Глава 7
В растерянности смотрю на него, и благодарю высшие силы, за то, что выход на террасу заклинил.
Только вот, в следующую секунду одним рывком Астахов открывает эту раздвижную дверь и размашисто врывается внутрь.
Комната резко заполняется запахом ярости, и будто даже светлые стены мрачнеют от того, кто нарушил мое наслаждение чистым телом.
Скрещиваю руки на груди, пряча то, что до чертиков боюсь. Кто знает, на что способен этот умалишенный.
Мой будущий сводный брат в шаг преодолевает расстояние между нами.
Не двигаюсь, хотя, если честно, не желай я показать ему то, что не боюсь, то уже сверкала бы своими чистенькими пяточками.
– Понравился сюрприз? – прокашливаюсь, и искусственно улыбаюсь.
Вижу его ухмылку, и он медленно склонив голову на бок, проводит своим языком по верхним зубам.
– Очень, – хрипит король в ответ, так и продолжая стоять вплотную ко мне.
Его глаза опускаются ниже, и я замечаю, что халат распахнулся, демонстрируя больше того, что нужно. Сдергиваю полы на груди, и вижу как хищно тянется его ухмылка.
– Отмоешь в течение часа, сестричка, – чеканит он, прожигая меня своими темными глазами.
Я практически фырчу в ответ, а он будто только этого и ждал.
– Иначе…
– Что?! – вскидываю выше подбородок, на что парень в одну секунду тянет руку и наматывает мои темные волосы на кулак.
– Очень, очень, сильно пожалеешь, Сказкина, – он будто даже вкрадчиво это говорит.
Внутри сердце трясется как осиновый лист, а я, невзирая на мгновенную боль, не увожу своих глаз. Отчего-то это все вызывает противоречивые эмоции, и я, если честно, растеряна от того, что испытываю.
Я чувствую аромат его парфюма, что-то землисто-пряное. Слышу его горячее дыхание, что опаляет мое лицо. Между нами несколько сантиметров, и я всматриваюсь в угловатые черты, замечая, что правая бровь была явно рассечена.
Обоняние улавливает еще и зной, будто кожа после принятия солнечных ванн, и это вызывает какие-то странные эмоции.
Мне нравится запах. Определенно точно нравится. Хотя, я вообще не любитель духов, даже сама не пользуюсь.
Но… здесь, будто что-то еще намешано. Секретный ингредиент.
Леон вдруг резко ухмыляется, а я тут же хмурюсь. Глупо рассчитывать на то, что он не заметил моего откровенного любопытства. Ощущаю, как вторая рука парня ведет по халату, а затем он касается оголенной кожи ноги.
Вздрагиваю, и шумно вдыхаю.
– Что… что ты делаешь?!
Вслед за рукой кожа бугрится мурашками, и это мне уже совсем не нравится.
– Делаю так, как ты хочешь, – с самодовольством и надменной рожей заявляет он.
– Отпусти! – пытаюсь брыкаться, но он только сильнее оттягивает волосы, заставляя прижаться к нему ближе.
Его кожа кажется упругой на вид, а я сглатываю, желая избавиться от этого дурмана.
Крайне неправильные мысли. Абсолютно иррациональные и невозможные.
Шершавые пальцы поднимаются все выше, пока мы оба смотрим друг на друга. Воздух наполняется чем-то, даже пахнет горелым, словно где-то поблизости есть очаг возгорания.
Но в эту минуту меня выносит куда-то за пределы разума, потому что пальцы парня ведут еще выше, в опасной близости к запрещенному месту. Пытаюсь скинуть его руку, дергаясь в конвульсиях, и тогда он обхватывает мою кожу на бедре, сжимая его.
– Уже хочешь? – вкрадчиво шепчет он, не снимая свою идиотскую ухмылку.
– Пошел ты! – цежу сквозь зубы, и хочу, наконец, оттолкнуть его второй рукой, только он в одну секунду намеренно задевает то, что еще никто никогда не трогал.
Ошарашенно смотрю в его глаза, и вместе с тем зачарованно наблюдаю, как он облизывает свою верхнюю губу.
В момент, как я хочу навалиться на него, чтобы освободиться, слышу внезапное вторжение еще одного братца.
– Леон! – парень грубо меня отпускает, чуть толкая и в открытую ухмыляясь: – Едем на моей!
Демид тоже входит внутрь и качает головой глядя на меня. Я уверена, что красные пятна распространились по всему моему телу, и все еще не могу понять, что это такое сейчас было.
– Сказка нам сейчас все вымоет, брат, – озвучивает Леон пронзая острым взглядом: – Иначе, окажешься в аду, сестричка.
Последнее он добавляет уже без тени усмешки и дерзости. А затем так же решительно как появился, также и уходит.
Демид все еще стоит здесь, а я буквально матерюсь про себя.
– Ты бы лучше не злила его, – озвучивает он с ленивой улыбкой: – У него проблемы с контролем агрессии.
Мрачно смотрю на младшего, и не понимаю, что он имеет в виду.
– У него ещё и проблемы с мозгами! – шиплю, затягивая халат на максимум, чтобы даже и самой было сложно его развязать.
– Это вряд ли, Лера, – тянет Демид в ответ: – Там как раз все в порядке, а вот с эмоциями сложнее…
Он выходит, и я даже не успеваю спросить, что толком все это значит.
Хватаюсь за голову и бессильно рычу. Хочется даже топнуть ногой, что я себе и позволяю.
И злюсь я на себя, в первую очередь.
Не могу ни признать, они оба выглядят как два порочных греха, что стар, что млад. Но это диаметрально противоположный типаж тому, который и правда может вызывать во мне симпатию. Глядя на этих двух представителей мужского пола создается ощущение, что они уделяют себе больше внимания, чем, по идее, должна бы девушка.
А в сравнении с ними, я та самая, которая априори далека от самолюбования, модных шмоток, марафетов на голове и лице.
Так какого черта только что произошло?!