Креативщик

В этой книге много маленьких историй, но они все оставляют ощущение какой-то неудовлетворенности. Словно Акунин придумывал байки для своих детективов, а потом собрал все забракованные и засунул их в этот роман. Насколько интересно было следить за необязательными историями в том же Левиафане (Рассказы комиссара Гоша о папаше Пикаре, притча Фандорина о демоне жадности и проч.) настолько скучно читать эти зарисовки. Еще я заметила, что когда у Акунина нет вдохновения, он начинает писать языком женских пабликов, полных глубокомысленных цитат. "Креативщик" весь написан этим претенциозным слогом и пухнет от дешевых откровений. В этом можно даже усмотреть какой-то сексизм - раз Акунин взял себе женский псевдоним, то и выдал очень глупую книгу, словно из-под пера духовно богатой девы.

Ну, значит так. Если коротко - книга неплохая (вообще не ожидал от себя, что напишу такое), но я вообще ни разу не фанат Акунина (странно, что либеральные хейтеры Сталина, например, подчёркивающие его настоящуюю фамилию Джугашвили, не называют Акунина его настоящей фамилией Чхартишвили. А учитывая, что он написал эту книгу под ещё одним псевдонимом - вообще треш получается).

Акунин уже в том возрасте, мне кажется, что ему уже просто нравится созерцать и так свысока философствовать. Хотя ему такая манера была, в общем, всегда близка. Написав всё что можно во всех временных пластах про Фандорина, он, наконец, от него устал. А вот открывать глаза на "правду" - естественно, "тонко" и "остро" - не перестал. К сожалению. Для меня.

Ну потому что человек, наверное, целью своей жизни поставил показать, что русские и Россия - это что-то такое супер проходное и максимально обыденное, все эти государственники и русофилы - ну вы поняли, кто они, ватаны эти. И сделать это максимально так тонко и остро, чтобы "не для всех". Чтобы всякие там Васи из колхозов никогда не добрались до его творчества, но либерда была в курсе.

Вот и получается такая невероятная история Бенжамина Баттона в родных питерских купченских декорациях. За всю фигню - с ангелами, демонами, Воландами, Мастерами и Маргаритами, заговорами, царским золотом, кровавой гэбнёй и прочей очень исторической важной хренью. Ну камон. Всё, о чём пишет Акунин - можно проверить в открытых источниках, если задаться целью. Ну двадцать первый век, интернет открывай, читай, сравнивай, делай выводы. Никому, кроме самых отъявленных фанатов Камикадзе не интересно про кровавую гэбню и застенки (хотя фанатов сейчас много, конечно, обострение).

Если пропускать глупости мимо ушей (а это трудно) и стараться просто слушать истории, то можно найти много интересного. В целом - понравилось.

Давайте на секунду представим, что у Вас
клаустрофобия и Вы застряли в лифте. Да еще и
вместе с непонятным человеком, который
рассказывает вещи, от которых мурашки по коже.
Страшнo? Вот и мне, было немного не по себе.
Книга по-началу казалась интересной, но
постепенно превратилась в мешанину, в которой
сложно не запутаться. То ли автор перегорела, то ли
забыла о чем писала. Борисова смешала здесь и
реалити-шоу, и Колчака, и драмматургию, и
Гумилева. Только вот я так и не поняла, как это все
между собой связано. Нитью является наш странный
старичок. Странный, потому что знает все эти
события до мельчайших подробностей. И я думаю,
отнюдь не оттого, что книжки читал. Герой говорит о
таких вещах, о которых простой человек просто не
мжет знать.... Создается впечатление, что это и не
человек вовсе, а Сатана в человеческом облике.
Образ как бы срисован с Булгаковского
Воланда. Но если у Булгакова это целостная
картинка и он знал, каким должен получиться его
герой, то наша автор писала наобум, от этого и
герой у нее получился какой-то словно
недописаный, раздробленный.
Да и постоянная смена времен, сюжетов и
действующих лиц сбивает и сильно отвлекает
внимание. После каждого такого перескока
стирается предыдущая картинка и через 10 страниц
ты забываешь о том, о чем говорилось ранее. А это
очень большой минус.
Учитывая все вышесказанное, думаю, это первая
и последняя книга Анны Борисовой, которую я
прочитала. Мне безумно жаль, которое я портатила
на чтение этой книги. Времени, затраченного
впустую.

Не буду оценивать ни мастерство автора, ни коммерческий потенциал книги. Давайте поговорим лучше о самом тексте. После прочтения у меня остался только один вопрос: для чего это было написано. Какую мысль хотел донести до читателя автор? И почему для передачи этой мысли понадобилось сплести вместе все эти различные повествования, что у них общего? Ну да, четыре вопроса, но в сущности он один.
Для того, чтобы ответить на них, нужно разматывать клубок с конца. Финал - исповедь креативщика филологу представляется ключевым моментом здесь. Все истории должны так или иначе вести к нему. и как же они это делают? Давайте вспомним финал:

В эту мысль вписывается только теория гештальтиста, которая безусловно дает надежду на то, что жизнь рано или поздно выправится, и даже если ты пропустил момент, само его осознание дает возможность все исправить в будущем. Встреча гештальтиста со стариком вселяет в того надежду и веру - вполне вероятно, ложную, но из слов креативщика можно заключить, что вера ценна и сама по себе, она дает силы жить.
Встреча креативщика и девочки никак с верой не связана. В ответ на панический страх школьницы, он рассказывает ей историю, наполненную ужасами: убийство, несчастный случай, предательство, изнасилование, одиночество лицом к лицу со смертью в обличии бесстрастной скалы или бесчеловечного человека... Даже людоед уместился в этой истории. О чем она? О том, что когда страшно аж так, что глаза сами зажмуриваются, нужно заставить их раскрыться и продолжать борьбу? Но судя по всему, финал у его истории должен был быть неоптимистичным. И что тогда толку от смелости? Просто не бояться чтобы не бояться? Смелость как ценность сама по себе, заставляющая отнестись с уваженим даже к самому неприятному человеку? Так же как и вера - сама по себе, неважно во что?
Старушке драматург рассказывает о женщине, нашедшей свою любовь и умершей в одиночестве. Здесь все замечательно. И то, что оказывается, совсем не важно, кого выбирать: если уж есть любовь в человеке, то она проявится. И то, что независимо от того, насколько благополучно и счастливо прошла твоя жизнь и сколько в ней было любви, это не является гарантией ни от одинокой старости, ни от беспомощной смерти. И получается, результат один: наполнил ли ты свою жизнь смехом и общением или всю жизнь боялся связать ее с кем-либо. То есть опять: любовь как ценность сама по себе, ничего не обещающая в будущем. Любовь и привязанность ради них самих.
А вот и три девицы, прямо по Пушкину. Каждая выбрала свой путь в жизни: шоу, бизнес и семья. И каждая в итоге несчастна и разочарована. И опять сказочник рассказывает о том, что оказывается абсолютно неважно, каким путем идти - все равно придешь примерно к одному и тому же. А что же тогда предпочесть? Какой путь правильный? Да все. Жизнь ради жизни. Проживи жизнь так как хочешь, как считаешь лучшим, только не думай, что есть какой-то особо верный путь, который даст тебе преимущество.
Стенограмма беседы чекиста с поэтом - о том, что дар божественного слова не спасает да и не может спасти его носителя. Поэзия дает власть над умами и сердцами, это сильнейшее оружие, которое, как в сказке, не может защитить только его носителя. Не дает преимуществ, не приносит практической пользы. Она чудо само по себе, да еще и тяжкое бремя, опасное и даже взрывоопасное, и никаких дополнительных благ не дает. Вот и у Гумилева - времени больше не осталось.
Встреча с женщиной не привела ни к какому рассказу, но дала ключик к ним: "я вижу окончательный облик человека". А рассказ про Майка прекрасно дополняет проходящую красной нитью сквозь все повествование тему финала жизни и финала вообще. И этот финал опять абсолютно не зависит ни от каких действий самого Майка.
А о чем же эта книга в итоге? Думается, неслучайно ее персонажи припомнили царя Иерусалимского, вот только труд припоминать верную цитату предоставили читателю. Всему и всем - одно: одна участь праведнику и нечестивому, доброму и злому, чистому и нечистому, приносящему жертву и не приносящему жертвы; как добродетельному, так и грешнику; как клянущемуся, так и боящемуся клятвы. <...> Итак иди ешь с веселием хлеб твой и пей в радости сердца вино твое, когда Бог благоволит к делам твоим. <...> Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости.
И лишь последние слова мальчика дают возможность думать, что это не так.

Читать эту книгу я взялась после того, как случайно узнала, что под псевдонимом Анны Борисовой скрывается Григорий Чхартишвили, он же Борис Акунин — глубоко уважаемый мною автор и переводчик.

И не пожалела: Григорий Шалвович подтвердил моё мнение о нём, как об авторе мудром, доброжелательном и, как говорится, "с огоньком" — я имею в виду не какую-то особую страстность или яркость его творений, но любознательность, интерес и любовь к жизни, которые, как мне кажется, проскальзывают в каждом его тексте, будь то художественный роман или публицистическое исследование. Он совершенно явно для меня исповедует принцип "не суди", но, вдобавок к этому, ещё и всегда готов учиться чему-то новому от тех, кого не судит, в то время как многие другие на его месте давно бы уже почивали на лаврах, воображая себя приобретшими всю возможную в мире мудрость и, наоборот, пытаясь наставлять других.

Так вот, "Креативщик" — примерно о таком же герое, который наставляет, не наставляя, и учится у тех, кого учит.

Это очень небольшая и лёгкая, в прямом и переносном смысле, книжка. Не перегруженная ни чернухой, ни наивным идеализмом, ни слишком мудрёным философским подтекстом, и в то же время рождающая отчётливое ощущение, что сказано больше, чем было сказано. Этакое филигранное сочетание магического реализма, занимательной истории (которая, как известно, является коньком Акунина) и хорошо узнаваемых картинок нынешней жизни.

Едва начав читать, я с радостью поняла, что и про нашу разлюбезную родину в современную эпоху можно писать так, что не становится тошно на душе. Среди многочисленных героев встречаются "знакомые все лица", не отягощённые грузом духовности и интеллекта — современный продвинутый ребёнок, воспитанный на телеке и компьютерных игрушках, бабулька у подъезда, предающаяся ностальгии по бурной молодости, таксист из Узбекистана, изъясняющийся на ломаном русском, "брателло-азазелло", наезжающий на создателя мелкой фирмы, хулиган, трясущий перед лицом своей жертвы якобы разбитыми швейцарскими часами и требующий компенсации, и прочие, а нет-нет, да и проникаешься к ним симпатией вместе с главным героем, принадлежащим к тому очаровательному типу людей (или существ), которые в каждом встречном человеке и обстоятельстве готовы отыскать приятную глазу искорку.

"Осуждать молодёжь — скучно и даже пошло", — говорит герой и автор в одном лице, вряд ли питая особую любовь к нынешним реалиям, но всё же умудряясь и среди них находить материал для своего воображения, которое, в прямом смысле, творит чудеса, преображая и самого героя, молодеющего от часа к часу, и всех прохожих, встречающихся на его пути.

Он отнюдь не идеален, этот герой, который идёт по миру в полном соответствии с каноном Дао дэ цзин — не оставляя следов. В качестве старика он ворчит и ноет, в качестве юноши беззаботно прыгает по лужайкам, искушает, соблазняет и заставляет усомниться в своей вере; он прикидывается то телевизионным "креативщиком", то научным работником, то психотерапевтом, то физиономистом — как уж тут не вспомнить одновременно Остапа Бендера и Воланда (Булгакова недаром неоднократно поминают не только в рецензиях на "Креативщика", но и в самом тексте). Понять, что у него на уме, совершенно невозможно: то ли он просто очень наблюдательно смотрит вокруг себя, то ли ищет идеи для очередного "креатива", то ли искренне старается помочь каждому встречному, то ли, наоборот, смеётся над ними. По моему мнению, и первое, и второе, и третье, и четвёртое сразу — а также шестое, десятое и шестидесятое. Это тот тип персонажа (один из моих любимых), когда под внешностью обычного, ничем не примечательного человека скрывается нечто гораздо большее — настоящий облик, многогранная душа, которую невозможно уместить в одно тело, один образ и один сюжет; недаром же герой столько раз меняет облик.

То же самое можно сказать и о самом произведении: как это принято в "настоящей" литературе, под первым, поверхностным слоем, можно отыскать много чего другого. Разговор на глубоко метафизические темы ведётся гораздо более простым языком, чем у великих классиков, но отнюдь не оставляет равнодушным, давая прекрасную почву для размышлений. И, быть может, такой легковесный стиль, когда все герои изъясняются именно на том полужаргонном наречии, к которому мы привыкли, и обладают хорошо знакомыми каждому из нас проблемами, больше подходит для нынешней эпохи, условия которой сильно отличаются от тех, которые окружали именитых мастеров пера.

Тем более что к концу этой небольшой повести её характер удивительным образом меняется, двигаясь от развлекательно-описательного, сдобренного порцией юмора, к вдумчиво-мистическому с налётом светлой грусти; как будто текст проделывает тот же самый путь, что и его герой, сбрасывающий с себя груз прожитых лет и возвращающий себе прежний юный, мечтательный облик, которым, вероятно, и обладает бессмертная душа. Читателю остаётся только гадать: то ли это был демон, притворившийся человеком, то ли человек, играющий в демона; то ли смерть, то ли возвращение к бессмертию; то ли история, рассказанная в одновременно от конца к началу и от начала к концу, то ли иное измерение, в котором времени не существует.

Что ещё… мне понравилась сравнение смысла собственного существования с прекрасно сыгранной мелодией, а возможность проживать одну и ту же жизнь много раз, как в "Дне сурка", по-настоящему напугала — потому что вдруг отчётливо представилось, как это может быть. Эти и другие идеи, высказанные в книге, конечно, не новы, но в то же время они так мастерски переплетены между собой, что об этой неоригинальности как-то сразу забываешь и только восхищаешься мастерством автора, проделавшего по-ювелирному тонкую работу и в конце сумевшего "приправить" готовое блюдо тем самым незаметным компонентом, который и придаёт ему индивидуальный вкус, отличая его от остальных, изготовленных по похожему рецепту. Быть может, секрет в последних словах, которые завершают историю одной жизни (одной книги, одного дня) и открывают ворота в вечность.

И полете-е-ел, полете-е-ел.

Люблю Акунина, особенно его рассуждения. Раньше где то слышала краем уха про Анну Борисову, но как то не заинтересовалась до такой степени, чтобы почитать. После признания Акунина о том, что Анна Борисова это он, скачала креативщика. В целом мне понравилось, и знакомство с данным альтер эго Акунина я продолжу.
Первое на что обращаешь внимание- книга очень небольшая, читается за несколько часов.
Основная немного недописанная линия, и нанизанные на нее истории.
Сюжет следующий- Пожилой мужчина, можно даже сказать старик, выходит из своей квартиры и идет гулять. По пути он встречает людей и рассказывает им разные истории.
Из историй запомнилась история о реалити шоу, скорее всего своей незаконченностью.
Забавен эпизод о неофитстве в вере, который очень жизненно показывает как легко сбить человека с пути веры.
Я бы не назвала «Креативщика» законченной книгой- скорее это некоторые наброски, связанные воедино. Но наброски очень талантливые.

Не в первый раз приходится признавать свою ошибку. Я как-то обмолвилась, что не люблю аудио-книги. И не соврала. Я на самом деле написанный текст гораздо лучше воспринимаю. Но так случилось, что не так давно наткнулась на одну цитату из книги “Креативщик”, автором которой является Анна Борисова (она же Борис Акунин).

Как человек любопытный, я решила докопаться до самой книги и обнаружила, что существует ее аудио-вариант, голосом которого является Сергей Чонишвили. Должна признаться, я просто влюблена в его голос, он буквально завораживает меня. Ну и… не трудно догадаться, что я скачала эту книгу и прослушала ее.

Интересный сюжет помноженный на замечательный голос = в итоге имеем 15 минут на кардиотренажере, час в автобусе и 2,5 часа разных домашних дел прошли незаметно.

Борис Акунин (или Анна Борисова) – талантливый писатель. Повествование захватывает и идет гладко. Сюжет закручен таким образом, что развязка наступает ну не то, чтобы как снег на голову, но очень близко.

И несмотря на все это, пока убеждаюсь, что подобная литература – не мое… “Креативщик” – это некое подобие “Мастера и Маргариты”, подобие не в повторении сюжета “под копирку”, а в неком, вполне возможно, карикатурном сходстве с идеей. Хотя, если отбросить все “неофитскую религиозную ревность”, которая неплохо высмеяна в книге, то образ нечистой силы описан тонко и верно. Но смысла романтизировать его все равно не вижу.

В общем, если проводить параллель с женскими образами, которой я в последнее время увлекаюсь, то эта девушка (читай “повесть “Креативщик”) безусловно хороша, красива и умна… просто не мой типаж. Вот и все. Ремарк однозначно лучше (хоть это и глупое заявление).

З.Ы. и все же читать книги намного приятнее, чем их слушать…

Единственная абсолютная ценность этой книги состоит в самом факте воплощения задумки автора.
Задумка эта заключается именно в том, о чём здесь уже многие спойлерили: человек просыпается утром, идёт в город, встречает разных случайных людей и разговаривает с ними. Смысла в этом, как и в том, что он постепенно молодеет, я не увидела никакого, впрочем, он, вероятно, чрезвычайно ассоциативен и скрыт очень глубоко.
Добавлю к уже сказанному до меня только одно: он выходит в город, встречает людей, разговаривает с ними и...врёт, врёт, врёт... Для каждого придумывает свою историю, свою ложь, которая с наибольшей вероятностью могла бы зацепить этого человека, задеть за живое, разбередить какие-то старые раны. В книге сделана попытка преподнести эти шаткие сюжетные композиции режиссёрства главного героя как некие глубокие философские беседы (хотя в некоторых случаях я не видела там даже таких попыток), приоткрывающие человеческие души, но глубины там ни на полпальца - такой философией наводнено бесчисленное множество бложиков соответствующим образом настроенных школьниц. Впрочем, очень многие авторы сейчас грешат разбавлением своих иногда сюжетно очень даже неплохих книг подобными рассуждениями, ведущимися от разных лиц, и саму эту сладковатую водичку я бы с лёгкостью могла простить, даже если бы она так же составляла основное содержание книги, но вот ложь, эта бесстыдная высокомерная ложь... Даже тот факт, что лжец оказывается не человеком, а каким-то сверхъестественным существом, кажется, даже с претензией на принадлежность к стороне Бога, не оправдывает в моих глазах этого героя как носителя основополагающей идеи книги.
Вообще-то, всё, наверное, не так ужасно, и рецензия у меня получилась резковатой; на самом деле сама книга не вызывает такого уж сильного отвращения. Но она абсолютно пуста.
Флешмоб-2011, рекомендация пользователя blinch .