Последние свидетели

- Что ты там прячешь?
- А я не прячу... я принесла осколок...
- Вот убьёт, будешь знать.
- Что ты, мама! Ведь это от нашей бомбы осколок. Разве он мог меня убить?

Когда я увидел первого убитого, я уже не плакал. Меня только поразило, что убитый красноармеец лежал на наших грядках с огурцами... До этого я себе представлял, что погибают только на поле боя.

Я не могла понять, как могут быть такие красивые игрушки немецкими...

Я смотрела на них, и мне казалось, что даже земле больно, когда они идут...

Шли по деревне наши солдаты, а дети смотрели на них и кричали: "Папы идут! Папы...". Не солдаты, а папы.

"Я век буду помнить... Я за жизнь не забуду... Я... я за один раз...За один вечер все не расскажу... Мое сердце не выдержит..."

Первой не стало нашей изумительной мамы, потом не стало нашего папы. Мы ощутили, сразу почувствовали, что мы - последние. У той черты... у того края...
Мы - последние свидетели. Наше время кончается. Мы должны говорить...
  Наши слова будут последними...

После блокады... Я знаю, что человек может есть всё.  Люди ели даже землю...

Тогда, видно, очень быстро взрослели дети, ей было три года, она всё понимала, молчала и не плакала.

Я за войну столько всего узнала... Больше, чем за всю жизнь...