Крупная рыба

Что может быть хуже, чем опоздать на автобус? Успеть на него без книги в руках. Именно такие мысли роились в голове во время очередной командировки. До автобуса остается около 40 минут, я голодна, но ищу не еду, а книжную раскладку. Вместо этого нахожу торговую точку, где продаются модели самолетиков и пару десятков книг. Тааак…. Стивен Кинг, кулинарные рецепты, «Крупная рыба». С улыбкой даю парню 25 грн. и следую на вокзал. Давно книга в руках не обладала таким целительным свойством. Я не ожидала получить от нее тотального насыщения, но я держала ее в руках и она утоляла мой читательский голод.
Что же я нашла? Легкую историю, схожую с музыкой в стиле lounge, которая создает обстановку, расслабляет и уводит мысли прочь. Жизнь человека, о которой не известно ничего, но она фантастически пронизывает. Вереница событий не казалась вымыслом, а создавала картинку что где-то и с кем-то все это вполне может произойти. Ощущения неоднозначные, книга сама прыгнула мне в руки и я с легкостью пронесла ее сквозь себя. Время от времени возникало желание одеть на себя одну из одежд Эдварда Блума, пройти его ногами по таинственному городку и очутиться в домике владычицы болот. Возникало желание стать одной из страниц этого произведения и прочесть себя, ведь я так люблю выдумки.
Прочтено 21 апреля 2015 г., преимущественно в пути.

Да чтоб я еще раз читал книгу после фильма. Бёртон сделал невероятное - превратил скучную книгу в великолепный фильм. Фильм на выходе получился слишком уж отличным от книги, и оттого - куда более интересным. Я, кажется, не понял великую задумку автора, но книга выглядела как признание в любви отцу автора, как дань памяти, понимаете? Истории, больше похожие на мифы, чем на истории, в которые веришь так же, как и в то, что мир - плоский блин. Скучно, неинтересно, много повторяющихся словесных конструкций и ничего, кроме сожаления.
И что самое грустное - в конце было так грустно за сына. Он так и не стал ближе к отцу, а отец, в итоге - всего лишь эгоист, которому не сидится дома. Он стал рыбой, а его сыну не осталось даже воспоминаний - только историй, в которых не знаешь, где правда, а где вымысел.