Глава 2
– Доброе утро, Расти!
Я открыл небольшой вольер и направился к маленькой скопе. Птица заметила меня, дважды пронзительно свистнула и взволнованно подскочила.
– Ну что, как ты сегодня?
Я протянул левую руку в плотной темно-коричневой перчатке, чтобы Расти не расцарапал меня до крови, но при этом все равно чувствовал его когти. Расправив несколько перьев, я осмотрел крыло, которое после столкновения с машиной криво свисало вбок. Я доставил его к Бет в Центр помощи диким животным, и хоть спасти его удалось, к сожалению, снова летать и вернуться в дикую природу этой крохе было не суждено. Он будет жить в вольере с газоном и охапкой веток, по которым можно лазить. Птица не стояла на месте, а вместо этого пощипывала меня за бедро и расхаживала по руке.
– Похоже, ты заигрываешь со мной не просто так?
Я с упреком взглянул на бело-коричневую птицу, будто она действительно была в состоянии ответить на вопрос.
– Признайся, ты просто почуял завтрак?!
Расти лишь проскрипел в ответ, и я покорно покачал головой.
– Ну, ладно-ладно, – смирился я и достал из поясной сумки первый маленький кусочек рыбы, кропотливо разделанной мной утром.
Между тем я прослушал половину еженедельного подкаста Зоуи о событиях недели. У Бет были и другие коллеги, но лишь Зоуи я не сторонился. По крайней мере, она больше не задавала неловких вопросов о том, что я, собственно, здесь делаю. Неловких, потому что у меня не было ответа. Во всяком случае, я в этом себя убедил. Я положил последний кусок рыбы на приподнятый насест Расти и усадил его рядом. Выбравшись из вольера, я навалился всем телом на металлическую решетку, которая выполняла функцию двери, и вздохнул с облегчением, услышав щелчок ржавого замка. Еще пару секунд я наблюдал за Расти, вспоминая тот день, когда подобрал его на дороге возле Нанаймо. Официальных организаций, обеспечивающих долгосрочный уход за ранеными животными, было слишком мало. Просто не хватало ресурсов. Я прислонился к прохладному металлу и боролся с гневом, который нахлынул на меня при мысли о безрассудном водителе, гонявшем по закрытой территории заповедника. Злиться не было смысла. Чаще всего люди обращались в ветеринарную клинику или в центр помощи, а потом Бет, которая и так каждый день зашивалась на работе, обычно звонила мне. Так вышло, что всего за несколько лет я привез сюда почти треть постояльцев.
Достав мобильный телефон, я пролистал галерею до того самого дня, когда подобрал Расти. По лицу пробежала легкая улыбка: на всех снимках изображены животные или природа. Или все вместе. За исключением селфи, которое сделала Зоуи, когда я отвлекся от телефона на две минуты.
– Ты занят?
Я вздрогнул и повернулся в сторону, откуда доносился голос Бет.
– Нет, – ответил я коротко.
– Отлично. Тогда мы это исправим.
Она кивнула и пошла в сторону вольера с медведями. Про себя я посмеялся над неизменной манерой Бет и отправился следом, не задавая лишних вопросов. Мы приблизились к вольеру, и Бет поприветствовала Доусона незатейливым «Доброе утро, здоровяк». Кроме него на улице никого не было: Доусон рыл яму в углу. Мы прошли мимо двух других загонов, которые еще недавно пустовали, а теперь там поселились лисы и рыси. Дойдя до развилки, Бет остановилась и посмотрела налево, потом направо. Она достала мобильный телефон из черных походных штанов и несколько раз коснулась пальцами экрана.
– А что мы вообще делаем?
Я подошел и взглянул на женщину, которая управляла здесь всем.
– Ищем кое-кого, – ответила она поспешно, не отрываясь от смартфона.
По привычке набирая текст двумя пальцами, она нажимала на отдельные буквы с интервалом в несколько секунд. Такими темпами дотемна стоять можно.
– И что мы ищем?
Из нее по слову клещами нужно вытягивать?
– Луи и Честера.
Тихо фыркнув, она убрала мобильный телефон в карман, где поместились бы еще три таких кирпича. Бет решительно повернула направо, и я последовал за ней с довольной улыбкой. Луи и Честер часто попадали в неприятности и другие ситуации, которые никак не давали нам расправиться с бесконечным списком дел. Эти двое – не самые важные сотрудники. Луи и Честер – еноты.
– Мы же отремонтировали замок на прошлой неделе.
Я пробежал несколько метров, чтобы догнать Бет, озиравшуюся на каждом шагу по сторонам.
– Все так, но они увлеклись раскопками.
Фыркнув, Бет наклонилась к раскидистым кустам у светлой дорожки из щебенки. К сожалению, еноты – слишком умные животные, они учились всему на свете, а потом передавали полученные знания друг другу. Я стоял рядом с Бет и осматривал кусты в паре метров слева, хотя беглецы уже давно бы скрылись, окажись мы в пределах их слышимости.
– Ты сегодня надолго?
Бет встала, потянулась и несколько секунд разминала шею.
– После обеда у меня встреча с научным руководителем по выпускному проекту.
Я сознательно старался дышать спокойно, скрывая тяжесть в груди от этой темы. Исследовательская работа занимала меня уже больше года. От нее зависело все.
– Мы встречаемся в кампусе, – добавил я, чтобы Бет поняла, что сегодня я еду в Ванкуверский университет.
Бет лишь кивнула, и я обрадовался, что она не стала спрашивать о других планах. Моя жизнь состояла из учебы, волонтерства и попыток держаться как можно дальше от людей. Мы шли и осматривали дорожку. Вот показалась семейная ферма с крошечной живностью, которую разрешали гладить даже самым юным посетителям, и я очень надеялся, что беглецы не отыскали себе укромное место в контактном зоопарке. Не хотелось гоняться за ними среди коз и овец. В очередной раз.