Отзывы о книге Рэгтайм

Мечты, амбиции, обиды мелькают тут, как кадры черно-белого немого фильма. В примитивном, но уверенном ритме рэгтайма сменяют друг друга вымышленные и реальные персонажи мировой истории начала XX века. Роман - лоскутное одеяло их действий, страхов, одержимостей и идей. Иммигранты, шарлатаны, гении и революционеры, негры и евреи, промышленники и продюсеры, фокусники, меценаты и актрисы - все они суть этого романа, а значит, Америки XX века. Роман рваный, написан лихорадочно, широкими мазками, но ведь только таким он и может быть. Блестящее высказывание об исторических и личных метаморфозах, которые стали возможны в Америке сотню лет назад.

Тут много юмора. Скорости. Честолюбия. Секса. Денег. Несправедливости. Случая. Политики.

В общем, настоящий рок-н-ролл - зачеркнуть - рэгтайм.

пока я все не забыла.

после звучных названий татарской пустыни не очень верилось в красивые сочетания фамилии и произведения, но тут ведь как. несколько страниц это казалось чем-то унылым с замашкой на эпопею вокруг одной семьи, но потом я уловила авторскую волну. или переводческую.

мне стало казаться, что скрестили гюго и ремарка: у гюго забрали париж, у ремарка - абсент и тоску. зарисовка эпохи очень в стиле лирических вставок в отверженных и прочих творениях. получилось очень легкое полотно. и аэроплан гудини, и младший брат матери со своими бомбами и даже богатый дядя морган, уверовавший в то, что он фараон. размышления малыша о непостоянстве материи - это практически петрович и магический реализм. морган с фордом - это маленький масонский заговор.

очень приятно читается. кусочность во многих местах остается чем-то незавершенным. курьезы и факты из жизни великих перекликаются с возлушным вымыслом. форд, кинематограф, эдисон, оккультизм, борьба за равенство, гордость цветных пианистов и непрерывный рэгтайм

Мальчик не знал, что он слушает Овидия, да это и не имело значения. Дедушкины байки внушали ему, что формы жизни неуловимы, летуче-изменчивы и в принципе все что угодно в мире может быть чем угодно иным. В своих повествованиях старик часто без предупреждения соскальзывал с английского в латынь и обратно, и это лишний раз убеждало мальчика в том, что ничто в мире не застраховано от изменчивости, даже язык.

По удивительному совпадению в этот момент нашей истории угрюмый романист Теодор Драйзер ужасно страдал от плохих рецензий и мизерной продажи своей первой книги "Сестра Керри". Он был разбит, не мог работать и стыдился смотреть людям в глаза. Он снял меблирашку в Бруклине и сидел там на деревянном стуле посреди комнаты. Однажды он решил, что стул смотрит в неверном направлении. Изъяв свое тело из стула, он взял последний двумя руками и повернул вправо, то есть приблизил его к истине. На минуту он подумал, что добился своей цели, но тут же жестоко разочаровался. Он еще раз повернул стул вправо. Посидел на нем немного, но снова почувствовал себя не в своей тарелке. Еще один поворот. В конечном счете он описал полный круг, но так и не нашел истинного направления. День угасал за грязным окном меблирашки. Всю ночь Драйзер поворачивал свой стул по кругу в поисках верной магистрали.

Многие люди полагали, что грязь, голод и болезни — это просто следствия моральной дегенерации иммигрантов. Риис был не из этого числа, он верил в вентиляцию.

В действительности же он продолжал торчать у зеркала, так как открыл, что при помощи этого предмета может как бы раздваиваться. Он пристально смотрел на себя до тех пор, пока не оказывалось, что две особи смотрят друг на дружку, и даже невозможно сказать, какая из них реальная. Возникало ощущение потери тела. Он как бы утрачивал собственную персону. Головокружительное чувство отделения от самого себя, миг бесконечности. Он погружался в этот процесс настолько, что не мог из него выйти, хотя сознание оставалось ясным. Приходилось полагаться только на вмешательство извне – шум или изменение света в окне, которое отвлекло бы внимание и помогло воссоединиться в целое.

Впервые познакомилась с этой книгой на уроке английского - там мы читали в оригинале отрывок о посещении Колхаусом дома Родителей и его игру на инструменте. Текст поразил своим особенным ритмом - рэгтайм звучал в словах, в предложениях. Музыка лилась со страниц. И вот было решено прочитать произведение полностью - в оригинале не нашлось, взяла в переводе. Совершенно другое впечатление. Политика, жестокость трущоб Нью-Йорка, косность людей старой закалки, сила других и их тяга выжить любой ценой. Любовь, расизм, стачки, фокусы Гудини, первый серийный автомобиль. Немного разрозненное нагромождение историй в первой половине переходят в мощное развитие сюжета и сплетение всех линий в одну, потрясающую по своей силе. Сильное, острое, по-настоящему неожиданно взрывное произведение - достойная история своего времени.

P.S. А вот от перевода я не в восторге..

Хочется иногда прочитать т.н. "великий роман",знаете ли,так я и набрела на "Рэгтайм".С бухты-барахты окунулась в мир Эвелин Несбит,Гудини,ДжейПиМоргана и околотого.Некоторых я знала,о некоторых узнала.Роман сделан мастерски,слог отточен,стиль не подкопаешься.Что тут от автора,что от переводчика,я не знаю,но вот слово "бьютифульные" говорит о том,что товарищ Аксёнов заигрался,поэтому хорошо,что роман закончился.Что я вынесла из него?Ну...Такой полёт над гнездом Америки начала 20-го века:тут убили известного архитектора,тут Гудини залез в бидон,рядышком Драйзер в депрессии,неизвестный отец неизвестного семейства отчаливает к Пири искать полюс,тут же в Америку приезжает Фрейд,не понимает её и валит в Европу,Гудини любит маму,анархистка встречает Несбит,Форд приходит к Дж.П.Моргану итсетра...Ну и венчает всё история становления антирасизма на отдельно взятой печальной судьбе негра-музыканта.Всё ок,можно читать,просвещаться,но мне роман в конце изрядно поднадоел именно вот этой своей всеохватностью,тяжеловесно стало парить надо всеми сразу,захотелось какого-то уединённого и камерного сюжета с обилием диалогов.Но роман хорош тем,что даёт представление об эпохе рэгтайма,американцах и их национальном характере,становлении индустрий и их легендарных начинателях,ну там о котле,в котором плавилась и закалялась американская сталь,как сказали бы какие-нибудь высокопарные критики.

«Регтайм» - пожалуй, самое известное произведение американского произаика Эдгара Доктороу. Но что же означает само слово «регтайм» и какая у него смысловая нагрузка? Регтайм – жанр американской музыки, один из предшественников джаза, которым пропахли все Соединённые Штаты в начале ХХ века.

В своём романе Доктороу решил открыть глаза своим соотечественникам и всему миру на историческое прошлое Америки. Следуя этой цели, писателю удалось создать остросоциальное произведение, объединив в нём множество важных событий, и ещё больше значимых личностей.

Опираясь на все проблемы начала двадцатого столетия, выкладывая кирпичик за кирпичиком контраст «демократической» Америки, романисту удалось передать всю атмосферу того времени. Тут затронули и вопрос огромного количества иммигрантов, и права женщин, права афроамериканцев и так далее. Но писателю удалось подать это всё в разреженном виде, не напрягая читателя негативными мыслями и эмоциями.

К счастью, Доктороу не навязывал решение проблем какими-то радикальными методами, никого не призывал к действиям. Просто он подчеркнул сам факт наличия проблем, условно сказав: «Да, ребятки, тут есть над чем помозговать и есть над чем работать. Но это уже не в моей компетенции».

Что же по поводу действующих лиц? Первые страниц пятьдесят этой книги вызывали у меня негодование, и норовили задать вопрос «Что здесь вообще происходит?».

Обусловлено это тем, что повествование представляет из себя исторический водоворот персонажей и событий, от которых кругом идёт голова. А связующим звеном выступает одна семья, имена и фамилии членов которой автор не упоминал. Члены вышеупомянутой семьи в определённые сюжетные моменты книги знакомятся с разными знаменитостями, среди которых есть и Теодор Драйзер, и Генри Форд, и Зигмунд Фрейд. Связать их отдельно между собой кажется непростой задачей, но автор справился с ней довольно непринуждённо. И вы будете в восторге от того, как у него это получилось.

Но даже не это является главной особенностью. Той фишкой, которая мне больше всего понравилась в книге, является его натуральность. Не в плане отсутствия ГМО, а в плане того, что те люди, которых мы можем увидеть на учебниках по истории, показываются нам с другой стороны. Весомые личности, которые оставили после себя след, показываются как обычные люди, которым свойственны типичные слабости, пороки и эмоции. Тем самым автор убирает мнимые различия между читателем и условным Фордом, показывая, что все мы живые люди со своими недостатками.

Вот только представьте себе в голове ситуацию, когда Гари Гудини, вися головой вниз на уровне двенадцатого этажа, понимая, что выберется из цепей слишком быстро, начинает разговаривать с жителем этого дома, дабы хоть как-то накалить обстановку среди своих зрителей. Такого цирка в книге предостаточно, и это страшно увлекает в пучины повествования.

По итогу вырисовывается картина отличного романа, который затягивает в себя неординарным развитием сюжета, а также новым взглядом на исторические события и личности.

Настоятельно рекомендую к прочтению абсолютно всем, ибо даже представить себе не могу, кто сможет устоять, и не притопывать в ритме регтайма на протяжении всей книги.

Рэгтайм - жанр американской музыки, популярной в 1900-1918 годы. Он является предтечей джаза и представляет собой ритмичные, «разорванные» мелодии. Нет, этот роман не о музыке, а об истории США начала XX века, символом которой как раз и служил рэгтайм. Начало нового века, который принесет революции, научные открытия, сексуальную свободу, мировые войны и борьбу за справедливость. Автор показывает все пороки и проблемы той эпохи, соединяя исторические события и фигуры (Моргана, Фрейда, Гудини, Форда, Драйзера и многих других) с вымышленными. Но главные герои романа - две семьи (преуспевающая и бедная). Кажется, что между ними нет ничего общего, но на протяжении повествования они «идут» навстречу друг другу. Роман рассказывает нам о привычках общества, иммиграции, социализме, проблемах бедности и расизма, зарождении кинематографа и общества потребления. Интересный роман с необычной манерой повествования о мире, который застыл между старым золотым веком и новым прогрессирующим.