Цитаты из книги Обитель

Соловки хороши тем, что здесь все видны, как голые, и раздевать не надо.

Держи пять, ГПУ даст десять.

То, что прадед три года сидел в лагере на Соловках, я узнал ещё ребёнком. Для меня это было почти то же самое, как если бы он ходил за зипунами в Персию при Алексее Тишайшем или добирался с бритым Святославом до Тмутаракани.

- Артём, а как вы думаете, чем сейчас занимается Иисус Христос? Какие-то у него должны быть дела, нет? Сглотнув, Артём внимательно посмотрел на Василия Петровича и подумал: "...А действительно? Чем?"

Любовь внутри скобок, а смерть - за скобкой.

Скоро раздастся звон колокола, и все живые поспешат за вечерний стол, а мёртвые присмотрят за ними.

Артем вдруг болезненно почувствовал, что мертвецы отныне и навек, в земле - голые. Были прикрытые, а теперь - как дети без одеял в стылом доме.

Бог не мучает. Бог оставляет навсегда.

Вы, Шлабуковский, анархист и мещанин в одном лице, - сказал Мезерницкий. - Хотя, с другой стороны, кем ещё нужно быть, чтобы пойти в артисты.

"Как же так, — думал после Артём, без печали, но лишь в трепетном и благородном удивлении, — в телесном общении женщина поначалу приникает куда глубже, чем в душевном. И проникает телесным куда раньше, чем душевным. Разве не должно быть наоборот?"

Человек темен и страшен, но мир человечен и тепел.

Революция такая, революция сякая, а где огромная правда, которую можно противопоставить большевистской? Сберечь ту Россию, которая вся развалилась на куски, изнутри гнилая, снаружи – в вашем сусальном золоте? Кому сберечь? Зачем?

– Наши Соловки – странное место! – говорил он. – Это самая странная тюрьма в мире! Более того: мы вот думаем, что мир огромен и удивителен, полон тайн и очарования, ужаса и прелести, но у нас есть некоторые резоны предположить, что вот сегодня, в эти дни, Соловки являются самым необычайным местом, известным человечеству. Ничего не поддаётся объяснению!

Однажды допрашивала Иоанна на тему их ссоры с польскими ксендзами. Иоанн говорит: – Они уверены, что в нас, православных, вовсе нет благодати, а мы не против, если и в них есть. © Дневник Галины Кучеренко

За свой грех не всякий раз накажут, можно и за чужой, видать, очередь дошла!

Через свое пустословие он тоже движется к Богу.

Сначала мы угодили в Советскую республику. Этого показалось мало, и нас спрятали в Соловки. Но и Соловки оказались недостаточны для Моисея Соломоновича – и внутри нашли ещё более надёжную тюрьму, эту камеру!