Шатуны

«Шатуны» Юрия Мамлеева - роман, который завораживает и одновременно «бьет наотмашь»!

Это взрыв - это вызов самому существованию. Чистая деструкция и невиданный эксперимент с сознанием! Мамлеев берёт тебя за горло и не отпускает. Просто вытаскивает из привычного мира и бросает в бездну. Вы не готовы. Вы не ожидали. Но вы там, и вы не можете вырваться.

Роман прочитала в три присеста глубокой ночью со слипающимися  глазами, но не желая уступить сну не пяди книжной территории, как заведенная перелистывая страницу за страницей…

Это по-настоящему скандальный продукт, который выедает изнутри, выдирая все удобные маски и оставляя вас на голом, незащищённом основании. Это не просто художественное произведение — это катастрофа, залитая словами.

«Шатуны» — это роман о тех, кто потерян, растерян и беспомощен в этом расколотом, обрушившемся мире. Здесь нет правил. Здесь нет места для героев. Здесь все как будто сошли с ума или вовсе забыли, как быть людьми. Их движения — это не поиски смысла, а бешеный бег по кругу. Эти люди как заблудшие духи, они не знают, что делать, не знают, кто они, не знают, что их ждет. Но они живы. 

Автор не даёт вам шанса выбраться. Он показывает вам, как ваша душа превращается в пыль, и как вы сами становитесь частью этой пыльной, разрушенной реальности.

Да, я была к нему не готова, но уже с первой страницы четко осознавала, что и не готова его закрыть и отложить…

Вы будете возмущены, вы будете шокированы, но вы абсолютно точно не сможете оторваться от чтения.

Сам текст — это как наркозависимый поток сознания. Вы, возможно, не в силах всё осознать, не в силах выдержать эти бессмысленные, но такие сильные метафоры, эти выпады в мрак, эти блуждания в темноте. Но вы чувствуете. Вы не можете не чувствовать, как вас захлёстывает этот безумный поток эмоций. Персонажи Мамлеева не просто люди — они как медведи «шатуны», неприкаянно слоняющиеся в поисках пропитания, кем-то или чем-то потревоженные и как правило обреченные на гибель. Они, как мы с вами, в поисках чего-то, что могло бы нас спасти, но вместо спасения мы сталкиваемся с тем, что находим только ещё больше дыр, ещё больше трещин, ещё больше пустоты. И в этой тяжёлой, почти абсурдной реальности, где всё зыбко и изменчиво, где человеческие отношения — это почти миражи, «Шатуны» находят своё утешение в каком-то неуловимом поиске смысла. Мы все блуждаем, мы все ищем.

Вы не сможете закрыть эту книгу. Вы не сможете просто отмахнуться от неё, как от чего-то лёгкого и поверхностного. «Шатуны» — это опыт, который меняет.

Хотите ли вы этого, нужно ли это вам, каждый решает для себя сам! Будьте осторожны ️ возврата назад уже не будет!

Роман написан в жанре т.н. "метафизического реализма" (по определению автора) или как правильно сказал один из рецензентов в жанре "метафизической чернухи". Половые изврещения, самые отвратительные смерти соседствуют здесь с глубокомысленными "речами" героев.

Шокируют, правда, не изощренная аргументация персонажей в пользу убийств, например, а то удовольствие, которое они испытывают в процессе "преступления". Мамлеев передаёт больное сладострастие своих героев с такой отталкивающей яркостью, что хочется бросить книгу.

Тема смерти в романе далеко не главная, хотя и необходимая. Главная тема - потусторонний мир. Что там, за последней чертой? И как нам жить здесь, зная о загробном мире там? И каков он, тот мир? Об этом весь Мамлеев.

Возникнет ли у читателя катарсис, при ознакомлении с текстом "Шатунов", не знаю. Мамлеев говорит, что настоящая литература должна способствовать самопознанию, очищению и т.д., пусть и от противного. У меня этого не произошло.

Роман был куплен в дорогу, начала читать в поезде, на котором ехала в Москву. За окном светило утреннее августовское солнце, мелькали деревеньки, поля и реки, а на страницах книгах разворачивался тёмный склизкий ужас (автор любит использовать эпитет "помойный", хорошо описывающий происходящее). Много насилия, много жестокости, много мерзости от которых натурально подкатывала тошнота. Уже с недоверием оглядываешь соседей по вагону. А вдруг среди пассажиров есть такие же "Фёдоры" с мясницким ножом за пазухой? Чем больше вводят новых героев, тем больше глаза лезут на лоб от происходящего. Все такие разные, но такие далёкие от нормы. Гадко, тошно, но потихоньку привыкаешь к безумию. Но возможно это из-за того, что ближе к концу меньше действий, а больше философских размышлений.
Показалось, что есть сюжетные дыры. Некоторые действия персонажей не приводят ни к какому продолжению. Не в плане абсурдности происходящего, а будто какие-то главы вырезаны.
После прочтения книгу оставила в номере отеля. Порадует ли она персонал либо следующего гостя, у меня большие сомнения...

P.S. Если хотите узнать, до какой степени можно любить себя, то Мамлеев вам расскажет во всех красках.

Сюрреалистично-нуарный мир, с описанием очень мерзких подробностей (не для слабонервных).
Если в двух словах, то суть романа в том, к чему приводит фанатизм, сектанство и извращенное понимание философии и религии.
Теперь по-порядку.
Главный герой - Фёдор Соннов, представляет весь мир, как иллюзию - сон и чтобы найти суть, саму жизнь, дух, он убивает людей, пытаясь разглядеть, при убийстве "Куда ж человек-то делся?"
Мало того, убивая человека, он создавал себе Святых (мучеников) и молился им о спесении самого себя.
"По всей Рассеи были разбросаны Федоровы «святые места», где на месте убийства Федор воздвигал как бы невидимые храмы, часто молясь там за самого себя. Да и в отсутствии, в дороге ли, в уединении Федор не раз с умилением обращался к убиенным, просил их о помощи, земной или небесной."
Группировка Анатолия Падова. Это люди-интеллегенты изучающие философию и извратившие её до предела, до одержимости, до такого падения в бездну, что на физическом уровне, они превратились в людей безумных и сумасшедших.
Их учение - исковерканный солипсизм и "Вещь в себе" Канта, возвеличенное в "бесконечной любви к Себе" до "Сверхчеловеческого нарциссизма"
Так один из героев настолько "возлюбил" своё Я, что сидя перед зеркалом дрожал от восторга, лицезрея самого себя.
"- Но в моем пути, — продолжал Извицкий, — который можно считать резко сектантским в пределах религии Я, метафизическое обожание собственного «я» приняло чисто сексуальную форму. Даже мое трансцендентное «я» лучше предвидится в любви. Каждое мое прикосновение к собственной коже — молитва, но молитва себе..."
Падов, как неформальный лидер, ищет "в народе" живое воплощение этой философии в реальность и находит его в Фёдоре Соннове. Он просто повизгивает от восторга, когда понимает, что
"в Федоре он видел прежде всего — метафизического убийцу, цель которого полностью вытеснить людей и все человечество из своего сознания, чтобы даже само представление о существовании других людей стало пустым... И так же как обычный убийца вытесняет людей из внешнего мира, так Федор вытеснял людей из своей души."
Вот тут идут вайбы к "Бесам" Достоевского (в отношениях Верховенского и Ставрогина) но только не напрямую, а именно в сюрреалистическом  пространстве. Кроме того портрет Достоевского висит в красном углу у шайки Падова, и Фёдор Михайлович взирает на всё это безобразие с "неподвижным и страдальческим взором".
Ведь эти герои словно пришли из его романов (те же "Бесы" тот же Раскольников право имеющий) но только, в отличии от Достоевского, тут выкручено всё до адского  предела, до сумасшествия и нет никаго просвета и никого выхода, а христиансво всего лишь фанатизм, не способный ответить на простые вопросы и даже постоять за себя в этом безумном пекле.
Также были вайбы в роману "Мелкий бес" Фёдора Сологуба, очень мир в своём мракобесии похож (но у Мамлеева намног жёстче и чернее).

Второстепенные персонажи также здесь невероятны! Например Петенька - человек, который имеет "крайне недоверчивое отношение к миру" приведшее к тому, что он "воздерживается принимать даже пищу" от мира и поэтому поедаёт сам себя.
"Петенька, правда отличался тем, что разводил на своем тощем, извилистом теле различные колонии грибков, лишаев и прыщей, а потом соскабливал их — и ел. Даже варил суп из них. И питался таким образом больше за счет себя."
Ну и много других подробностей способных шокировать и вызвать отвращение.

Полный андеграунд!
Роман точно не для всех!
И строго 18+!

Если пересказать сюжет Шатунов, то получится что-то уж слишком постмодернистское. Слишком просто для Мамлеева, я думаю. Постмодерн – это игра ради игры, в этом случае было бы плоское понимание романа.
Опять-таки, если просто пересказать вам сюжет, вы никогда не будете это читать. А читать стоит.
У меня нет какого-то определенного мнения по поводу того, о чем этот роман. Он хорошо написан, абсурден, погладит по шерстке ищущих аллюзии и кичащихся «прочтением» постмодернистского кода. Философствующие натуры задумаются (может, напишут трактат ) о «религии Я» и проч., проч.
Возможно, Мамлеев – не мое. Или понимание того, что я читала, и что же прочитала, придет позже.
А все может быть (с)