Молчание ягнят

– Ox-ох-ох, так меня перетак... - произнесла она вслух и спустила ноги на пол.

– Ты что там, соблазняешь какого-нибудь слабоумного, Старлинг? - раздался голос Арделии Мэпп. - Протащила его сюда, пока я спала, а теперь учишь, что делать? Я ведь все слышу, ты не думай...

– Извини, Арделия, я просто...

– С ними надо выражаться более аккуратно, а не так, как ты. Соблазнять слабоумных - это все равно что писать статью для газеты. Им надо все объяснить: что, когда, где и как. Что же касается «почему», то это со временем станет ясно само собой.

Следом на экране возникло имя «Чилтон» с добавлением странных цифр: С33013611 TN406.

Тихое попискивание компьютера не разбудило Крофорда, но пару минут спустя это сделал звонок телефона. это был Джерри Барроуз, который по-прежнему сидел на «горячей линии» прямой связи, просматривая все сообщения, поступающие из Национального центра криминальной информации.
– Джек, видел, что у тебя на экране

– А что конкретно заставило вас бежать? Что послужило толчком?

– Не знаю.

– А мне кажется, вы знаете.

– Я думала об этом все время...

– Что заставило вас бежать, Клэрис? В какое время вы ушли с ранчо?

– Рано утром. Еще темно было.

– Значит, вас что-то разбудило. Что именно? Сон? Какой сон?

– Я проснулась и услышала блеяние ягнят. Я проснулась в полной темноте, и там блеяли ягнята.

– Они, стало быть, и ягнят забивали?

– Да.

…

– А когда вы уходили в темноту, вы слышали, что там, сзади, где горит свет, все еще блеют ягнята?

– Недолго. Их ведь было не больше дюжины.

– Вы и теперь иногда просыпаетесь, правда? Просыпаетесь в полной темноте и слышите, как блеют ягнята...

– Иногда.

– Как вы думаете, если вам лично, самой удастся поймать этого Буффало Билла, если вы спасете Кэтрин Мартин, это заставит ягнят замолчать? Как вы считаете, это и им поможет? И вы тогда перестанете просыпаться в темноте и слышать, как блеют ягнята? Как вы думаете, а, Клэрис?

– Да. Не знаю. Может быть.

– Спасибо, Клэрис!

Доктор Лектер выглядел странно удовлетворенным.

…

- До свидания, Клэрис, - произнес доктор Лектер. - Вы мне сообщите, если ягнята когда-нибудь замолчат?

- Да.

Пембри взял ее за локоть. Надо было идти.

– Да, — повторила она. — Я вам сообщу.

– Обещаете?

– Да.

Старлинг легко было вообразить ее погруженной в себя девицей из школы-пансиона, безразличной и невосприимчивой - из тех, кто не умеет слушать. Старлинг знала, что ей следует быть в этом отношении очень

осторожной, не давать воли предубеждениям и пред-рассудкам. Старлинг тоже отбыла свой срок в нескольких таких школах, живя на стипендию; отметки ее были много лучше, чем одежда. Она знала детей из богатых, но неблагополучных семейств: они почти никогда не уезжали из школы домой. На многих из них ей было совершенно наплевать, но мало-помалу она поняла, что невнимание и невосприимчивость бывают иногда сознательно избранным средством оградить себя от боли и часто неверно понимаются как отсутствие глубины и безразличие ко всему и вся.