Клубок змей

Тебе ведь хорошо знаком мой смех, - даже в начале нашей совместной жизни он действовал тебе на нервы, смех совсем не заразительный, в дни моей юности убивавший всякое веселье вокруг меня.

... женщине, которая любила бы меня, была бы дорога моя слава и она убедила бы меня, что искусство жить состоит в том, чтобы жертвовать низменными аппетитами ради высокой цели

Не знаю, прав я тут был или нет, но я во всем винил мать. Мне казалось, что я расплачиваюсь за то, что в детстве она, на мою беду, слишком меня нежила, лелеяла, опекала, от всего оберегала. И в юности я был с ней невероятно жесток и груб. Я упрекал ее за то, что она чересчур сильно любит меня. Я не прощал ей того великого чувства, которое лишь она одна в целом свете дарила мне, той самоотверженной любви, которую никто другой никогда не дал мне изведать.

Ненависть никогда не бывает настолько сильна, как кажется.

"Враг своих близких, душа, пожираемая ненавистью и алчностью, - низкое существо! И всё же я хотел вызвать в вашем сердце жалость и хоть каплю сочувствия к нему".

"Не зовусь я "Тот, кто проклинает", имя мое

• Иисус". ("О Христе", святой Франциск Сальский).

Люди, избалованные всеобщей любовью, как-то безотчетно, инстинктивно
находят те самые слова и жесты, которые привлекают все сердца.