Урок немецкого

Зигфрид Ленц (1926—2014) — известный современный немецкий писатель; на протяжении десятилетий он был одним из лидеров антифашистской литературы ФРГ. В книгу вошел знаменитый роман «Урок немецкого».

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

46 оценок

5
61%
4
28%
3
7%
2
2%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 61Хотят прочитать 462

Рецензии

DeadHerzog
3 июля 2017
Начну, пожалуй, за упокой. Книга такая же серая и унылая, как и описываемый автором Шлезвиг. Читать это мучительно, муторно и скучно. Стиль у Зигфрида Ленца тяжелый, пробираться сквозь текст трудно. Иногда я вырубался на минуту, читая на автопилоте, а когда приходил в себя, понимал, что ничего не пропустил - текст не изменился, событий не произошло, герои на тех же местах, автор продолжает монотонно описывать чаек или дамбу. Избыточное пустословие: там, где можно обойтись парой предложений (тем более, что у Ленца они длиннющие и переусложненные), автор изливается на целую страницу, если не на две; да, это формирует особый авторский стиль и создает определенную атмосферу, но вместе с тем изрядно утомляет и даже удручает. Кажется, что книга стала классической еще до выхода и тут же покрылась библиотечной пылью. Поначалу бесили (потом привык) удручающие самоповторы: то, что место действия, Ругбюлл, является самым северным полицейским участком Германии, сообщается едва ли не на каждой странице. Имя своего отца герой не способен упомянуть не присовокупив сообщение о Ругбюлле и его географическом местоположении. Много бессмысленных метафор, вымученных сравнений, ненужного пафоса - то ли поза у автора искусственная, то ли выражение лица: слишком уж он старается писать правильно, по лекалам.
В принципе, в книге поднимаются довольно важные темы - художник и власть, отцы и дети, борьба долга с совестью, но ярче или интереснее она от этого не становится. Все очень буднично, даже из рядя вон выходящие события выглядят не намного ярче обычной рутины - авианалет, смерть, арест, дезертир: все смазывается и поглощается голштинским болотом. Конечно, на этом фоне конфликт художника, которому Берлин запретил рисовать, и местного полицейского (по совместительству друга), вынужденного этот запрет приводить в исполнение, выглядит четче, выпуклее и злее, как бы поднимая двух этих персонажей над плоской равниной северной Германии. Впрочем, ближе к середине книге все эти серые пятна начинают образовывать внятную и цельную картину и становится не то что бы интересно, но по крайней мере понятно, что за историю (точнее, две истории, разнесенные по времени) автор рассказывает и что старается донести до читателя.
Закончу за здравие. Самое интересное, что несмотря на все вот это мое нытье и придирки, я понимаю, что роман очень серьезный и глубокий и весь такой... Не знаю, как сказать - сильный роман, как говорится, "современная классика". Просто не зацепило меня, читать тяжело, немецкий очень сложный, нужен довольно высокий уровень понимания. Суровая такая драма, про суровых людей в суровых условиях (климатических и политических); вроде ничего особенно не происходит, но окружающий мир потихоньку рушится и ничего с этим не сделаешь. Так что книгу я оцениваю высоко, но сказать, что она мне понравилась, не могу.
Читать далее
22 понравилось
3,4K
Murlakatam
1 ноября 2013
Тяжело мне далась эта книга.
Читается тяжело, хотя язык и структуру произведения нельзя назвать тяжелыми. Повествование начинается с конца истории и только к последним страницам книги мы понимаем завязку и последовательность событий.
Хоть книга и позиционируется как антифашситская, фашизм и его проявления в книге, на мой взгляд, являются фоном и усиливающим эффект книги средством.
На самом деле, книга о маленьком мальчике и драме, имевшей место как в семье ребенка, так и обще государственной драме.
Ребенок растет в семье, где авторитарная мать и ограниченный отец полицейский, исполняющий свой долг в самой северной точке Германии. Перед нами разворачивается не только драма одного мальчика Зигги, а драма всех трех детей этой семьи. Да, основной акцент сделан на Зигги и его душевное состояние и его взросление рассматривает под микроскопом автор. Но драмы двух старших детей, лишь усиливают портрет родителей и, в особенности, отца - ругбюльского полицейского.
Если читатель внимательный, то он обратит внимание, что отец главного героя не с первой страницы книги такой отталкивающий и мелкий человек как мы видим его к концу книги. Это преображение идет достаточно быстро, автор отдельными штрихами, словами, деталями из обычного заштатного полицейского рисует фигуру властителя душ и мыслей окружающих. Радости исполнение долга становятся маниакальными и перечеркивают все: от многолетней дружбы до собственных детей.
Конечно, маленький ребенок растущий в такой атмосфере, но в тоже время в душе он светлый и открытый всем прекрасному мальчик не может быть не задет авторитетом и властью своего отца. Он вынужден разрываться между тем, что НАДО и тем, что ХОЧЕТ.
По большому счету, трагедия одной семьи и одного маленького местечка, мы видим трагедию целой страны. Но это, если соотносить содержание и те времена, в которые происходят события. Если абстрагироваться от конкретных дат, таких радостей исполнения долга мы и сегодня можем видеть огромное множество.
Читать далее
14 понравилось
1,3K
Snake_Gagarin
19 апреля 2016
Книга далась тяжело, и дело не в её объёме и даже не в избранной автором тематике - стиль повествования очень тягучий, нельзя сказать, что тяжеловесный, но в то же время не скажешь, что читается легко. Она просто очень медленная и очень мрачная.
Почему мрачная, понятно и объяснимо: 1940-е годы в Германии - это в принципе тяжёлая тема (как, впрочем, полагаю, и 1940-е годы во многих других странах), хотя о фашизме как таковом здесь не говорится напрямую. Это скорее фоновая информация, то, что оказывает влияние на все описываемые события. А в центре повествования - семья полицейского, который слишком серьёзно подходит к исполнению собственного долга, тем самым калеча собственных детей. Что интересно, отец семейства, в отличие от откровенно малоприятной матери, не выглядит таким уж монстром поначалу, однако по мере развития событий тёмная сторона постепенно и отчётливо выползает на передний план. При этом было ощущение, что на протяжении всей книги образу полицейского Йепсена противопоставлялся образ художника Нансена, и в итоге можно говорить и о противостоянии таких явлений, как служение закону и служение искусству. Нансену запрещено творить, но он продолжает писать картины, потому что в этом его призвание. После войны, когда его реабилитируют и снимают запрет, Йепсен продолжает жечь его картины, несмотря на то, что, по сути, больше не имеет на это права. Очевидно, просто потому, что видит в этом своё признание. Эти двое как будто на разных концах одной оси координат: очень разные, но в то же время чем-то, безусловно, похожие друг на друга.
Но главные герои здесь не они, а Зигги - обычный мальчик, чьё детство выпало на тяжёлые времена, и это, безусловно, должно было наложить определённый отпечаток на его личность, но фактически куда большее влияние на него оказал фанатично следующий некому своему долгу отец (и авторитарная мать, безусловно, тоже, но отец всё-таки, пожалуй, в большей степени). Страшные всё-таки люди те, кто всеми силами стремится соответствовать какому-то ими же самими выдуманному идеалу. В итоге получается: сын дезертировал из армии - они отрекаются от сына, плевать, что он ранен и может умереть, для них он и так уже умер. Не нравится жених дочери - нужно выгнать жениха дочери, если понадобится, то и вместе с самой дочерью. Жених, что характерно, музыкант - выходит, что родители Зигги и его брата и сестры вообще напрочь отказываются признавать искусство. Сам же главный герой со временем также превращается в своеобразный антипод собственного отца: если тот одержим уничтожением произведений искусства, то сын одержим их спасением, причём даже тогда, когда спасать их по сути не от чего и не от кого. Что интересно, наверно, такой вариант можно было предвидеть ещё в начале книги, потому что там неоднократно упоминалось о страсти Зигги к собирательству - сначала коллекция ключей и замков, потом картинки в тайнике на мельнице. Но в тот момент об этом почему-то не очень задумываешься. И, когда задаёшься вопросом, а как Зигги вообще очутился в колонии, в голову приходят самые разные варианты (лично мне вообще нарисовались всякие ужасы про то, что он прикончил папашу), но только не единственно верный в данном случае вариант.
Ну, по крайней мере, приятно осознавать, что мальчик всё-таки не совсем псих и даже без особых криминальных наклонностей.
Интересно и само построение сюжета - обо всех событиях мы узнаём из записок самого Зигги, точнее, из сочинения, которое он пишет, заработав в колонии штрафной урок по немецкому. И о том, что привело его ко всему этому, мы узнаём лишь в самом конце, предварительно довольно подробно ознакомившись со всем тем, что предшествовало настоящему моменту.
Забавно, но вся книга - это и правда один длинный урок немецкого. И все вокруг удивляются, зачем парень добровольно отправился в столь длительную ссылку в одиночную камеру, хотя и мог сдать готовое сочинение в один из первых же дней. Но эта добровольная ссылка, очевидно, здорово помогла ему разобраться в самом себе. И всё же есть смутная надежда на то, что освободившись, он всё-таки сможет нащупать верную дорогу, и всё у него сложится.
Читать далее
9 понравилось
1,5K