Цитаты из книги Pani jeziora

...политика – та же война, только малость по-иному ведущаяся.

– Замолвите там за меня словечко? – Ярре с надеждой взглянул на краснолюда. – А? Господин Кранмер?

– Ну и дурной же ты парень, писарчук! Здесь армия! Хлопотать за тебя все одно, что у тебя на спине золотой нитью вышить: «НЕДОТЕПА»! Жизни бы у тебя в отряде не было, парень.

При виде твоей кислой физиономии придорожные грибы сами маринуются.

Цирилла перенесет на сына, которого она мне родит. Эрцгерцога, а впоследствии императора. Императора, который родит сына. Сына, который станет владыкой мира и спасет мир от уничтожения. Так гласит пророчество, точное содержание которого знаю только я.
Разумеется, – снова заговорил Белое Пламя, – Цирилла никогда не узнает, кто я. Эта тайна умрет. Вместе с теми, кто ее знает.
– Ясно, – кивнул Геральт. – Ясно даже и ежу. О, пардон!

– Боклер, говорят, сплошь пиры, балы, гулянки, попойки и любвишки. Человек, говорят, только паршивеет, дуреет и время тратит, вместо того чтобы думать об интересе. А мыслить след о том, что действительно важно. О цели, что светит. Неустанно. Не распыляя мыслей на какие-то там финтифлюшки. Тогда, и только тогда, можно намеченной цели достигнуть.

– Бррр… А скажи, которого из них можно прикончить с помощью зеркала?

• Бррр… А скажи, которого из них можно прикончить с помощью зеркала?
  - Любого. Если садануть его по башке.
  

О Регисе – Он был человеком? – Он был воплощением человечности.

- С любовью, - медленно проговорила Фрингилья, - все обстоит так же, как с почечными коликами. Пока не схватит, даже не представляешь себе, что это такое.

Мы поведали друг другу многое. Поверяли весьма тревиальные истины. Изливали прекраснейшую ложь. Но ложь эта, хоть и была ложью, говорилась не для обмана.

- ...А теперь мазель Шани зашьет нам пациента.
- Но я этого еще никогда не делала, господин Русти.
- Когда-то надобно начинать. Шейте красное с красным, желтое с желтым, белое с белым. Так наверняка будет хорошо...

В закрытый рот, запомни мои слова, ни одна навозная муха не влетит. Никогда.

На стене стоящего в конце улочки амбара красовалась начертанная известкой надпись: "ЗАНИМАЙСЯ ЛЮБОВЬЮ, А НЕ ВОЙНОЙ". А чуть ниже кто-то накарябал гораздо меньшими буквами: "Сри каждое утро".

Omnea mea mecum porto лат. Все свое ношу с собой.