ГЛАВА 5. Запредельный трансфер
Если обойти Центральный корпус с юга, можно пролезть через пространственную щель во внутренний двор. А оттуда до Корпоративного комплекса рукой подать. Особенно, если срезать по тренировочному кладбищу Прикладных некромантов.
В этом направлении я и дёрнула, едва мы покинули обитель наших начальников-небожителей.
– Постой! – Антон схватил меня за руку. – Мне на вокзал надо.
– Куда? – пришлось притормозить. – На вокзал? Зачем это ещё?
– Я там вещи свои оставил.
– Какие ещё вещи? – нахмурилась я.
– Обычные! – Метафизик поправил очки. Он явно вымотался: вид у него был неважный: лицо осунулось, под глазами залегли круги, а морщины на лбу обозначились резче. – Чемодан, а в нём одежда. Джинсы, свитер, носки и... ещё кое-что. Или, может, ЗГУ и бельё сотрудникам предоставляет?
– Предоставит, если возникнет нужда. – Я посмотрела на часы. До пяти оставалось почти два часа, а до вокзала – около десяти километров. И это только в одну сторону! Кошмар кошмарский. Хотя... всё решаемо. Особенно когда ты – секретарь директора.
Я поглядела на Антона.
– Тебе действительно так нужны те свитера с носками?
Физик уверенно кивнул.
– Ладно, – выдохнула я и внимательно поглядела на своего подопечного. – Ты высоты боишься?
***
– Не забывайте о правилах безопасности, – напомнил инструктор, выдавая нам шлемы. Инструктора звали Русланом, его жену – Людмилой, и она считалась лучшим мастером по маникюру во всём кампусе. Ну а я была её постоянной клиенткой, так что проблем со ступами не возникло. Да-да, всё в нашем мире решают связи. И ноготочки. – Никаких резких движений, прыжков и пируэтов. Подниматься выше тридцати метров запрещено. Разгоняться быстрее сорока километров в час – тоже. Заклятье движения произносится не позднее тридцати секунд после подъёма. Управление стандартное двухвзмаховое: метла справа – поворот налево, метла слева – поворот направо. Заклятье торможения размещено на внутренней стороне ступы прямо перед вами. Всё понятно?
– Да!
– Нет!
Выпалили мы в один голос.
Инструктор смухордился. Посмотрел на меня, на Антона, потом снова на меня и сказал:
– Ну, раз всё понятно, жду вас через час. Сдадите ступы, заберёте паспорта.
Он ушёл, а новобранец уставился на меня квадратными глазами.
– Я не полечу!
– Тебе же нужны твои чемоданы, разве нет? – бросила я, застёгивая шлем.
– Нужны, но я не полечу, – Антон вцепился в края ступы. – Это... Это противоречит законам физики! Это невозможно! Нина! Оно не взлетит!
– Не надо так драматизировать, – мягко проговорила я, и командным тоном отчеканила: – Земля, прощай!
Да-да, именно так. "Земля, прощай". Многим заветная фраза известна по старому доброму мульту, но мало кто знает, что она – самое настоящее заклинание!
Приоткрыв рот и вскинув брови, Антон наблюдал, как моя ступа отрывается от земли и зависает в метре над его головой.
– Так не бывает... – пробормотал новобранец. – Как такое возможно?
– Не попробуешь, не узнаешь, – глубокомысленно изрекла я и пожала плечами. – Ну что? Готов пойти на риск ради носков и свитера?
– Ради носков – нет, – Антон поплевал на ладони и схватился за метлу. – А вот ради науки... Земля! Прощай!
"В добрый путь!" – мы сказали уже хором.
***
Мы летели над черепичными крышами, утопающими в майской зелени парками и яблоневыми садами. Дети, завидев нас, махали руками и приставали к родителям: "Тоже хочу!", а взрослые, обременённые заботами, не замечали нас вовсе – подумаешь, летающие ступы! Здесь, в Запределье, и не такое видывали.
Антон пребывал в полном восторге: полёт явно превзошёл все его ожидания. Новобранец достаточно быстро наловчился управляться с метлой и не отставал ни на йоту. Лёгкий, наполненный ароматом акаций ветерок трепал его каштановые волосы, глаза горели азартом, а руки уверенно и крепко сжимали длинный кривоватый черенок.
– Круто! – восклицал метафизик на особо лихих виражах. – Невероятно! Нереально!
Островерхие башни Центрального корпуса остались позади, и я оглянулась, прикидывая, успеем ли мы вернуться. Лучи заходящего солнца окрасили стены академии каким-то совершенно неописуемым сочетанием розового, сиреневого, оранжевого и золотого. Казалось, будто здание светится изнутри. Удивительное зрелище: старинный замок, окутанный волшебным сиянием...
Вот бы никогда туда не возвращаться!
Да, такие мысли посещали меня с завидным постоянством. При всём внешнем лоске, ЗГУ им. ЗГУ стремительно гнил изнутри, всё глубже погружаясь в болото рутины, бессмысленной бумажной волокиты, пустой бравады и натужного пафоса. Я прекрасно понимала это, но... Бесплатная корпоративная квартира, замедление старения, молодильные яблоки на Новый год от профсоюза...
Эх! Где ещё найду я такие шикарные условия? Да и есть ли смысл искать?
К тому же, кто меня отпустит? Узнай Мегера о моих помыслах, всё – пиши пропало. Со свету сживёт! Столько идиотских задач нарежет, что придётся дневать и ночевать в корпусе, и о таких приятных мелочах, как возможность уйти на часок пораньше или взять отгул можно будет смело забыть. Уж я-то знаю...
Бр-р-р... Кошмар кошмарский!
От мысли, что директриса пронюхает о планах сменить место, мурашки бежали по коже. А ведь я даже резюме составила. Осталось только набраться смелости и отправить его хоть куда-нибудь А уж потом...
– Вокзал прямо по курсу! – крикнул Антон, жадно загребая помелом душистый майский воздух. – Где садиться будем?
– Вон там, на парковке, – я мотнула головой в сторону просторной, расчерченной белыми линиями площадки, на которой сиротливо дожидались хозяев несколько вполне себе современных автомобилей, гнедой жеребец в золочёной сбруе, беговая черепаха и безлошадная карета на магическом ходу.
В общем, для полноты картины как раз парочки ступ не хватало.
– Приземляемся? – уточнил Антон, зависая над свободным местом.
– Да, – кивнула я, громко продекламировала спецзаклятье, и ступа начала стремительно терять высоту.