Глава 16
Из Сони правда получился хороший стратег. Ник заявил, что разглядел в ней это в детстве. Соня была дочерью эмоциональной и темпераментной актрисы, но разительно отличалась от матери. Любила математику, с удовольствием корпела над учебниками, находя их по-настоящему захватывающими. Может, для кого-то (для Давида) это было скучно, а кто-то называл ее типичной холодной австрийкой, эдакой подмороженной рыбой. Хотя насчет типичности можно поспорить: мать Сони не раз это доказывала своим взрывным характером, да и отец никогда не считался паинькой. Это Соня получилась… своеобразной.
Настойчивость Кифера она приняла и перестроилась. Как минимум во время прогулки можно вытянуть из него причину ухода Деда, а максимум… кто знает. Вайсберг хотел с ней поиграть и почему-то не понял, что делать этого не стоит. Странно – он выглядел умным парнем.
– После гонки и общения с прессой я всегда голодный, – сообщил Кифер. – Неподалеку есть ресторанчик, где жарят отменные колбаски.
– Колбаски? – хмыкнула Соня.
– Ага. Всегда скучаю по родной кухне. Разве ты нет?
– Не особо. Мне больше нравится экзотика.
– Неужели и этот жуткий сладкий рис?
– Он в первую очередь.
– Да ты извращенка, Ридель. Буду иметь в виду. – Он улыбнулся, явно стараясь быть очаровательным. И у него получалось. Соне нравилась эта необычная, неизведанная версия Кифера Вайсберга – вне гоночного мира он был другим. Более открытым и приятным.
В ресторане они расположились в отдельной беседке с видом на искусственный пруд. Несмотря на европейскую кухню, музыка играла местная, обстановка тоже не позволяла обмануться местоположением.
– Есть шанс, что вместо колбасок мне принесут очередной кебаб, – заключил Кифер, закрывая меню. – Выбрала что-нибудь?
– Чизбургер.
– Со сладким рисом?
– Нет, обычный.
– Значит, про извращенство ты наврала? А я только начал фантазировать… о новом походе в ресторан.
– Рискуешь, Вайсберг. – Соня даже не старалась звучать грозно.
– Мир принадлежит смелым.
Вскоре официант принял заказ. Как только он ушел, Кифер снял кепку и пригладил волосы, но передние пряди все равно непослушно опустились на лоб. Видимо, выскочил из отеля, едва приняв душ. Как и в прошлый раз, Соня отметила, что челка удивительным образом смягчала его лицо, убирая острые углы. Челюсть не казалась квадратной, а улыбка хищной. И даже взгляд менялся… Челка может поменять взгляд? Вряд ли. Дело скорее в окружении.
Раньше Соня не ходила с Вайсбергом по ресторанам, видела его только в паддоке, вот и весь ответ. Теперь же она могла разглядеть каждую его светлую ресницу, пару родинок на правой щеке. Ладони с длинными изящными пальцами, словно Вайсберг был пианистом. Несколько характерных царапин на правой руке – явно проиграл схватку с котиком. Соня почему-то помнила, что у него есть кот. Кажется, даже белый, совсем как у бондовского злодея.
Не она одна развлекалась, разглядывая спутника, он тоже ее изучал. И не переставал ухмыляться, что нервировало.
– У вас с Моро правда что-то было? – спросил Кифер, наблюдая за ее реакцией.
Если он рассчитывал ее смутить, зря старался. Соперничество с «Биалетти», в том числе в информационном поле, назначение на важную должность, а еще отец-звезда – все это закалило Соню до полнейшего равнодушия даже к самым личным вопросам. А Давид остался в прошлом.
Она улыбнулась:
– К чему этот вопрос? Или это попытка корпоративного шпионажа?
– Это была не моя идея, – засмеялся Вайсберг. – Я про разбирательство и штраф. Но получилось смешно, ты должна это признать.
– Смеялись всей командой.
– Теперь стоит ждать ответного удара?
– Нет, что ты. Мы не такие, как вы.
– Значит, точно стоит. Втройне. Но меня уже проинструктировали – возле вашей тачки не наклоняться и ни в коем случае не трогать ее руками или другими частями тела. Можно только своей машиной и невзначай, как в гонке получилось. – Он улыбнулся своей шутке и сменил острую тему. – Ты сегодня молодец, Соня Ридель, быстро разыграла пит-стоп и увела Моро от штрафа. Я говорил, что этого не хватает в «Биалетти»? Быстрых решений, которые не были бы провальными и не заставляли бы меня страдать. Я уже подумываю самостоятельно отвечать за свою стратегию.
– Интересно на это посмотреть.
– Я пытался, можешь глянуть прошлогодние гонки.
– Монцу?
– И Хунгароринг.
– В Венгрии ты не финишировал, – припомнила Соня. Кажется, тогда Вайсберг спорил со стратегами насчет остановки, в итоге заехал в гаражи, а команда оказалась неготовой настолько, что одно колесо укатилось прочь, и его потом отлавливали механики. Видео с этим инцидентом моментально разошлось повсюду как прикол, а «Биалетти» еще долго называли клоунами. В основном это делал Давид. Он лайкал все посты с шутками про «Биалетти» до тех пор, пока это не пресек Ник.
– В том и суть: один я не могу отвечать за все, – кивнул Вайсберг. – И заезд был правильным решением. Если бы в Венгрии все получилось с пит-стопом, я бы выехал впереди Моро.
– У тебя цель – опередить его или выиграть чемпионат? Складывается впечатление, что соперничество с Давидом важнее.
– Одно проистекает из другого.
– За что ты его так ненавидишь?
– Это попытка корпоративного шпионажа?
– Она самая. Собираю информацию.
Вайсберг в очередной раз рассмеялся. Весело человеку, ничего не скажешь.
– Я его не ненавижу, он мне глубоко безразличен, – легко ответил он.
– Да, порой вся глубина твоего равнодушия видится с экрана. И слышится по радио. И читается в интервью.
– Ты читаешь мои интервью, Соня Ридель?
– Просматриваю заголовки после пресс-конференций, этого хватает.
– Моро – мой соперник и иногда правда бесит. В основном в моменте. Но большая часть из того, что ты видишь… – Он пожал плечами. – Полагаю, это игра, которая нравится публике и задевает Моро. Настолько, что он идет в атаку и получает проколы. Или теряет людей, которые раньше не думали покинуть команду.
Он говорил о Лиаме Брауне. Соня раздраженно отвернулась.
– Ты так и не выяснила, что случилось между Моро и Дедом?
– Решила, что мне это ни к чему.
– С чего вдруг?
Она зло дернула плечом:
– Понимаешь… иногда лучше не знать, чтобы не усугубить и без того натянутые отношения. И не иметь лишнего повода повестись на твои бестолковые речи о будущем в «Биалетти».
– У вас натянутые отношения? Я думал, в «Зальто» все обожают свою звезду.
– А я думала, слухи об обратном ходят по гаражам.
Пришел официант с заказом. Как ни странно, немецкие колбаски действительно оказались колбасками, а Соне достался настоящий чизбургер.
– Ты тоже это чувствуешь, верно? – спросил вдруг Вайсберг.
– Что именно? Запах колбасок?
– Взаимопонимание. Уверен, мы бы сработались.
– Не в этой жизни, Киф.