Оглавление
- Детский ад
- Стеклянный человек
- 1 сентября
- 7 октября
- Первый подарок
- Кумулонимбус и нимбостратус
- Добрые дети
- Я в искусстве
- Творческий труд
- Дырокол
- И это критика!
- Фотография с гирляндой
- Тайна моей фамилии
- Бытописание
- Женщины и диван
- Рукавичка
- Коробка из «Икеи»
- Отпариватель
- Расческа
- Пароварка
- Алкоголь
- Шелковые объятия
- Покупатели супермаркета
- Растения против зомби
- Соседка по Софрину
- Мой рай
- Кошачий рай
- Кошачий ад
- Взгляд охранника
- Яйца и рация
- Оливье и вечность
- Политика
- Человек и аналитик
- Любимая коза
- Повсюду Путин
- Перпендикулярная линия
- Маленький процент
- Запах Жириновского
- Цвет кожи
- Росгвардеец плачет
- Лукашенко у психотерапевта
- Беларусь
- Свеча революции
- Женщины перед митингом
- Стук в дверь
- Хороший дефицит
- Конец ознакомительного фрагмента
1 сентября
Я не пошел в школу 1 сентября.
В Узбекистане 1 сентября – это День независимости, он там даже круче Навруза. Поэтому, когда накануне умер Каримов, об этом не говорили несколько дней, чтобы не омрачать.
Вечером накануне – 31 августа 1991 года – я подошел к матери и сказал, что принял решение не идти в школу. Вообще. Да, я долго думал, взвесил все «за» и «против» и понял, что мне это не подходит. «Хорошо, скажи об этом отцу», – сказала мама. Это означало «ты с ума сошел, он тебя убьет».
Отцу я ничего не сказал. В школу я все-таки пошел. И все десять лет жалел об этом. Без шуток: решение, принятое в неполных семь лет, было верным. Школа оказалась абсолютно бессмысленным делом. Я до сих пор не понимаю, зачем все это было.
Из первого учебного дня я запомнил один момент. Все вставали и представлялись. Шли по алфавиту. Передо мной встал маленький лупоглазый Дима Петров. Ну, Дима так Дима, Петров как Петров. Так могут и должны звать разведчика, человека без свойств. А потом встал я.
«Меня зовут… Валера Печейкин». Класс бахнул смехом. Некоторые уронили разложенные пеналы. И тут я понял, что у меня очень смешная фамилия. Все десять лет из-за нее у меня не было настоящего прозвища. Меня уже звали Печейкин.
Когда я в 20 лет решил взять псевдоним, друг отговорил меня словами: «Валера, понимаете, вам он не нужен. Тексты, которые вы сочиняете, требуют именно такой подписи. Ваша фамилия уже звучит как псевдоним».
Так я остался Печейкиным. Я несу эту фамилию официально с первого дня в первом классе. В классном журнале меня записывали Печкиным, Печенькиным, Пегейкиным, Печонкиным, проч., проч.
Я с гордостью нес свою фамилию и считал себя героем, пока не встретил автора, чьей фамилией была – Пидоренко. И она была настоящей. И он так подписывался.
Так что, дорогие дети, с гордостью несите свои имена и фамилии, с гордостью пишите их на тетрадках. История рассудит, кто из вас был печейкин, а кто – Печейкин!