Есть ты, и есть другая часть тебя, которая на тебя смотрит и удивляется, но ничего поделать не может, как Я и Оно. Впрочем, нет, может. Если напишет роман. Талантливый роман, рожденный из глубин своей души, из обнаженного сердца, в тишине, пока никто не мешает. Иногда, это карцер... Не то место, ну что ж... Ты сам себе тюрьма и сам себе свобода...
Если б не правая колонка книги "Glas" Жака Деррида, где он опирается на творчество Жана Жене и, в основном, эту книгу, то и не выйти бы мне на неё, разве что случайно наткнулась бы на красивую обложку, не найдя мотивации для такой тематики.
Бесспорно, в первую очередь эта книга будет интересна всем, кто интересуется криминальной психологией. Сюжета как такового и динамики тут нет. Это динамика иного рода: как меняется мировосприятие главного героя (сам Жене), его психологическое становление.
А причем тут Деррида, если на то пошло? Деррида опирается на пример Жене как показательный для своих целей в пределах философской теории познания, используя "тюрьму" как метафору. И ещё тему "смерти". Но и сам Жене явно проявляет склонность к философской рефлексии. Недаром уж он тоже писал для постмодернистского журнала "Тель Кель"...
Прежде всего хочу сказать о книге Жене, что никакие утверждения на первых страницах (как и последующие) не нужно воспринимать как окончательные. Становление происходит постоянно. Автор, как я уже сказала, временами может посмотреть на себя и на всю свою ситуацию со стороны, но через себя не перепрыгнешь. Он не только в тюрьме в прямом смысле, он — сам себе тюрьма и понимает это.
"...потому что тюрьма во мне самом, а тюремные клетки — это клетки моей кожи".
"Я теперь действую и мыслю лишь с точки зрения тюремной логики, моя жизнь ограничивается лишь её рамкой".
Однако, автор скромничает, поскольку его роман-размышление явно выходит за эти рамки. Причем это не просто рефлексия без интроспекции. Тут есть и интроспекция и необходимость проанализировать, дать оценку происходящему.
Я далека, чтобы оправдывать деяния таких людей, когда они ими ещё и гордятся. Однако и не каждый может вот так об этом рассказать. Тут трансгрессия в действии переходит в трансгрессию в мышлении в постмодернистском, то есть хорошем смысле (именно как выход из тюрьмы внутри себя, а не за рамки закона). Обычно уголовники не очень-то мыслящие люди.
Недолюбленность с ранних лет плюс влияние окружения, когда большую часть времени он находился исключительно среди неблагонадёжных личностей мужеского полу, оказавшись в равных условиях и на одном уровне с ними, не могло не подмять его самого под их ценности и представления и привело к болезненному чувству любви чуть ли ни ко всем подряд уголовникам. Любовь зла, когда тебе невыносимо хочется любви — полюбишь и столб, если кто-то скажет, что это очень высокий и худой человек, просто чрезвычайно молчаливый. (Тут невольно вспоминается "Песочный человек" Гофмана, когда главный герой Натанаэль влюбляется в деревянную куклу, приняв её за живого (но молчаливого) человека).
Однако любить искренне он мог уголовников до тех пор, пока всерьёз не задумался о призрачности и ложности их ценностей. Пока сам некритично мог восхищаться их дерзостью, авторитетностью в уголовном мире, показной силой. Тем не менее, даже поначалу он особенно восхищается ими тогда, когда их сила попрана силой закона, и уголовник приговорён к казни. Иные обретают величие через наказание и смерть, высвобождая Оно на свободу. Я и Оно как они есть.
Жан Жене одарен творчески, поэтому его непрерывное состояние любви — это состояние творчески-вдохновенного восприятия действительности даже такой действительности.
С этой точки можно смотреть на каждого человека, даже самого отъявленного уголовника, который забыл, когда был человеком. Но Жене не наивен. Он понимает в общем с кем имеет дело. Но и адаптацию никто не отменял, на фоне которой, тем не менее, наказание и смерть — то, что возвеличивает таких как Аркамон. Посудите сами, вы бы хотели искать Оно в человеке, который сам его в себе давно похоронил? Погребальный звон. Дзынь-дзынь... Ну так Жене даёт ответ... Повосхищавшись и налюбившись тех, кто попадается под руку... кому ещё хуже в силу своей отъявленности...
С этой точки зрения, да и вообще с любой точки зрения, роман даже гениален. Что для меня оказалось, мягко говоря, неожиданностью. Поистине, этот роман о тюрьме можно назвать расширяющим сознание.
Хотя реалистичные подробности типа туалета в дисциплинарном зале, конечно же, вызывают отвращение. Но ведь тоже метафора, мать его ети... Но это ещё цветочки... бутончики розы, я бы сказала, учитывая то, что будет в конце... Вскрывать значение метафоры "роза" и в связи с Плантогенетами, и без всякой связи с ними, ну, просто уже нет душевных сил...
75 понравилось
