Crash

Редкий случай, когда во время чтения одновременно тошнит и тянет зевнуть. Удушающе скучно и однообразно.
Ну да, там есть попытки написать что-то идейное и окологуманистическое - какие-то единственные оправдания для жертв автокатастроф... какое-то сращение человека и технологий... Лучше всего автору удалось запечатлеть распад и пресыщение, ведущие к омертвению чувств - все более сильные стимуляторы заставляют полуразложившиеся личности дергаться как подопытные животные под током. Таков путь греха, которому надо все большее и большее. За эту честность - моя оценка в две звездочки. Но это не оправдывает такого обилия физиологических подробностей - это не художественная необходимость, как мне кажется, это исключительно потребность "левой пятки" автора.
Хотя и тянуло поминутно отложить этот текст, все же заставила себя дочитать за два вечера - чтобы еще и третий не портить.

Baby you can drive my car...
Я даже не буду говорить о том, насколько эта книга странная.
Здесь все с ног на голову. Люди - какие-то бездушные механические куклы, а автомобили (и ладно бы, если б только автомобили...) возбуждают их так сильно, как никогда не удастся живым существам, смерть - не финал, а высшее наслаждение... Когда герои рассуждают о притягательности ран и шрамов, о сексуальности покореженных авариями тел, первая мысль - да они все тут больные!!!
Больные, да.
Но в то же время какая-то часть этого безумия кажется пугающе реальной, как и мир, где и все телесные рецепторы и даже души огрубели настолько, что не чувствуют ничего. И для того, чтобы достучаться до них, испытать хотя бы тень наслаждения, необходима та самая автокатастрофа.

То есть, мысль-то у автора есть и она вполне очевидна. Только при почти полном отсутствии сюжета в какой-то момент всех этих забрызганных приборных панелей, напряженных бедер, и бесцельной одержимости Воана, и покалеченных машин, и прочего и прочего становится слишком много. Предельно концентрированный набор откровенных сцен, настолько сосредоточенных на своей предполагаемой и отчаянно выпячиваемой извращенности, что все это превращается в какой-то отталкивающий анти-эротизм. Сцены секса становятся где-то даже смешными (ну, или это я ненормальная), а Воан видится настолько омерзительным типом, что неудивительно, почему бОльшую часть своих автомобильно-сексуальных "приключений" ему приходилось совершать в компании с проститутками (причем судя по описаниям, он сам от них не то чтобы в восторге, потому и продолжает погоню за наслаждениями, в надежде постичь тот самый неведомый экстаз. Другой вопрос, что может быть искать-то стоило совсем в другом направлении?...). Слишком много бессмысленных и беспощадных совокуплений для такого маленького количества сюжетных поворотов, чересчур высокая концентрация безумия, чтобы воспринимать всерьез.

Но что самое странное, что-то в этом все-таки есть.

– предупреждает дядя Эдмунд и он таки прав.
Носители своеобразной сексуальной девиации становятся адептами чудовищной эстетики аварии. Они видят и вожделеют к гармонии искореженного автомобиля и изувеченного человеческого тела, для них шрамы от соприкосновения с деталями – новые эрогенные зоны, для них оргазм и предсмертная агония сливаются воедино, а лучшая поза – друг напротив друга впечатанные в руль в наглухо закрытых столкнувшихся машинах.
У гг есть свой гуру или наставник, помогающий пройти инициацию до конца, одержимый доктор Воан, который представляется мне скорее материализовавшимся фатумом, чем человеком. Он-то и развивает в Балларде (главгерой и автор – тезки) начатки ощущений вышеупомянутой эстетики.

Что касается обилия человеческих выделений в романе, которые якобы присутствуют для пущего трэша: создается впечатление, что автор уснащает ими текст для того, чтоб мы могли лучше прочувствовать, насколько совершенней зеркальная гладкая хромированная поверхность, создание человеческих рук, самого человека с его лужицами спермы, разводами поноса на коже, пятнами пота под подмышками и прочим добром. Насколько далеки друг от друга и не гармоничны для обычного обывателя человеческое тело и автомобильный остов, тогда как симфорофилы (с) именно в кровавом сочетании того и другого находят для себя бездны уродливой красоты.
Тут внезапно выяснилось, что это любимый роман Бодрийяра, которому он посвятил целую главу своего культового труда. Вот что пишет, мои маленькие симулякры, обо всем этом Бодрийяр:

Кучка этих странных людей в романе стала такими якобы в результате аварии. Но на самом деле они просто продукт цивилизации, пресыщенные и не удовлетворяющиеся обычными эмоциями, нашедшие такую возможность через травматику и даже смерть.

Как ни странно, их желанный результат можно назвать как разрушением, так и творением – нового нежизнеспособного сочетания деталей, щедро политого спермой как бы в ритуальном жесте оплодотворения. Причем, у гг конечная цель – не просто добиться своего Самого Главного полового акта и умереть в экстазе:

З.Ы. Перевод Шерр никакой. Апд. Перевод в электронке указан неверно, это перевод Мирошниченко. Много повторений – от слов «утомленный» и «бракосочетались» просто в глазах рябит, неужели не было синонимов. Описания ( а книге много описаний в основном дорог) невнятные, по ним невозможно представить себе картинку всех этих развязок и автострад. И имеются отдельные не к месту прилепленные определения, мое любимое:

Тематическая картинка.

Здесь особенно круто, что Баллард останавливается буквально в одном-двух шажочках от того, чтобы "Автокатастрофа" превратилась в полноценную аллегорию - о сексуальности в эпоху потребления, или о путях плоти в мире высоких технологий, и так далее. Он подходит к этому очень близко - что делает "Автокатастрофу" таким благодарным материалом для культурологического и философского паразитирования, ой, анализа, - но всё-таки границу не пересекает, и поэтому его увечные ангелы, любовники машин, мученики высоких скоростей так и остаются жить странными, довольно пугающими, но самостоятельными существами, населяющими призрачные урбанистические ландшафты.

Многие, рассуждая об «Автокатастрофе» Балларда, акцентируют свое внимание на наличии в ней некоего глубокого плана – отношений человека и техники, «обездушивания» одного и одушевления другого, урбанизации нашей современной жизни, когда неясно, где заканчивается живое, и начинается металл. Безусловно, эта глобальная идея в романе присутствует. Более того, автор буквально кричит о ней на каждой странице. Но такой способ подачи материала мне кажется странным. Разве писатели не стараются обычно показать свою идею через призму поступков и характеров персонажей? Джеймс Баллард поступает наоборот. То, что другие поместили бы между строк, он делает стержнем всего произведения, а всё, что происходит на страницах романа, всего лишь служит этой идее, подчеркивает ее, повторяясь и нагнетая обстановку там, где читателю и без этого все понятно.

Но для меня в «Автокатастрофе» интереснее всего оказалась именно психология персонажей, их развитие и взаимоотношения. Главный герой, автобиографичный Джеймс Баллард, попадает в аварию. И именно это становится отправной точкой всех дальнейших событий. И насколько удачным получается у автора психологический портрет героя: скучного, в общем-то, сорокалетнего сотрудника рекламного агентства, который не находит удовольствия ни в работе, ни в жизни с женой, отношения с которой у него, мягко говоря, свободные. И вдруг – внезапная катастрофа, выброс адреналина, эйфория, что остался жив, буквально заглянув за грань, помноженная на чувство вины за потери с противоположной стороны. Кто после подобного всплеска чувств и эмоций мог бы остаться прежним? Поэтому совершенно оправдан тот гротеск и эксцентричность в описаниях окружающего мира, который после потрясения становится для героя чем-то совершенно иным.

Вот так мироощущение Джеймса постепенно искажается. Обыденная жизнь с её суетой и мелочами отходит на второй план, а в центр его внимания теперь попадает автомобиль и все, что имеет к нему хоть какое-то отношение. А ведь это не обязательно должен был быть автомобиль. Джеймс мог кататься на лыжах и оказаться погребенным под лавиной, или же упасть с моста в реку и чудом спастись. В любом случае, нужно было событие, способное встряхнуть рутину и перевести осознание героем себя и окружающего мира на другой уровень, совершенно не понятный и не принимаемый людьми, не пережившими чего-то подобного.

И вот тут-то на горизонте появляется Воан. Сначала как бесплотный призрак, непостижимым образом оказывающийся на местах аварий со своей камерой, цинично равнодушный к страданиям людей, одержимый грудами искореженного металла и искалеченными телами. А затем – как некий режиссер, манипулирующий всеми самыми трагическими событиями, происходящими на автострадах города. Баллард и страшится его, и благоговеет перед ним. Для него Воан –проводник в мир новых, неизведанных наслаждений.

Однако кто такой, по сути, Воан? Глубоко и безнадежно больной человек, разум которого не просто омрачен, но практически изъеден его же собственной одержимостью. Жуткий, опасный, и в то же время бесконечно одинокий и несчастный, особенно когда вся сущность его безумия распадается у него на глазах. Персонаж настолько же потрясающий, насколько и отвратительный.

На фоне таких роскошных психологических портретов утрированные и постоянно повторяющиеся сцены занятий любовью и однообразных поездок по шоссе и эстакадам, равно как и почти полное отсутствие сквозной сюжетной линии (роман скорее похож на коллекцию отдельных эпизодов из жизни Джеймса) навевают скуку. Тем не менее, изменение характеров персонажей Баллард показал настолько реалистично, что, пусть «Автокатастрофа» и не стала моим любимым произведением, вряд ли я скоро забуду свои впечатления от неё.

Неплохая гротескная эротика. Но только не понятно, зачем и ради чего растягивать порно-рассказ на 250 страниц. Со временем читать такой объем необычного, но все же однообразного интима становится скучно, занудно и уныло. Возможно от более сжатого формата и краткого изложения книга бы только выиграла.

Смогла дочитать лишь потому что:

• считаю машины и скорость дико сексуальными,
• описания столкновений и аварий вызывают ностальгию по таким старым консольным играм моего детства как Carmageddon и Twisted Metal,
• у меня стигматофилия и я балдею от шрамов.

  Итог. «Автокатастрофа» - явно не масс-маркет. В ней есть моменты, которые большинство людей воспримут как омерзительные и ненормальные. Так что если вы не равнодушны к эрогуро – вам понравится. Или если вы хотите пофапать на что-то небанальное – то вам тоже понравится. Но больше я не знаю, кому можно было бы рекомендовать эту книгу.

После Эмилии из «Удольфских тайн» хотелось прочитать что-то грязное. Но это, право, перебор. Грязное, но не до «струек поноса» и мыслей о том, «остались ли каловые массы вокруг их анальных отверстий».

Это я поняла в самом начале, пока ГГ еще лежал в больнице. А потом…
Автор хотел шокировать, но перестарался. Концентрация так сказать шока слишком велика и однообразна, это притупляет восприятие.

Эта книга не возбуждает. Даже извращенно не возбуждает. Потому что это какофония. Возможно, стоило бы написать и через «а». Герои совсем больны. Не извращенцы, совсем-совсем больны. Но не может быть, чтобы они думали ТОЛЬКО об этом. Если автор решил исписать СТОЛЬКО страниц, стоило бы добавить в эту мешанину шокирующих фантазий сюжет. Без сюжета, сплошное нагромождение извращенных сексуальных желаний и описание половых органов и всяческих жидкостей человеческого тела, однотипное до сведенных скул, не может быть таким длинным. Это могла бы быть новелла. Может, тогда ее еще можно было бы переварить. То, что тут мелькают имена и события, не является доказательством наличия сюжета.

Вы можете сказать, что тут есть сюжет. Но это не правда. В сюжете мог бы быть один извращенец. Семейная пара извращенцев. Даже все герои извращенцы – если бы их познакомил не случай, а они были уже к началу в каком-то… клубе, я не знаю. Могли бы быть все извращенцы в каком-то параллельном обществе, ином мире. Тут все не то. Тут вроде как обычный мир, но при этом в этой книге извращенцы все, и все они встречаются случайно. ГГ мог бы съехать после аварии, съехать на фоне «откровений» Воана, привязавшегося к нему. Но нет, ГГ такой и был сразу. Извращенец ГГ, его извращенка жена, извращенец фотограф, извращенка вдова погибшего, извращенка ее любовница, даже толпа зевак – извращенцы, и все стандартизированы. У всех одна и та же фантазия, всех возбуждает автомобильная авария или ее последствия. И о – нам опишут это сто тысяч раз, абсолютно одинаковых раз, снова, снова и снова. И если в начале еще можно было «очистить сознание» и поискать поэтичность в образах, то потом все. Слишком много одинаковой хери. И ни что не может ни шокировать, ни возбуждать, ни отвращать, ни пугать, ни интриговать – если это раз за разом описывать без особых отличий.
Новелла. Могла бы быть шокирующая новелла.
В вышла лохань блевоты.
Очень большая лохань.

1001 books you must read before you die: 388/1001.

пт.си. Ага, автор провел детство в китайском концентрационном лагере. Это многое объясняет.

Книга Балларда - идеальная мишень для Роскомнадзора. Чего стоит только эмоциональная кода романа - сцена гомосексуального секса под ЛСД. В "Автокатастрофе" вообще много всего, бьющего в лоб - и в первую очередь секс и психопатия. За эпатажем скрыта будничная история современного мира. Одиночества и неустроенность человеческой личности в технократичном мире. Главные герои Баллард и его жена Кэтрин прячут свои страхи и тревоги в случайных связях на стороне и искусственных эмоциях. Случайная дорожная авария меняет жизнь супругов, а их новый знакомый Воан становится проводником в мир спокойствия и гармонии. Автомобили с их выверенными геометрическими линиями и успокаивающими металлом, кожей и хромом становятся для человека последним прибежищем, да по сути единственным местом, где он способен чувствовать покой и умиротворение. Занимаясь сексом в автомобилях, герои Балларда сливаются с автомобилями в одно целое, это секс не со случайными, в большинстве своём, партнёрами, а с совершенными идеальными механизмами. Идеей -фикс прозревших людей становятся автокатастрофы, после которых груда металлолома и человеческая плоть окончательно становятся единым организмом.

«Сексуальное безумие» – именно так я бы описал роман в двух словах. На самом деле, что здесь только нет, но именно безумие здесь повсюду. Оно просто гигантских широченных охватов: от гомосексуализма и супружеской неверности до убийства как финальной точки экстаза в момент оргазма. Но этого недостаточно: героев интересует не просто секс, ни просто животную страсть или механический акт соития. Нет. Здесь вся соль в том, чтобы при сексе был испорченный или бывавший в аварии автомобиль, или автомобиль, который может потенциально попасть в аварию. Момент смерти и риска – необъемлемый знак всего романа. Смерть существует только для того, чтобы оправдать секс, и сама по себе смерть без секса – нечто вполне нормальное для существования героев.

Сюжет сам по себе не представляет особого интереса. Есть замужняя пара, типичная, вероятно, или не совсем(?), где супружеская неверность – часть сексуальной жизни, то, что вносит разнообразие в будничное существование. Во всем эти серые дни врывается авария, при которой Баллард, главный герой романа, получает еще одну новую порцию удовольствий, причем именно сексуальных. Его начинают заводить остатки кожи, следы спермы, аромат духов на приборной панели автомобилей, он начинает фантазировать и мечтать о том, как женское тело хорошо гармонирует с кожей, новой приборной доской, красивыми крупными спидометрами.… Теперь сексуальное удовлетворение приходит к нему со вкусом крови и осколками разбитого лобового стекла, а если на фоне этого летают самолеты или быстро едят красивые машины, то это просто великолепно. Теперь его жизнь – переспать с женщиной или можно даже с мужчиной в машине, причем, чем более она покалечена, тем лучше для него.

Вообще тема о травмах, это нечто особое в самом романе. Израненные жизнью людьми, изуродованные тела, попавшие в аварии люди, искорёженные автомобили. Как будто сама вот такая убогость – некий образ всего романа. Что-то нечто большее, чем просто система рам на организмах. Возможно, это просто мои нелепые домыслы, но для меня сама такая приземистость и ущербность – отдельная мысль, заслуживающая внимания.

Когда я читал роман, то у меня почему-то возникли ассоциации, что книга просто создана для Дэвида Кроненберга, и я был поражен, что оказывается, фильм по ней он снял аж двадцать лет назад. Это действительно же книга просто создана для него. Теперь думаю просто необходимо посмотреть данную экранизацию виртуозного режиссера. Тем более что книга в целом оставила хорошее впечатление, и что самое главное мне было интересно что будет дальше, она умело держала меня в течении рабочего дня и когда вернулся домой сразу вернулся к её дочитыванию.

ДЖЕЙМС БАЛЛАРД. АВТОКАТАСТРОФА
«…печальная драма на сцене театра технологий»

Роман, за который Баллард подвергся самому большому количеству нападок. Здесь и обвинения в распространении порнографии и в смаковании насилия, и так далее, вплоть до его психической ненормальности. Не вижу смысла становиться в позу защитника автора - Баллард не та личность, которая нуждается в защите и писатель такого уровня, к которому, по меньшей мере, смешно применять подобные характеристики. Поэтому и не будем этим заниматься, упомянув, впрочем, что это произведение невозможно адекватно рассматривать в отрыве от всего остального его творчества, надо сказать, довольно сложного и неоднозначного.

Формально Автокатастрофа дает поводы для навешивания упомянутых ярлыков. Что говорить, секса, извращений, членовредительства, психопатологии там через край. Вопрос стоит ли что-нибудь за этим. Для меня ответ однозначен. Однозначен ли он для других, пусть каждый решает сам. В моем случае, например, одной из главных смысловых составляющих книги является глобальное крушение базовых личностных характеристик современного человека под колесами новейших технологий. Кстати, оригинальное название романа – Крушение. Есть разница, правда?

Либо читать обязательно, либо не читать ни в коем случае.