Крупная рыба

Что есть правда? Где она эта реальность? Все мы видим мир по своему и рассказываем о нем тоже по своему. Вечные фантазеры кажутся нам чудаками, но они меняют мир, вернее заставляют на него посмотреть их глазами и увидев его таким у нас есть возможность прикоснуться к волшебству которого так часто не хватает в жизни. Вот эта книга такая, она дарит возможность побывать в волшебном и забавном мире фантазий...

В книге сын вспоминает истории рассказанные отцом о своей жизни, они часто выглядят крайне не правдоподобно, с долей (а иногда и не долей) волшебства. Честно говоря я на протяжении всей книги жалела сына который хотел разобраться в том кто его отец, понять какую жизнь он прожил, но у него это не выходило. Но если абстрагироваться от этого, то книга вполне себе ничего, забавная, но совсем не тянет перечитывать, та и вообще не совсем мой жанр.

Читая рецензии на книгу поняла, что нужно и экранизацию посмотреть, возможно она мне понравится больше.

Вечный типаж – «мечтатель». Совершенно не приспособлен к «нормальной» жизни. Обычные жизненные ценности (успех, деньги, семья) неизбежно оказываются на втором, а то и на третьем, десятом плане. У этого человека главное – его воображение. Если воображение по каким-то причинам начинает сбоить, это воспринимается, как окончание времен, прочее обессмысливается, жить уже не хочется. А вот если оно работает на полную…

Есть же «финансисты от Бога». И «семьянины от Бога» тоже есть. Значит, и мечтатели ничем не хуже. Пытаться изменить их, втянуть в привычное, навязать им «серьезные» обязательства – это глупо, это наивность. Человек не может (и не должен!) изменять себе во имя чьих-то пожеланий. Либо любите и принимаете мечтателя таким, либо… оставляете его с его же воображариумом.

Главный герой «Крупной рыбы», Уильям Блум, пытается помириться с характером своего умирающего отца. Уильям, что можно заметить, – человек рациональный, привыкший жить в естественном мире, человек без потребности время от времени уходить от него в невероятные фантазии. А Эдвард, отец, – полная его противоположность. Он больше живет в мечтаниях, чем в реальности. И для него это – нормально.

Можно уверенно заявить: как муж и отец Эдвард Блум не состоялся. Домашнее хозяйство, поддержка жены, воспитание сына – этому он регулярно изменял со странствиями, приключениями (вымышленными и нет), со сказками о великанах и волшебницах. Но можно ли его винить за это? Попытайся он стать великолепным семьянином, ничего хорошего бы все равно не вышло. Душою он был бы не с близкими. Он жил, как чувствовал, а члены его семейства принимали его выбор. Они могли бы оставить его, найти лучшего мужа, лучшего главу семьи – но так ли важно любить «лучшего» человека?

У Дэниела Уоллеса получилась печальная и вместе с тем невинно-очаровательная книжка. Если вы не романтик с большой дороги, не поэт и не вечный путешественник, проникнуться ею вам будет сложно (как минимум, возникнет вагон претензий к героям). Она, можно сказать, гимн воображаемому образу жизни, попытка реабилитировать тип мечтателя, который в эпоху рационализма несколько обесценился. Давайте просто уважать чужой образ мыслей, перестанем указывать, как правильно и лучше, а как – плохо. Любая жизнь хороша и плоха, успешна и проигрышна. Достаточно лишь отыскать свой путь и оставить другим право на жизнь по иным правилам.

В процессе книги много раз вспоминал про всем известного барона Мюнхгаузена, короля лжецов, который сочинял нереальные моменты в своих похождениях и рассказывал их каждому встречному поперечному, вызывая у других на лицах усмешку.
Но в отличии от барона, Эдвард Блум лежит на смертном одре, пытается плохо пошутить про своего лечащего врача и рассказывает на полном серьезе истории из своей жизни, как он спас женщину в реке от ядовитой змеи, но потом вспоминает, что такого ведь не было и понимает, что это была не змея, а обычная палка. И вообще... не было никакой девушки.
С большинством историй происходит такая же ситуация, с другими же автор оставляет право додумать самому читателю.
Почему же Эдварда Блума я считаю несчастным? Отец перед смертью пытается показать свою значимость своему сыну, ведь в его жизни на самом деле ничего не произошло такого, чем он мог поистине гордиться (кроме рождения своего сына, о чем он иногда и говорит). Сложилось ощущение, что Эдвард Блум за всю жизнь своего сына не рассказал ему о себе вообще ничего и решил выложиться по полной программе перед своей смертью, мешая реальность с бредом.

С первых же строк подумалось - да это же поэма! Поэма в прозе. А дальше страницы сменялись страницами, одна глава уступала место другой, такие разные истории звучали как куплеты всё одной песни. Только мои ощущения от книги не менялись, вызывая лишь калейдоскоп ассоциаций. Назовите это как вам больше нравится - притчей, или легендой, или сказанием - знаете, из таких, британских, а может быть, и немецких, что околдовывают нас своим волшебством, глубокой мудростью, мягким юмором и бесконечной добротой. "Крупная рыба" - это что угодно, но только не американский роман! Это - песня.

Несмотря на обилие удивительных историй, книга невероятно печальная. Начинается роман с того, что умирает отец расказчика - Эдвард Блум. Умирать он будет всю книгу, пока его сын вспомнит всю свою жизнь и жизнь отца. Эдвард Блум мне напомнил барона Мюнгхаузена. Он также серьезно любил рассказывать небывальщины, например, как пил чай с двухголовой японкой, или как упал с крыши, умер, а потом ожил, или как собака его отца пила мартини в баре. Вся книга соткана из историй. Печальная она потому, что в определенный момент читатель, вместе с сыном Эдварда, понимает, насколько несчастен человек, который окружил себя шутками и прибаутками, чтобы закрыть свои душевные раны. В историях он герой, а в жизни по сути ничего не добился, если не считать семьи. Эдвард всю жизнь стремился стать великим человеком и на смертном одре он вспоминает об этом и возможно осознает, что не достиг чего хотел. Он не рассматривает свою семью, как доказательство своего величия и бессмертия. При этом сын Эдварда ведет себя вполне достойно, чувствуется, что он любит отца, и хотя его раздражает отцовская несерьезность, сын принимает его в итоге таким, как он есть.
Читать книгу было сложно как раз из-за множества историй, сложно удержать нить повествования. Особого следа после себя, она не оставила, но и не раздражала.

Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
Однажды он прогнётся под нас,
Пусть лучше он прогнётся под нас.

Прекрасная, прекрасная, прекрасная книга! С самых первых строк она запала в душу и влетела в список любимых, с первых и до последних!
Эдвард Блум – мой герой номер один теперь! Он тот, который сам себя сотворил, свою жизнь, свою личность. Он воплощения такой концентрации прекрасной сказки, что одним своим присутствием, улыбкой и словами этот человек-легенда изливает в наш скучный и тяжёлый мир биллионы улыбок и море добра. Его стойкость и сила, его стремления и любовь – они просто не знают границ!
Этот человек – Крупная рыба. Он воплощает собой истинную силу воображения, которая заволакивает всю реальность, увлекает людей на просторы прекрасного, невероятного и непознаваемого! Невозможно вырваться из глубин этого водоворота. Потому что не хочется. Даже самым заядлым циникам – не хочется. Преображённый человек преображает других людей, преображает реальность. И мир уже не кажется таким как прежде. Теперь он хороший, интересный.
Что такое мир вообще? – это мы, это наш взгляд, наши выводы и наши ощущения. И если в нашей душе живут сказки, живут улыбки, то они оживают и в мире вокруг нас. Как солнце светил Эдвард Блум! Как гигантское светило озаряла его целенаправленная, сильная, стойкая и позитивная душа всё окружающее мироздание.
Сила, стойкость и бесконечный позитив! И я проникся! Эта книга захватила меня каждой своей историей, каждым своим словом!
Прекрасная книга!

А насчёт экранизации, получившей жизнь благодаря обожаемому мной Тиму Бёртону – что ж, это просто два разных произведения. И если вы знаете одно, то факт – совершенно не знаете второе. Оба произведения прекрасные и взаимодополняющие, мало друг на друга похожие. Для меня из фильма в книгу только один образ перекочевал – в роли ведьмы я видел Хелену Бонем Картер. Но этот маленький мысленный повтор меня только обрадовал)

- Откинься назад на своём кресле и расслабься. На протяжении шестидесяти шести секунд ты будешь слушать мой голос и фокусироваться только на нём и ни на чём больше. Ничто иное не имеет значения кроме моего голоса. Через минуту ты погрузишься в сон и будешь слышать только мой голос. Покой и умиротворение наполняют всё твое тело. Твои веки тяжелеют. Ты чувствуешь тяжесть в руках и ногах, ты больше ничего не чувствуешь, твои руки неподвижны, ты ничего больше не видишь. Сон начинает завладевать твоим разумом. В голове появляется приятный, лёгкий туман. Все труднее сопротивляться нарастающему желанию погрузиться в целительный сон. Спокойствие окутывает тебя, как мягкое тёплое покрывало. Сейчас я досчитаю до десяти, и ты заснёшь. Один: голова свободна от мыслей. Два: пошло полное расслабление. Три: желание спать усиливается. Четыре: ты будешь спать и слышать мой голос. Пять: дыхание ровное и спокойное. Шесть: ты можешь чувствовать, как отдых и расслабление нахлынули на твоё тело. Семь: ты испытываешь приятное блаженство души и тела. Восемь: ты теряешь ощущение времени. Девять: ты не можешь сопротивляться желанию спать. Десять: ты спишь.

Гипноз...

Ситуация первая.

• Как тебя зовут?
• Кэтрин.
• Что ты видишь, Кэтрин?
• Я вижу снег, спускающихся с неба большими хлопьями. Вижу лужайку перед окном, она полностью белая, как и деревья, которые практически не видны, потому что за окном сплошное чистое полотно.
• Хорошо. Где ты находишься?
• Я... Я в библиотеке. Она очень большая и я откуда-то знаю, что в ней можно найти всё, что душа пожелает.
• Что ты там делаешь?
• Я тут живу уже около недели, так как снег идёт довольно давно и добраться до дома нет возможности.
• Где же ты спишь?
• В ящике письменного стола. Вместо подушки у меня стопка книг, а вместо одеяла я укрываюсь огромным листом карты мира.
• Какую книгу ты читаешь?
• Автор Дэниел Уоллес, книга называется "Крупная рыба".

  Ситуация вторая.

• Как тебя зовут?
• Адель.
• Что ты видишь, Адель?
• Я нахожусь дома. Мне девять лет. Я стою на кухне и в маленький платочек собираю хлеб и сыр.
• Хорошо. Что ты собираешься делать дальше?
• Я пойду учиться в институт, потому что решила, что всё уже знаю.
• И ты добираешься до института?
• Нет, по пути мне попадается неизвестный, серый, неприметный городок, которого нет на карте. Люди хотят, чтобы я осталась с ними. Они добрые и приветливые, но их лица излучают прерывистую энергию, словно она у них заканчивается.
• И что ты выберешь: останешься, отправишься дальше или пойдёшь обратно?
• Я очень хочу пойти дальше, но меня не пускают. Ко мне подходит собака. У неё умные глаза. Она изучает меня. Они виляет хвостом и языком тела говорит, чтобы я пошла за ней.
• Ты идёшь за собакой?
• Да, она вывела меня на дорогу, которой раньше не было тут. Я иду по дороге и попадаю на задний двор своего дома.

  Ситуация третья.

• Как тебя зовут?
• Эмили.
• Что ты видишь, Эмили?
• Я вижу лайнер. Шикарный, гигантский лайнер, но с ним что-то не так.
• Что с ним?
• Он накреняется, словно собирается немного вздремнуть. Люди в панике бегают по палубам и пытаются влезть в шлюпки. Некоторые спрыгивают за борт.
• Что ты собираешься делать дальше?
• Я надеваю спасательный жилет. Во мне начинает нарастать паника, но слабая и неуверенная, словно я знаю, что мой час не настал, а всего лишь пришло время... измениться?
• Хорошо. Что происходит дальше?
• Я заношу ногу над парапетом и медленно переваливаюсь через него. Моё тело с плеском уходит под воду, и я моментально замерзаю. Всплывать совершенно не хочется, так как понимаю, что мне это уже не надо.
• Почему?
• Потому что мои лёгкие начинают брать кислород из воды, словно я рыба. Я чувствую, как моё тело меняется и становится лёгким и податливым. Я спокойно могу перемещаться в воде, запросто могу дышать и жить в ней. Я... стала крупной рыбой.

  Ситуация четвёртая.

• Как тебя зовут?
• Клоуди.
• Что ты видишь, Клоуди?
• Я сижу в удобном кресле и что-то говорю.
• Где ты находишься?
• Я нахожусь в кабинете. На стене висит листок в рамке, на котором написано: сертификат специалиста, по специальности психотерапия. Я в кабинете психотерапевта.
• Что ты там делаешь?
• Я рассказываю ему о себе. Рассказываю, что у меня бывают провалы в памяти, и что после этого я могу найти на своём кухонном столе приготовленный обед, или что после этого я могу найти работающий автомобиль в гараже, хотя раньше он даже не заводился, или что после этого я могу найти все прочитанные книги, которые запланировала прочитать за месяц только сегодня утром.
• И какую же последнюю книгу ты прочитала?
• Автор Дэниел Уоллес, книга называется "Крупная рыба".

***
Клоуди резко открыла глаза. Первые секунды она не могла понять, где же находится. Странные ощущения расползлись по телу, воспоминания то пропадали, то снова появлялись. Она лежала в своей кровати. За окном было темно, но первые утренние лучи уже понемногу осветляли небо. Смутное чувство знакомого и чего-то забытого, вот, что испытывала она в данную секунду.

Она с громким выдохом опустилась на подушку и посмотрела на тумбочку. На ней стоял уже готовый завтрак и лежала книга Дэниела Уоллеса "Крупная рыба", которую ей предстояло сегодня закончить.

Открыть книгу перед сном, чтобы прочитать десяток страниц и понять "мое" это или стоит выбирать дальше, и пропасть в ней. Знакомо такое чувство? Я не смотрела фильм и вообще ни капли не слышала о романе, выбирала "по одежке" как говориться, то есть по обложке, ну и небольшое количество страниц сыграло свою роль. Судя по аннотации, меня ожидала глубокая семейная драма о трудностях взаимопонимания между отцом и сыном. Но не стоит делать поспешных выводов...

На часах 22:30. Я уютно лежу в кроватке и электронной книгой в руках. Роман-сказка, роман-вымысел, роман-притча, унес меня далеко далеко. Я
где-то там, вместе с умирающим Эдвардом Блумом, слушаю его анекдоты и смеюсь над ними. Его сын смотрит на нас непонимающе. "Как можно шутить в такую минуту?" говорит его взгляд. "Отец, я тебя не понимаю. Ты мне чужой человек". А мы с Эдвардом веселимся. Что еще остается делать на истоке жизни? Человек-загадка, почему ты не открылся сыну? Почему создал вокруг себя столько мифов и историй? Хотел жить вечно в памяти людей? Что ж, тебе это удалось похоже.

На часах 22:30. Я вместе с Эдвардом и его женой пью чай на кухне и слушаю историю их знакомства и женитьбы. Необычно. Быстро. Романтично. "Я не могла не полюбить тебя" - мысли жены видны в ее взгляде.

На часах 22:30. Я очень боюсь бродячих собак, а если они злые и агресмивные, то вдвойне, втройне и даже больше. Но Эдвард - истинный супермен, не моргнув глазом спас ребенка, откинул пса и весь городок вздохнул с облегчением.

На часах 22:30. Я стою возле болота посреди которого будто бы вырос последний, не выкупленный Эдвардом дом. Хозяйка этого дома - совсем молоденькая девушка очаровывает собой. Я понимаю мужчин, которые влюбились в нее с первого взгляда. Мне очень жаль жевушку с болота. Видеть любимого человека раз в месяц - то еще испытание. Но мне точно также жаль жену и сына Эдварда. Ведь получается, что он жил на два дома.

На часах 22:30. Мне страшно. Я не понимаю где сон, где явь, а где сюжет со страниц романа. При чем тут какая-то рыба? И как Эдвард Блум умирает уже в третий раз и все никак не умрет? Может у меня галлюцинации? Да и из коридоры что-то странно светится...

На часах 22:30. Кто я на самом деле: человек или рыба? Отодвигаю одеяло и вместо ног вижу хвост, как у русалки. Кто знает номер психиатрической клиники? Опасно читать такие книги, они имеют магическое воздействие. Мне страшно. У Эдварда был рядом сын и жена, а я совсем одна дома. И этот свет, внезапно включившийся на кухне пугает. А
Выпить что ли успокоительное? Забыла, что у меня нет ног и я не могу встать...

На часах 22:30. Лягу-ка я лучше спать. Может проснувшись увижу вновь две ноги...

- Ты воевал?

• Ну, да.
• И что?
• Убили.
• Как?!
• Насмерть!

  Я не поклонница "Приключений барона Мюнхаузена". Но даже их перечитала бы с удовольствием, вместо того чтобы читать эту книгу.

Не увидела я внутри ничего глубокого. Хотя - понимаю - при наличии богатой фантазии каждый читатель может насочинять себе всякое.
Я видела мелкого, неприятного человека, который привык скрывать истину масками огромной величины (чем больше, тем лучше). Некоторые маски настолько яркие, что добрая часть соседей и друзей стала верить в них. Сын, до некоторых пор с упоением пересказывающий нам эти дурацкие истории, приобщается к "великому" таким вот образом. Так получается, что ты сам хоть чуточку велик - папа жешь!

Ну конечно, нет, ёлки! Что за дурацкий вопрос? Одной собаке сердце вырвал, хотя мог бы сотне - не сделал ведь ("Добрая, добрая!..")
На самом деле истина проста: этот героический чувак, та самая крупная рыба с обложки, оставлял супружницу дома одну, а сам отправлялся придумывать свои истории куда-то далеко. Чем дальше, тем лучше. Мораль: хочешь быть великим, не заводи семью.
Плюс стиль автора не впечатлил - читать было нудно до скрипа зубов. Несчастные 200 страниц тянулись как добрая тыща.

PS Как показывает жизненная практика, редко болтун и трепло на деле оказывается достоин не то что величия (я в него вообще не верю), а хотя бы уважения.

Рыба рыба
Сон моей души
Плавниками нежно пошурши
Рыба рыба
Я тебя люблю
Спой мне песню грустную свою
Рыба рыба
Ты моя всегда
Спой мне песню
Грустную мне да. (с)

Доктор Элис П. Вудс откинулась на табуретке, с гордостью глядя на свое новое детище - прекрасную рецензию с великолепными иллюстрациями. Все было готово, осталось только нажать кнопку "отправить" - доктор Элис П. Вудс не признавала черновиков, парашютов, бронежжилетов и прочих вещей, которыми пользуются менее крупные фаталисты.
Доктор Вудс посмотрела на часы. Часы рыгнули (в воздухе появился отчетливый запах виски с колой), показали доктору Вудс среднюю стрелку и отправились дальше подчищать ее мини-бар.
"О боже, похоже, я выпала из времени!" - подумала Элис, и немедленно очнулась в том моменте, когда у нее еще не было ни прекрасных иллюстраций, ни прекрасной рецензии, а из источников вдохновения - только дохлая мышь.
Что ж, опять все сначала!

Придется заново выбирать постмодернистские приемы - минимум две штуки!
Элис решила остановиться на временном искажении (в том, что ты выпал из времени, надо уметь искать свои плюсы, как любила говаривать ее бабушка) и пойоменоне.
Будет ли добавление великолепных иллюстраций считаться пастишем? Пожалуй, нет. Но Элис все равно хотела их оставить - хотя бы как дань своему горячо любимому Курту Воннегуту.

На какое-то время она отвлеклась на рисование, а потом задумалась о том, что бы такого написать в рецензии.
Что же было в этой книге...
Ах да, там была крупная рыба.
С точки зрения Элис П. Вудс, любая уважающая себя крупная рыба выглядела так:

Еще там были страшные псы.
Они выглядели так:

Конечно, не обошлось без зубатки. Вот такой:

Кульминацией стало превращения. Какой миф без превращения, в конце-то концов?

В своей рецензии доктор Вудс хотела написать о том, что в конце все мы станем историями. И даже если твоей истории никто не поверит - если она была хороша, значит, твоя жизнь хоть на что-то да сгодилась. А еще она написала о том, что иногда все, что мы можем сделать для человека - это его рассмешить. И о том, что если ты любишь кого-то, то не нужно мешать ему врать. И о том, что люди, которые шутят чаще всех, чаще всех несут внутри какую-то огромную печаль, и единственное, что с ней можно сделать - это попытаться закидать ее кучей шуток, хороших и не очень. Вспомнить все анекдоты категории Б. Журнал, прости Господи, "Вокруг смеха". Если вы думаете, что от этого жизнь станет казаться менее страшной, вы ошибаетесь. Она просто станет немного смешнее. И иногда это все, что мы можем сделать.

Еще Элис Вудс хотела написать о мифе. Долго-долго рассуждать о его влиянии на современную культуру (так долго, что ее саму бы затошнило от примеров, отсылок к Библии и древним грекам, которыми пестрит современная литература, и обязательно сказала бы, что все сюжеты уже придуманы, а про любовь не сказано ничего лучше Песни Песней, и не стоит, право слово, изобретать велосипед.
Еще она бы добавила, что если кому-то из ее современников повезло бы стать мифом - в нашем-то мире, напичканном мифологией, как бочка селедками, - то она бы сказала, что ему очень повезло.
И что эта книга - одно большое признание в любви автора к его отцу.
И что некоторых людей все-таки проще любить после того, как они умрут. И о том, что иногда смерть - единственное, что может превратить тебя в по-настоящему большую рыбу, которая уж точно не попадется ни на какие приманки.
Все вышло великолепно.

Доктор Элис П. Вудс откинулась на табуретке, с гордостью глядя на свое новое детище - прекрасную рецензию с великолепными иллюстрациями...