Великобритании и США была начата серия бомбардировок немецкого города Дрезден, продолжавшаяся три дня. Вопрос о целесообразности этих военных действий обсуждается и по сей день. Курт Воннегут, в числе других военнопленных американцев, стал свидетелем этих ужасных событий и одним из немногих уцелевших. Этот эпизод театра военных действий глубоко отразился на мировоззрении автора и его творчестве. Роман автобиографичный и антивоенный. По мнению Воннегута, бомбардировка не была вызвана военной необходимостью. Погибло много мирных жителей и были разрушены памятники архитектуры. Роман был запрещен в США.

В этой книге нет привычных героев войны. Есть лишь уставшие и замученные люди. В ней вы не найдете образ "ужасного врага-нациста". Зато увидите людей, мечтающих о прекращении этого ужаса. Даже сама война покажется вам какой-то смазанной и нечеткой, особенно эпизод самой бомбардировки. Зато вы увидите чудовищные и бессмысленные смерти и осознаете бессилие человека перед злым и порочным миром.

События романа хаотичны и крайне не последовательны, ведутся от лица Билли Пилигрима, пережившего события Дрездена 45года с последствием в виде посттравматического синдрома. У него полностью стираются грани возможного и реальности, исчезают временные рамки, он существует в каждом моменте своей жизни, а не только в настоящем. Билли способен вернуться к любому временному кусочку своей истории , особенно к тем, что перевернули его жизнь. Где здесь реальность, а где плод больной фантазии Пилигрима - решение остается за читателем)

Мое первое знакомство с Воннегутом. Мне понравилось. Превосходная подача идеи и текста. Блуждание по реальностям Билли Пилигрима и поиск связующих точек. Фантастика и сатира. Философия и юмор. Побуждают меня читать его и дальше:)