Цитаты из книги Валькирия

Мне не найти Того, кого я всегда жду, потому что ни одна баснь ещё не сбылась

Род будет всегда. Всегда будут сыновья и отцы, хотя бы звали их кметями и воеводой. Или как-то ещё.

Злая совесть грызёт без зубов, её не уговоришь.

Всяк домостройничай, покуда живёшь у себя, а в чужой избе хозяина не учи.

– Зачем воину мужество, новогородец? – спросил вождь... – Чтобы женщина тебя, бестолкового, полюбила.

В детстве мне метилось - у каждого есть Тот, кого он всегда ждет. Потом подросла, поняла: не у каждого, лишь у немногих. Спроси семерых, шестеро брови сведут - что ёще за диво неслыханное? Моё вешнее солнце было бы им огоньком на болоте, ведущим в трясину с проторённой, надёжной тропы. А мне их ясная жизнь была вовсе не жизнью - сном тяжким...

Есть всё же разница, когда срамом срамиться, ныне или после, хоть чуть отдышавшись.

Со всех сторон хорош воин, откуда ни погляди. Он и надёжа, верный защитник, мужчина среди мужчин. Он никого не боится, за ним, что за стеной, тепло, сыто и весело. А уж обнимет – все косточки сладостно захрустят...

За дела одного всегда платится племя, на том стоит мир и будет стоять.

Хваталось деревце корнями за бережок, клонилось, остаться не могло и падать боялось, а волны знай подтачивали, подтачивали…

Доброй души на торгу не прикупишь.

Он обрёл дыхание и закричал вслед, когда я была уже в двадцати шагах. Я не помню, что именно он кричал. Что-то срамное, скверное про меня и варягов. . От подобного я всегда будто глохну и не могу потом вспомнить обидевшие слова, да и не для чего, если подумать. Что ковырять коровью лепёшку, перешагнуть её или с дороги убрать.

-Первая рана всегда самая больная, - сказал Хаген. -Теперь не будешь бояться.

Мое вешнее солнце было им огоньком на болоте, ведущим в трясину с проторенной, надежной тропы. А мне их ясная жизнь была вовсе не жизнью - сном тяжким вроде того, что мучил злую березу

Без обуви нога становится зрячей и ловко выбирает, куда наступить

Тот, кого я всегда жду, он был… что каменная скала, при которой надежно расти маленькому вьюнку. Твердый камень, теплый от солнца. И не бывает такого, чтобы скала отворачивалась, стряхивая чьи-то слабые корни. Если рушится, значит, рушится мир. Весь мир маленького вьюнка.

Он зацепил меня, я недобро ответила. Удел мелкого человека, который пуще всего боится спустить кому-то обиду.

Лечь бы тут да замёрзнуть! В баснях такие вот девки, отчаявшись, гибли всеми покинуты. Нет уж. Не будет, как в басни. Я от рода отказывалась – или род от меня, как тогда перед варягами? Я кривым сучком была – или всё дерево криво росло?

За цыпленка и курица лютый зверь.

Мне б отказываться от еды, морить себя голодом, как то в баснях бывало... упрямая жизнь и тут нагло брала своё: долетел сочный запах еды - в пустом брюхе немедля громко запело.