Карьера Ругонов

Реализм не обязан быть скучным. Даже французский (смотри «Мадам Бовари», рассказы Мопассана).
Но это произведение – наискучнейшее!!!
«Чрево Парижа» , к примеру, куда живее. Интересней читать про изготовление колбас, утренние овощи и ругань продавщиц на рынке, чем о событиях в проклятом, забытом б-гом Плассане!
Колбасы и овощи живее жителей городка.
А всё потому, что герои абсолютно плоски и однобоки. Это гротески, карикатуры, у которых есть только одна или две черты из стандартного набора (жадность, хитрость, тупость, лень, трусость). Эти герои или плохие, или хорошие. Или чисты как ангелы, или грязны как свиньи.
Это реализм?
Вот у описываемых сыров в «Чреве Парижа» были целые букеты араматов.
А тут, никто не вызывает ни жалости, ни гнева. Нет эмоционального вовлечения
Линия подростков приторна до боли в зубах. Всё понятно – поруганная чистота. Несколько трогательных моментов, а остальное – слова, вода, вода (в которой они там и барахтаются).
Из плюсов – исторический фон. Жизнь в провинции, а то всё Париж, да Париж, политические пертурбации, ополчения.
Больше всего не хватало психологического аспекта. Без него – это выдуманная хроника, а не роман.

Прочитана в рамках Борьбы с долгостроем (ноябрь 2012).
Вот и состоялось мое знакомство с первым романом эпопеи "Ругон-Маккара".
Золя прекрасен, но сравнивая этот роман с прочитанными уже "Нана" и "Дамское счастье" понимаю, что это только начало.
Золя играет на противопоставлении прекрасной молодой пары (Сильвера и Мьетты) в начале романа, таких чистых, романтичных, идеалистичных и семьи Ругонов, стремящейся подстроиться под изменяющуюся политическую ситуацию с целью обогащения.
Среди всей семьи Ругонов искреннюю симпатию вызывает средний сын Пьера и Фелисите -Паскаль. Он единственный хочет заниматься любимым делом. При этом абсолютно лишен корысти, хотя его занятие могло бы быть довольно прибыльным.
Теперь о том откуда пошли Ругон-Маккары.
А все началось с Аделаиды. Она была странной от начала и до конца. Абсолютно непонятная для окружающих, совершающая поступки, идущие в полное противоречие с общепризнанными нормами морали и нравственности. Она похожа на зверька, которым руководят инстинкты.
Сначала она выходит замуж за Ругона, хотя по общественному мнению могла бы составить себе гораздо более выгодную партию. От этого брака у нее рождается сын -Пьер. Вскоре Ругон умирает.
Аделаида не долго горевала об усопшем. Не прошло и года, а она уже закрутила роман с еще более странным чем она и Ругон вместе взятые Маккарой.
От Маккары она родила сына и дочь (Антуана и Урсулу).
Пьер (сын Ругона) оказался более прытким чем его брат с сестрой и получил все, что хотел от матери, которая давно уже лишилась остатков здравого ума.
Пьер решил составить выгодную партию, женившись на Фелисите. Однако Фелисите оказалась не так проста как думал Пьер. Она оказалась в этой семье ведущей.
У них родилось три сына. Были еще дочери, но о них особого акцента Золя не сделал.
Так вот, три сына...
Старший -Эжен. Можно сказать, что здравомыслящий человек. Получил юридическое образование, холост.
Младший сын -Аристид. Он же любимый сын Фелисите. Я бы сказала, что он ее отражение. Как и она мечтал разбогатеть сразу, без особых усилий. Женился на хрупкой, но с хорошим аппетитом девушке по имени Анжела. У них был сын Максим.
Ну и средний сын -Паскаль. Как я уже говорила, наиболее мне симпатичный. Он не походит на Ругонов ни духовно, ни физически. Получил медицинское образование, презирает деньги. Позволил себе только одну роскошь-маленький светлый домик.
Пожалуй все, что я для себя вынесла из этого романа. Начало положено!

Начинается Земля,
Как известно, от Золя.

Неплохой, достаточно бодрый старт двадцатитомной эпопеи с человеколюбивым и гуманным подтекстом. Мини-революция, флаги, #OccuperVoltaire, а потом - ружья, расстрелы и торжество самых мерзопакостных типов. Собственно, за торжеством мерзких типов и несчастьями тех, кто чуть посимпатичнее, предстоит наблюдать еще девятнадцать оставшихся томов, так что можно запасаться попкорном и бумажными носовыми платочками, кому что. На самом деле, не уверен, что дойду до конца, поскольку в больших дозах Золя ужасно приедается и становится не на шутку утомителен. Но коль уж пришлось повестись с этим гаденьким семейством Ругон-Маккаров, так видно и придется с ним носиться.

Начало цикла получилось очень неровным по композиции. Автор очень резко меняет темп повествования, то расскажет подробно об одном вечере в «желтой гостиной» Ругонов, то уместит десятилетие в один абзац – и так несколько раз. К тому же, он нелинейно рассказывает историю семьи, не только перескакивая вперед, но и возвращаясь назад, чтобы рассказать отдельно о разных членах семейства. К тому же, в книге много политики, немалую роль в сюжете играет революция во Франции и то, кто из семьи какую сторону решил занять.
В результате роман не самый простой для восприятия, но персонажи, которых изобразил Золя, мне понравились. Особенно Паскаль, который в своем семействе ощущался белой вороной. Надеюсь, в дальнейших книгах цикла автор к нему еще вернется.

Очень сильная история. Несмотря на то, что объем достаточно небольшой, повествование очень насыщенное. Читается медленно и размеренно. Хотя в самом начале меня отпугнула информация о том, что Мьетте 13 лет, но в дальнейшем повествовании автор успокоил меня. Но до этого момента я горела возмущением, как же так ей 13 и она с Сильвером по ночам гуляет. История Французской революции ожила в отдельно взятом маленьком городке. Одних она похоронила, других вознесла. Часть про Ругонов очень любопытна. Было интересно наблюдать жизнь этого семейства, их взлеты и падения. Очень интересно что же будет дальше в этой истории, поэтому даже не задумываюсь о том, буду ли читать продолжение. Однозначно, да.

Оказывается, прочитанная мной книга является первой из 20-томного цикла. Мамочки, во что я ввязалась)))
События в книге происходят в маленьком провансальском городке. Семейство Ругонов уже тридцать лет мечтает о власти и богатстве, исходит желчью от зависти и злости к более удачливым соседям. На войне все средства хороши, так ведь? Страна переживает непростые времена, провозглашаются идеи республики,люди встают под красные знамена, ну и так далее. На этом фоне очень ярко виден контраст между героями романа. С одной стороны, пылкие и честные в своей подростковой прямоте и смелости Мьетта и Сильвер. А с другой - практически все остальные. Им все равно, монархия ли, республика ли - важна лишь нажива, ради которой они готовы на все. Фелисите и Пьер, Аристид и Анжела, Антуан Маккар, толпа торговцев маслом и порнографическими картинками - все эти люди вызывают брезгливость. "Он уже мечтал о великих революционных мероприятиях, о провозглашении коммуны, во главе которой встанет он сам; об аресте всех плохих патриотов, а главное, всех неприятных ему людей". Собственно, это емкая и полная характеристика и Антуана, и Пьера, и Фелисите...Как удобно, правда? Под шумок переворота нажиться, а еще неплохо бы избавиться от врагов, да и просто неприятных людей. Жуть. Или вот еще. У Пьера умирает мать. "Это трагическое зрелище было ему крайне неприятно: вечером он ждал к обеду гостей, и ему совсем не хотелось иметь грустный вид. Право же, всю жизнь мать только и делает, что ставит его в неловкое положение. Неужели она не могла выбрать другой день." Ну в самом деле! Не могла подождать, пока сынуля свой обед слопает, испортила весь кайф мужику. Хотя, как мы увидим далее, аппетит он таки не потерял и все кушанья уписывал за милую душу. Кстати, история Аделаиды - неплохая иллюстрация к тому, почему я не хочу детей. Чего там про стакан воды-то, м?) "Горе мне! Я народила волков… целую семью, целый выводок волков…" Точно, Дида, вот тут ты права. Семейка действительно из ряда вон.
В целом мне понравились авторский слог, яркие и живые персонажи, интересный сюжет. Возможно, продолжу даже знакомство с циклом.
Единственное, что неприятно царапнуло: "Мьетта, у которой были чисто женские представления о честности, без стеснения срывала то виноградную кисть в винограднике, то ветку зеленого миндаля, задевшую ее по лицу". Это вот я не поняла сейчас - что за чисто женские такие представления о честности? Типа женщины все воровки, что ли? Ну-ну.
Также то ли у автора, то ли у переводчика небольшие проблемы с анатомией. "...до локтя она была золотисто-смуглая, как бы одетая в загар, но дальше, в тени засученного рукава, Сильвер разглядел обнаженное округлое предплечье". Вообще-то то, что от запястья до локтя, как раз и есть предплечье, а выше уже начинается плечо. Ну да ладно.
Не нравилось и постоянное упоминание о том, что якобы судорожные припадки Аделаиды вызваны "вынужденным воздержанием", которое и иссушило ее тело и свело с ума. Серьезно, что ли? Что за бредятина? У нее с детства были эти припадки, очевидно, серьезные проблемы со здоровьем просто, возможно, эпилепсия.
Короче, не без замечаний. Поэтому четыре из пяти.

Для меня стало большим открытием узнать, что Эмиль Золя написал семейную сагу на двадцать томов.
Чем дольше тянется история, тем больше меня затягивает. Но с такой длинной историей я пока не сталкивалась. Поэтому в 2021 году решила начать.
Поначалу, как это часто бывает, повествование казалось слишком растянутым. Хотелось сразу в омут с головой, а тут длинные описания, мало диалогов и герои, вызывающие только раздражение.
Но с семейным сагами у меня всегда так. Долго топчешься на берегу, не решаешься даже по пояс зайти, а потом и за уши не вытянешь.
Первый шаг сделан. И (ура!!!) продолжение следует...

Что то я сильно сомневаюсь что буду читать продолжение истории..... Скучно и неинтересно, даже красочный слог автора не спасает ситуацию. Персонажам сопереживать не хочется. И влюбленные Сильвестр и Мьетта положение не спасли. Какая же у них встреча романтическая была в самом начале романа! Все вспомнили себя в подобной ситуации? Примерили ее на себя? Каковы были ваши действия? Явно не как у героев романа, потому как их поведение лично для меня характеризовалось одной всем известной фразой - "куда идем мы с Пятачком....". Не спорю, им было известно, куда они идут молча - до поворота, до моста, до речки и .д.. Но как то это не так....Восторг молодости и задор революции не тронул. И даже решение Мьетты нести знамя и тем самым остаться рядом с возлюбленным меня не "торкнуло". Много непоняток с Аделаидой. История ее жизни и влюбленностей (если они были и не подменились обычной похотью) с Маккарой и Ругоном.... Дети Пьера и Антуана.... Жадность... Эгоизм.... Предательство...
Может, автор и велик, но это явно не мое произведение

Знакомство с французской литературой становиться интереснее и интереснее с каждой книгой. Сначала я была уверена, что Камю - это вершина красивого емкого и плотного языка. Потом поэзия проклятых поэтов доказала, что Камю это далеко не вершина. А потом...потом случился Золя. (Потом еще случится Бальзак, который поразит точностью и живостью, но речь не о нем).

Так вот случился Золя. Его язык - это что-то божественное. Описания - сказка. Яркие, четкие и совершенно не утомительные. Каждый абзац, каждое слово все на своем месте. Тут надо бы закруглиться, потому что мой восторг просто бесконечен. Это просто надо читать. Чтобы увидеть, как в двух словах можно передать и пейзаж, и эмоции, и живые смелые мысли.

Карьера Ругонов - это горький роман. Тяжелый роман. Болезненный роман. О Революции, о Франции о семейных ценностях, о предательстве и жажде наживы пусть любыми путями, пусть любыми средствами. Мелкие, завистливые Ругоны обладали один важным качеством, так необходимым во время политической неразберихи - они могли запачкать руки в крови. Пусть со страхом, пусть с дрожью, но могли. Начинаясь как история одного семейства книга медленно, но верно вырастает в рассказ о Революции. Каждый персонаж предстает не как герой, а как тип людей, которые занимали определенные места в расшатанной социальной иерархии того времени. Есть и честный необразованный революционер, нечистоплотный политик, продажный мятущийся между партиями журналист, уставший от жизни маркиз из старой знати. Монархисты, республиканцы, аристократы, бедняки, политики - все они проходят перед глазами, как на сцене театра. Каждый со своей историей, и за каждым толпятся множество подобных, он их голос, их образец, их мерило. Это не просто герои, это характеры.
Смутное и кровавое время описал Золя. Интриги, кровь, предательство и смерть как апофеоз вакханалии. И только в темной спальне Ругонов, когда те сидели за праздничным столом и принимали почести по праву победителей, лежали башмаки отца семейства. Он случайно наступил в кровь, когда аккуратно обходил революционеров, расстрелянных по его приказу.

Невероятный по своему размаху образец классики девятнадцатого века. В нем сама жизнь.

Вместо предисловия:
В жизни любого сознательного молодого и красивого юноши-интеллектуала (а таковым являюсь и я) наступает такой момент, когда он задумывается над своей жизнью, над пройденными уже дорогами и над теми дорогами, которые только предстоит пройти. Главные испытания юности позади: первая влюбленность благополучно забыта, первое предательство благополучно не забыто, пристрастие к пиву выработано, пристрастие к водке вроде как побеждено (но иногда чуть-чуть все-таки можно), "Улисс" Джойса прочитан (я уже говорил, что я читал "Улисса"? А я его читал, да-да, не удивляйтесь, потому что я очень хороший человек - очень умный и очень хороший)... Думает юноша над своей жизнью и понимает: настало время взяться за какой-нибудь классический цикл романов из двадцати большущих произведений. Первыми на ум приходят, конечно же, Ругоны, которые Маккары...

***

Начнем с того, что все генеалогические деревья, которые различные исследователи рисовали для облегчения понимания этого романа, все эти генеалогические дубы и баобабы никак не помогут при чтении "Карьеры Ругонов" разобраться в том, кто там есть кто. Вот никак. Я вот, например, все читал, читал, сверялся с этими древесами и понимал, что они мне никакой полезной информации не дают. Будучи начинающим литературоведом и будущим крупным ученым, я долго корпел в фотошопе над существующим деревом, чтобы создать идеальную схему, содержащую в себе всю информацию, необходимую для того, чтобы Ругоны стали для пытливого читателя, не побоюсь этого слова, роднее матери с отцом.

Да, работал я действительно долго - около шести, а может и семи часов. С перерывами на легкий второй ужин и нулевой завтрак. И вот - готово! Идеальное семейное древо Ругонов, которое просто необходимо читателю для знакомства с первым романом этой удивительной саги.

В дальнейшем в течении знакомства с другими романами цикла дерево будет дорабатываться, а информация пополняться.

А теперь - шутки в сторону. Золя в "Карьере" создает действительно удивительный мир - мир, в котором: а) практически нет положительных героев; б) им совсем не уделяется внимания. Вместо этого французский классик долго и подробно описывает донельзя неприятных персонажей, каждый из которых преследует корыстную цель и не желает, чтобы кто-то другой добрался до этой цели раньше него. Отягчается ситуация тем, что все эти соперники - члены одной семьи. И тем, что наряду с ними появляются образы совершенно несчастных жертв, повинных только в неподвластных контролю страстях. И тем, что в этом ворохе ос есть еще хорошие люди.

И все это поразительно интересно читать. Похожие чувства у меня вызывали два тома "Трилогии желания" Драйзера (третий том пока не дочитан) - вроде бы и политическая тема для меня не очень интересна, и хотелось бы все-таки хоть кому-нибудь сопереживать (сопереживать Сильверу у меня не получилось, а Паскаля в этом романе почти не было), и повествование все такое монолитно-неспешное, но оторваться невозможно. В чем загадка? Не знаю. Зато после прочтения я могу сказать, что прекрасно изучил все достоинства этого романа и с удовольствием могу их перечислить, чтобы, если повезет, кого-нибудь этим перечислением заинтересовать.

Кое-что отметим прежде всего. У Золя есть то, на что прежде всего обращают внимание многие читатели (и автор этой рецензии - не исключение) - идеальный стиль и язык. Какие бы прозаические явления он не описывал - будь то распилка бревен или географические подробности - выглядит это все просто потрясающе. Стиль, в общем-то, и является той составляющей романа, из-за которой от чтения невозможно оторваться - еще одно доказательство того, что форма как минимум равноценна содержанию.

Затем - сюжетно-композиционная цельность, достигаемая несмотря на "опрокинутые" элементы сюжета. Золя перемешивает отдельно взятые эпизоды, словно Тарантино от литературы, и выстраивает их ровно в том порядке, в котором они способны максимально воздействовать на читателя. Речь, конечно, прежде всего о линии Сильвера и Мьетты, которая обрамляет линию собственно делающих свою пресловутую карьеру Ругонов и работает не только на воздействие, но и на идейный комплекс романа - все политические и исторические события (даже находясь в провинции, героев засасывает в водоворот истории - постоянно всплывают и Ватерлоо, и Аустерлиц, и даже античная история) возвышаются над нашим обывательским существованием на высоких строгих колоннах, омываемых человеческой кровью. А в выигрыше остаются толстые старые хряки Пьеры Ругоны. В выигрыше, если Совесть позволит этот выигрыш получить. Как правило, позволяет.

И, конечно, внимание к деталям. Абсолютно все образы, на которых Золя заостряет внимание, описывая их не один раз и не на одной странице, глубоко врезаются в память и так же хорошо работают на разработку идейно-тематического комплекса. Прекрасный стиль и тут приходит на помощь, позволяя не уставать от чуть ли не чрезмерной детализации.

*

Одним словом, первая встреча с творчеством французского классика оказалась очень приятной. Надеюсь, что в будущем будет осилен весь цикл о Ругонах-Маккарах, хотя прочитать все романы залпом я, пожалуй, побоюсь. Что точно можно сказать - о карьере Ругонов я теперь знаю все. На очереди - история Эжена Ругона .