Вечное возвращение
На дверях и засовах простирается прах, Пред вратами разлилось запустенье. Ворот Преисподней едва достигнув, Иштар уста открыла, вещает, К сторожу врат обращает слово: "Сторож, сторож, открой ворота, Открой ворота, дай мне войти. Если ты не откроешь ворот, не дашь мне войти, Разломаю я дверь, замок разобью, Разломаю косяк, побросаю я створки. Подниму я усопших, едящих живых, Станет больше живых тогда, чем усопших".
Ассиро-Вавилонские боги очень темпераментны. Иштар, богиня любви, обещает выломать двери в Преисподнюю, если ее сейчас же туда не впустят. Если сломать врата Преисподней, мертвые оттуда уйдут. Так нарушится равновесие между загробным миром и миром живущих - а это величайшее из возможных зол, и этого совсем никто не хочет. И, поразмыслив, подземные боги позволяют Иштар войти. ... У каждых из семи дверей в Преисподнюю привратник снимает с богини часть одеяния, и она - одну за другой - теряет свои волшебные силы.
В одни врата ее ввел и снимает, убирает большую тиару с ее головы. "Зачем убираешь ты, сторож, большую тиару с моей головы?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В другие врата ее ввел и снимает, убирает подвески с ее ушей. "Зачем убираешь ты, сторож, подвески с моих ушей?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В третьи врата ее ввел и снимает, убирает ожерелье с ее шеи. "Зачем убираешь ты, сторож, ожерелье с моей шеи?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В четвертые врата ее ввел и снимает, убирает щиточки с ее грудей. "Зачем убираешь ты, сторож, щиточки с моих грудей"?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В пятые врата ее ввел и снимает, убирает пояс рождений с ее чресел. "Зачем убираешь ты, сторож, пояс рождений с моих чресел?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В шестые врата ее ввел и снимает, убирает запястья с ее рук и ног. "Зачем убираешь ты, сторож, запястья с моих рук и ног?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
В седьмые врата ее ввел и снимает, убирает платочек стыда с ее тела. "Зачем убираешь ты, сторож, платочек стыда с моего тела?" "Входи, госпожа! У царицы земли такие законы".
... Есть более древний миф о другой, более древней, богине любви - шумерской Инанне, также сошедшей в мир мертвых. Миф об Инанне начинается с описания того, как она величественна: - с перечисления семи - или тринадцати - храмов, из которых одновременно уходит богиня, - с описания семи магических сил, которые заключены в ее украшениях, - с ее указаний своему визирю. А поэма о вавилонской богине Иштар более трагична. Она начинается не с описания величия богини, а с описания того места, куда она отправляется - "Страны без Возврата":
Склонила Синова дочь свой дух пресветлый К обиталищу мрака, жилищу Иркаллы. К дому, откуда вошедший никогда не выходит, К пути, на котором дорога не выводит обратно; К дому, в котором вошедший лишается света, Света он больше не видит, во тьме обитает; Туда, где питье его - прах и еда его - глина, А одет он, словно бы птица, одеждою крыльев.
... Поэма "Сошествие Иштар в Преисподнюю" современному читателю может показаться несвязной. Это компиляция фрагментов древних вавилонских стихов, спаянных между собою более поздними строками. Библиотекарям царя Ашшур-бан-апала сказание казалось настолько общеизвестным, что они и не стремились передать все подробности происходящего. Они сосредоточились на другой стороне истории - как страшно даже не в Преисподней, а в мире, откуда ушла богиня любви и где не может появиться ничего нового. ... Как и всякая история о вечном нисхождении в Преисподнюю и о вечном оттуда возвращении - поэма об Иштар скорее о бесконечности круга жизни, чем о неизбежности смерти. Зачем же богине Иштар так нужно было попасть в Преисподнюю? В поэме соединились два мифа. Один из них - о плодотворящем боге Таммузе, на полгода умиравшем и уходившем в загробный мир, куда за ним следовала Иштар. Другой - об утренней Венере, планете посвященной Иштар, которую в определенное время года сменял на небе Марс, соотносимый со злыми силами. ... Вавилонские боги же могут создать кого-то, просто об этом существе подумав, и оно появляется сразу - уже взрослое, разумное и готовое выполнить то, что от него хотят:
Эа в глуби сердечной задумал образ, Создал Аспамира, евнуха: "Ступай, Аспамир, к вратам Преисподней лик обрати, Семь ворот Преисподней пред тобой распахнутся"...
Однако они заинтересованы в том, чтобы жизнь на Земле продолжалась сама собой. Видимо, существа со своей судьбой, не ограниченной какой-либо миссией, богам необходимы. ... Как было уже сказано, вавилонские божества очень темпераментны и чувств своих не скрывают, что страха, что гнева, а что и веселья:
Эрешнигаль, такое услышав, Словно срубленный дуб, в лице пожелтела, Как побитый тростник, почернели губы...
В оригинале - не дуб, а тамариск. Но образы засыхающих растений и деревьев как нельзя лучше подходят владычице подземного мира. Также легко боги переходят к проклятьям, но отведя душу, легко о них забывают:
Эрешнигаль, такое услышав, Ударила бедра, прикусила палец. "Пожелал ты, Аспамир, чего не желают! Я тебя прокляну великою клятвой, Наделю тебя долей, незабвенной вовеки: Снедь из канавы будешь ты есть, Сточные воды будешь ты пить, В тени под стеною будешь ты жить, На черепицах будешь ты спать, Голод и жажда сокрушат твои щеки".
... Поэма "Сошествие Иштар в Преисподнюю" сохранилась в единственной записи - на глиняных табличках, составленных в VII веке до н.э. вавилонскими учеными для библиотеки царя Ашшур-бан-апала. Это была крупнейшая библиотека Древнего мира. Она находилась в Ниневии, и туда свозили книги со всех концов Древнего Востока - и распределяли их по областям знаний. Библиотека была сожжена завоевателями, но уцелевшие глиняные таблички от обжига стали только крепче. Часть из них была найдена при раскопках и переведена - и, оказалось, что мифы и поэмы Шумера, Вавилонского царства и Ассирии не так уж далеки от нашего понимания, несмотря на прошедшие тысячи лет. Перевел поэму Владимир Шилейко - один из немногих переводчиков клинописи, поэт и востоковед, знавший все о древней истории Междвуречья и шумерских царях. ... Древние поэмы было принято петь, причем делали это так, как это до сих пор принято у нынешних кочевых народов. Сказитель там не только ведет рассказ, но и отвечает на реплики зрителей, импровизируя. Его собираются послушать, когда садится солнце.
6 понравилось
