Цитаты из книги Обитель

"Он решил не думать сейчас же, сию минуту над его словами - оставить на потом: скажем, попытаться осмыслить это, засыпая. Самые важные вещи понимаются на пороге сна - так иногда казалось Артёму. Одна закавыка: потом с утра не помнишь, что понял. Что-то наверняка понял, а что - забыл."

"- И вот что вспоминаю я ещё, - сказал владычка. - Читал вчера о соловецком архимандрите Варфоломее: "Дух же исходит от его тела добронравен." А он на тот час одиннадцать недель, как помер! Что тут сказать, милый? Мы пахнем хуже некоторых мёртвых! Да, моют нас редко, кормят скудно, вошь живёт на нас, и хворость в нас. Но самый худший запах, милый, идёт от нераскаянного греха! Его смыть тяжелее всего!"

"Я с детства занимался собой, вертелся на турнике, даже боксу учился, работал грузчиком - а это поэт! И такая живучая сущность, - дивился Артём, глядя на Афанасьева. - И характер такой простой!.. Всё-таки даже у меня есть какие-то углы, и я этими углами цепляю то Ксиву, то Крапина... А у Афанасьева вообще никаких углов нет, он втекает в жизнь - и течёт по жизни... Хотя нет, его же убрали с дневальных?.."

"При входе в трапезную сразу ударил запах, от которого за день в лесу отвыкли, - немытая человеческая мерзость, грязное, изношенное мясо; никакой скот так не пахнет, как человек и живущие на нём насекомые; но Артём точно знал, что уже через семь минут привыкнет, и забудется, и сольётся с этим запахом, с этим гамом и матом, с этой жизнью."

""Как в лесу ягода, Тёма?" Ответ был: "Ягода в Москве, зам начальника ГэПэУ. А в лесу - мы"."

"Не по плису, не по бархату хожу, а хожу-хожу по острому ножу..."

люди делятся на опасных и остальных

Суп пах как лесной концерт. Эти чёртовы грибы выросли под птичий в сто  тысяч голосов гомон и  теперь сами запели: их голоса струились вокруг и волновали невероятно.

-Разве русские люди пьют, чтобы праздновать?

Самые важные вещи понимаются на пороге сна - так иногда казалось Артёму. Одна закавыка: потом с утра не помнишь, что понял. Что-то наверняка понял, а что - забыл. Но, может, и не надо помнить?

Вся Россия друг друга прибивала гвоздями. Она теперь не хочет в Бога верить. Пусть Бог верит в неё, его очередь

Этот борщ был не просто едой - он был постижением природы и самопостижением, продолжением рода и богоискательством, обретение покоя и восторженные ликованием всех человеческих сил, заключённых в горячем, расцветающем теле и бессмертный душе.

Вот такими же ты глазами смотрел, когда я к Горшкову зашла — ни страха в них, ничего, сидишь и ждёшь. Так некоторые бесстрашные собаки смотрят, пока их убивают.

Десятник, нисколько не задумываясь, развернулся и уже в развороте забросил дрын в Артёма, как в чистое поле.

— Гражданин десятник, чё сегодня опять сто? — поинтересовался Ксива. — Не великоват урок? — и тут же резво, как конь о двух ногах, забежал в воду.